«На берегу ручья в лесу...»

На берегу ручья в лесуСидит красавица босая,В волнах роскошную красуЛица и груди отражаяИ ножки стройные купая.За ней под деревом в тениЛежат чулки, стоят сапожки:Она их сбросила, – ониТеснили маленькие ножки.Под солнцем было душно ей,На лбу стояли капли пота.Она ушла под тень ветвей,И налегла на очи ейЛесная тихая дремота.Волна прозрачная манит.Стряхнув очарованье лени,Она в воде ручья бродит.Волна сверкает и шумит,И лижет голые колени.

6 апреля 1881

«В первой дикости свободной...»

В первой дикости свободнойНа охоту человекШел в пустыне первородной,И боялся шумных рек.Проносились дни и годы,И придумал он топор,И в реках нашел он броды,И проходы между гор.А потом веще дорогиПонемногу проложил,Неуклюжие пирогиСкоро на реку спустил,И в моря на них пускался,В океан посмел он плыть,Только каждый путь свивалсяВ очень узенькую нить.Шел в звериные берлогиИ вблизи, и вдалеке.По дорогам носят ноги,Носят руки по реке.А потом сумел он лошадьУкротить и приручить,А теперь машина можетДалеко его носить.Победил он всю природу,Силы все он оковал,Но один пустяк, свободу,Он навеки потерял.

10 сентября 1881

«Парный воздух, гам и мгла....»

Парный воздух, гам и мгла.В шайки звонко брызжут краны.Всюду голые тела,И огни сквозь пар багряны.Что же мне от наготы!Коль пришел, так надо мыться.Руки делом заняты,А глазам чем насладиться?Вот сюда бы голых баб,Чтобы все их обнимали,И старик бы не был слабИ забыл бы все печали,Чтоб нагая и нагойТелом к телу прижимались,Под веселою игройЧтоб скамейки сотрясались.Но всё очень тускло тут,Всё полно всегдашней скуки,И безрадостные трутПо телам мочалкой руки.

1 февраля 1882

«В чаше леса леший бродит...»

В чаше леса леший бродит,Принимает страшный вид,То в трущобы он заводит,То в кустарниках кружит. В омутах русалки плещут,Ночью пляшут над водой,И глаза их жутко блещутНад опасной глубиной.Домовой таится в банеИли в доме на печи,Он дохнет, – и, весь в тумане,Задрожит огонь свечи.В поле, жаркою пороюПодымаясь от земли,Над протоптанной тропоюПляшет вихорь, весь в пыли.Нашу скорбную природуОсветила раз однаДева светлая, – свободуОбещала нам она.Стали мы смелей, и видим:Скрылась нечисть, кто куда.В поле, в лес, на речку выйдем, —Воздух чист, чиста вода.Но пропала наша фея,Иль, быть может, умерла,И вкруг нас, еще мрачнее,Злая нечисть залегла.

12 июля 1882

«Он был один. Горели свечи...»

Он был один. Горели свечи,Лежали книги на столе.С ним кто-то вел немые речи,Порой он видел на стеклеЗа глухо-спущенною шторойКак будто чей-то яркий взор,Неуловимо-беглый, скорый,Как в темном небе метеор.Порой горячее дыханьеОн над собою ошущал,И непонятное желаньеВ больной душе переживал.Его мечты неслись нестройно,Отрывки мыслей были в нем,А голос тот звучал спокойноКаким-то гордым торжеством.

19 сентября 1882

«Поскорее добрести бы...»

Поскорее добрести быДо ближайшего леска!Под ногами глины глыбы,Слой горячего песка.С неба солнце светит ярко,Так что все кружит в глазах.Груди душно, телу жарко,Как свинец в босых ногах.Вот добрел, и повалился.Мягкий мох, лесная тень.Словно камень отвалился, —Так в лесу отрадна тень.

3 июля 1883