— Ну чо, как сходил!? — уставился на меня веселым взглядом черных глаз Эдик.

Я ввалился к нему в машину с привычным запахом водки, виноградного сока и отличным настроением. Вечер удался. Его не омрачили даже легкие ноющие боли в желудке, которые я залил изрядным количеством алкоголя.

— Нааармальна сходил! — сказал я в ответ, устраиваясь на соседнем сидении. — Народу битком, как обычно! На танцполе не пролезть, парилка! Прикинь, аж зеркала запотели до середины! Как в бане!

Я тяжело дышал от выпитого и выкуренного. Домой пока не хотелось, хотелось протрезветь. Клиентов у Эдика в тот вечер было мало, и мы завели в машине разговор ни о чем. Оказалось, что он таксовал уже второй год, с самого начала отношений со своей девушкой. Квартиру они снимали. Эдик был студентом, а девушка его работала. «Семейная жизнь», со слов Эдика, ему нравилась, только ругались они с девушкой часто.

— А чего ругаетесь-то!? — уставился я на него. — Ты ее любишь хоть?

— Люблю, конечно, — кивнул Эдик, удивленно глянул на меня из-за вопроса.

— А она тебя? — продолжал я.

— Ну, любит, я думаю, иначе б не жила со мной, — ухмыльнулся тот.

— А раз любите друг друга, чего ругаетесь-то? — заулыбался я.

— Да все ругаются, — Эдик задумался. — Иногда она меня просто бесит, так тупит. Я ей говорю, зачем так делаешь? А она не понимает, делает все по-своему. Так мозг выносит. Постоянно ноет «вот, ты не мужик, денег нет, деньги не зарабатываешь»! А откуда у меня деньги!? Я студент! Едь, говорит, таксуй, зарабатывай деньги! Ну, я и сажусь в машину и вот, катаюсь по городу…

— Не понимаю я ничего в ваших отношениях, — сказал я, осознав, что ответы парня не внесли ясности в вопрос полов. — Но, если живете вместе, значит, все устраивает?

Я принялся выпытывать у Эдика описание внешности его девушки.

— Красивая? — задал я откровенно тупой вопрос, будто найдется в мире мужчина, который скажет про свою девушку, что та страшная.

— Само собой! — сказал машинально Эдик, осознал наглость моего вопроса, уставился на меня удивленно, но следующий мой вопрос был уже тут как тут.

— А фигура, ну, внешне, в теле или стройная? — поинтересовался я деликатно.

— Да как я вот, — Эдик ткнул руками себе в грудь и засмеялся сильнее.

— Да ты-то тощий, как скелет, — засмеялся и я.

— Ну, не такая прям… стройная…

— А, ну это другое дело, — я театрально перевел дух и сказал, что мне нравится другой женский типаж — фигуристые смуглые девушки с заметными формами.

— О! Губа не дура! Всем такие нравятся! — оживленно заерзал в кресле Эдик, задумался на секунду, закурил и сказал, что есть у него такая знакомая. Сказал, что девушка та умная, разборчивая, снимает вдвоем с отцом-дальнобойщиком квартиру где-то в моем районе и как раз сейчас находится в поиске нормального парня, а то отношения с нынешним ее не устраивают.

Я удивился наличию у девушки парня, раз она находится в поиске. Эдик успокоил, сказав, что тот парень несерьезный, разгильдяй и ей не пара.

— Просто сходим куда-нибудь вместе, компанией, посидим, познакомитесь, а там видно будет, — подытожил он, вопросительно уставился на меня, добавил. — Да вот на праздники, на Рождество можно, в тоже «Чистое небо» сходить, например.

— Давай! — махнул я азартно рукой и продиктовал Эдику номер своего мобильника.

— Ну че, домой? — сказал тот.

— Да, давай! — ответил я весело. — И музон какой-нибудь бодрый вруби!

Машина тронулась. Я немного протрезвел. Мысль о знакомстве с красивой смуглой брюнеткой с четвертым размером груди приятно повысила мой адреналин.

Как решили, так и вышло, на Рождественские праздники в среду 8 января компанией собрались в «Чистом небе». Я пришел последним. Эдик со своей девушкой и «красивая смуглая брюнетка с четвертым размером груди» с парнем уже сидели за столиком. Я подошел, поздоровался со всеми, Эдик меня представил.

— Инна, — сказала девушка, и я пожал красивую, но крепкую женскую руку.

— Саня! — сказал ее парень, долговязый худой молодой шатен лет двадцати двух с ниспадающими на глаза кучерявыми вихрами, конопатым носом и счастливым по-детски улыбчивым и беззаботным лицом.

Я пожал его длинную «клешню».

Последней представилась девушка Эдика — некрасивая угловатая брюнетка, с пустыми стеклянными глазами, жидкими длинными прядями волос и недовольным заостренным лицом. «Какая страшная, ну, если это красивая, то у Эдика в голове гайки вместо мозгов», — подумал я и сел пятым к столику.

Общение в незнакомой компании всегда складывается одинаково — формальные натянутые разговоры на общие темы и неявное изучение новых лиц. С девушкой Эдика все стало ясно сразу. Ее манеры общения и характер оказались под стать внешности — визгливая дерганая истеричка. Саня продолжал улыбаться. Общение с ним завязалось живое, но до жути примитивное. «Сознание, не отягченное интеллектом», — вынес я вердикт, и Саня принялся разливать водку. Я не хотел пить чистую водку. Зачем люди пьют водку? Ведь у нее нет вкуса. Но сразу выбиваться из компании не хотелось, и я кивнул утвердительно на предложение Сани. Рюмки быстро наполнились, глаза Сани заблестели. Мы выпили по первой. К этому моменту Инна устала сверлить меня изучающим взглядом, и я смог украдкой ее разглядеть. Высокая, выше метра семидесяти, крепкая, плотная девушка с широкими плечами, развитыми бедрами и тонкой талией. Фигура ее была женственна, но не той слабой и слащавой женственностью, отдающей жеманностью и бесполезностью, а энергичной сильной женственностью, той, что вызывает в мужчинах и желание, и уверенность в жизненной силе ее обладательницы. Смуглая. Смоляные прямые волосы в каре. Никаких украшений на длинных красивых тонких пальцах с плотными здоровыми чистыми короткими ногтями без лака. Чуть тонковатые плотно сжатые губы и цепкий взгляд черных внимательных глаз, выдавали в Инне девушку прагматичную, знающую, что такое житейские трудности.

Музыка загрохотала, избавив всю компанию от натужных разговоров. Клуб ожил. На танцпол выскочило несколько человек, Саня быстро налил всем по второй рюмке. «Отработанное движение», — отметил я про себя, уловив в суетливости Сани и горящих глазах непреодолимое желание выпить. Едва был сказан тост, и все подняли рюмки, как тот в долю секунды запрокинул голову и выплеснул в рот свою рюмку. Все выпили следом. От запаха водки меня передернуло, я принялся за салат. Инна откровенно пялилась на меня.

Я глянул на улыбающегося Саню и, больше от неловкости под прицельным взглядом девушки, решил завести с ней беседу. Глаза Инны ясно говорили о том, что она посвящена в скрытый смысл вечера. Девушка Эдика флегматично жевала зелень. Саня улыбался и вожделенно трогал начатую бутылку водки. Вялое общение продолжалось еще минут десять, после чего Инна встала во весь свой размер груди и пошла танцевать. Она была одета во все черное и обтягивающее — юбка выше колен, тонкий свитер и туфли на десятисантиметровой шпильке.

На танцполе стало густо. Я перебрасывался вялыми фразами с Эдиком и поглядывал в сторону Инны. Танцевала девушка пластично, ощущая музыку и отзываясь на ритм энергичными движениями тела. Пару раз махнула призывно в нашу сторону. Саня сидел спиной к танцполу и разливал водку, бутылка опустела. Пить мне не хотелось. Я встал из-за стола и двинулся к Инне. Подбадриваемый сальными взглядами Эдика, я поймал ритм и задвигался ему в такт напротив Инны. Та улыбнулась рядами крепких ровных зубов и сверкнула чернотой глаз. Движения ее фигуры тут же стали активнее, грудь призывно заколыхалась. Я глянул в сторону столика — Саня выпивал, Эдик посматривал в нашу сторону. Мой взгляд упал на грудь Инны. Та заметила, улыбнулась ярче, взяла мою руку в свою и задвигалась энергичнее. «Фарс какой-то. Девушка при своем парне явно заигрывает с другим», — озадачился я, впервые оказавшись в такой ситуации.

Мы протанцевали две песни. Я аккуратно балансировал на грани безобидного приятельского поведения. Инна веселилась и открыто меня клеила. Мне надоело чувство неловкости, я вернулся за столик. Водка кончилась, Саня загрустил. Мне требовалась передышка. Я встал и отправился к барной стойке, заказал двойную «отвертку», остался трепаться с барменом, ощущая на спине внимательный взгляд Инны. «Цепкая подруга, а Саня тряпка, чего она с ним трется, от безвыходности что ли? Они явно не пара, она умная, он бестолочь, непонятно», — плавали в моей голове мысли. Я решил не переходить в тот вечер грани приличия. Тем более, всегда был равнодушен к несвободным девушкам.