* * * По горной тропинке иду. Вдруг стало мне отчего-то легко. Фиалки в густой траве. * * * Смутно клубятся во тьме Лиственниц ветви, туманней Вишен в полном цвету. * * * Такой у воробышка вид, Будто и он любуется Полем сурепки в цвету. * * * Ну же, идем! Мы с тобой Будем колосья есть по пути, Спать на зеленой траве. Узнаю о смерти друга О, где ты, сливовый цвет? Гляжу на цветы сурепки — И слезы бегут, бегут. Покидая гостеприимный дом Из сердцевины пиона Медленно выползает пчела… О, с какой неохотой! * * * Молодой конек Щиплет весело колосья. Отдых на пути.

Стихи из путевого дневника «Письма странствующего поэта» [1848]

В одиннадцатый день десятого месяца отправляюсь в далекий путь Странник! — Это слово Станет именем моим. Долгий дождь осенний… * * * До столицы — там, вдали — Остается половина неба… Снеговые облака. * * * Солнце зимнего дня. Тень моя леденеет У коня на спине. * * * Сколько выпало снега! А ведь где-то люди идут Через горы Хако́нэ. [1849] * * * Все морщинки на нем разглажу! Я в гости иду — любоваться на снег — В этом старом платье бумажном. * * * А ну, скорее, друзья! Пойдем по первому снегу бродить, Пока не свалимся с ног. В саду богача Только сливы аромат Приманил меня к застрехе Этой новой кладовой. Перед Новым годом Пришел на ночлег, гляжу — Зачем-то народ суетится… Обметают копоть в домах. * * * Ей только девять дней, Но знают и поля и горы: Весна опять пришла. * * * Клочья трав прошлогодних… Короткие, не длиннее вершка, Первые паутинки. Там, где когда-то высилась статуя Будды Паутинки в вышине. Снова образ Будды вижу На подножии пустом. В саду покойного поэта Сэнгина [1850] Сколько воспоминаний Вы разбудили в душе моей, О вишни старого сада! Посещаю храмы Исэ [1851] Где, на каком они дереве, Эти цветы — не знаю, Но ароматом повеяло… С грустью думаю о простодушной вере Дзога, раздавшего всю свою одежду нищим И я бы остался нагим… Да снова пришлось бы одеться — Дует холодный вихрь. Встретившись с местным ученым …Но прежде всего спрошу: Как зовут на здешнем наречье Этот тростник молодой? Встречаю двух поэтов, отца и сына От единого корня растут И старая и молодая слива. Обе льют аромат. Посещаю бедную хижину Во дворе посажен батат. Заглушили его, разрослись у ворот Молодые побеги травы. В святилище Исэ Деревце сливы в цвету Позади обители юных жриц. Сколько прелести в нем! * * * В путь! Покажу я тебе, Как в далеком Ёсино вишни цветут, Старая шляпа моя. * * * Едва-едва я добрел, Измученный, до ночлега… И вдруг — глициний цветы! * * * Парящих жаворонков выше Я в небе отдохнуть присел,— На самом гребне перевала. * * * С шелестом облетели Горных роз лепестки… Дальний шум водопада. * * * Охочусь на вишни в цвету. В день прохожу я — славный ходок! Пять ри, а порой — и шесть. вернуться

1848

«Стихи из путевого дневника «Письма странствующего поэта»— В оригинале этот дневник носит название «Он-но кобуми», то есть письма из ои — небольшой сумы, которую буддийские монахи носили на шее. В ней хранились священные изображения и дорожные принадлежности.

вернуться

1849

…люди идут // Через горы Хаконэ. — Хаконэ — цепь высоких гор в центре главного острова Японии — Хонсю; к этой цепи принадлежит и знаменитая гора Фудзи. Перевал через горы Хаконэ зимою считался одним из самых трудных мест Токайдоского тракта, соединявшего города Киото и Эдо.

вернуться

1850

Поэт Сэнгин(Тодо Ёситада; 1642–1666) был сыном феодала, у которого служил Басё. Общая любовь к поэзии соединила знатного юношу и простого слугу, но Сэнгин рано умер.

вернуться

1851

«Посещаю храмы Исэ»— Синтоистские храмы в провинции Исэ были сооружены в глубочайшей древности и с тех пор периодически восстанавливаются в прежнем виде. Главный из них посвящен культу богини солнца Аматэрасу.