По случаю своего двадцатитрехлетия [519]

Мне двадцать три, и Время, этот вор, Неуловимый, дерзкий, быстрокрылый, Уносит дни моей весны унылой, Так и не давшей всходов до сих пор. Но лишь в обман ввожу, быть может, взор Я внешностью ребячливой и хилой, Превосходя в душе сокрытой силой Иного, кто на мысль и дело скор. И все ж — спешить иль медлить я обязан, Иду к высокой цели иль ничтожной И близок от нее или далек По воле провиденья непреложной — Благословен мой путь: он предуказан Тем, кем мне задан мой земной урок.

ЛАТИНСКИЕ СТИХИ

Перевод с латинского.

ЭЛЕГИИ

Элегия I [520]

К Карло Диодати

Вот и утешен я, друг, твоим долгожданным посланьем! Весть о тебе наконец строки его принесли Из достославного Честера, гордо вознесшего стены Там, где, на запад катясь, в море вливается Ди. [521] Рад я, что жив и здоров в краю, столь далеком отсюда, Юноша, чья голова мне, как своя, дорога, Тот, чье сердце меня и в разлуке по-прежнему любит, Тот, с кем свидание мне вскоре пошлют небеса. Крепко прикованный к городу над многоводною Темзой, Не стосковался ничуть я по родной стороне, Не тороплюсь возвратиться на Кем, тростниками поросший, В келью мою не прошу доступ мне вновь разрешить. Скудны там тенью поля, и видеть их нету желанья: Фебовым худо сынам в этих унылых местах! Мне постоянным брюзжаньем угрюмый наставник наскучил, Больше придирки его я не намерен терпеть. Если зовется изгнанием жизнь под отеческим кровом, Где удовольствиям я волен досуг посвящать, — Доля изгнанника мне завидною кажется долей, Имя его предпочту я всем другим именам. О, если б древле Овидию в ссылке томийской суровой [522] Был ниспослан судьбой столь же счастливый удел, Он бы в искусстве своем затмил ионийца Гомера, Большую славу стяжал, чем мантуанец Марон! [523] Снова теперь я время нашел для служения музам И целиком поглощен книгами, жизнью моей. Если ж устану, меня привлекают шумливая сцена И рукоплещущий зал в пышно убранный театр, Где предстают нам с подмостков скупец или алчный наследник, Воин в мирные дни или влюбленный юнец. Там крючкотвор, раздобревший от тяжбы, ведомой лет десять, Варварской речью своей с толку сбивает невежд; Там в увлеченьях любовных хозяйскому сыну потатчик, Водит слуга продувной за нос тирана-отца; Там, вся горя, но понять не в силах, что это за пламя, Дева уже влюблена, хоть и не знает любви; Там потрясает Трагедия яростно скиптром кровавым, Дико глазами водя и волоса разметав. Стражду я, но смотрю, и смотреть мне отрадно, страдая. Сладкой печали своей выход в слезах я даю, Видя, как мальчик несчастный, чья страсть не встречает ответа, Гибнет, еще не успев в жизни утехи познать; Как из-за Стикса к живым является мститель жестокий, И леденит их сердца факел зловещий его; Как воздается Креонту за кровосмешение предков; Как карает детей Ила с Пелопом судьба. [524] Только сидеть взаперти мне и дома и в городе скучно. Быстротекущей весной я насладиться спешу, Целыми днями гуляя под вязами в парке соседнем Иль в благородной тени рощ подгородных бродя. Часто мне там на пути встречаются девушки, звезды, Чье дыханье и взор пламенем полнят мне грудь. Ах, сколько раз я, как чуду, дивился их формам прелестным, Мо́гущим юность опять старцу Крониду [525]вернуть; Блеску очей-самоцветов; румяным ланитам, чьи краски Ярче светил, что вокруг полюсов мира бегут; Шеям, своей белизной плечо превзошедших Пелопа [526] Или нектар, что разлит в небе на Млечном Пути; Линиям чистым чела; волною струящимся кудрям, Этим сетям золотым, что расставляет Амур, И пурпурным устам, по сравненью с которыми бледным Мы, без сомненья, сочли б твой гиацинт, Адонис! [527] Так уступите же первенство им, Героини былые, Вы, кто Юпитером был тайно склонен ко греху, Дочери Суз, [528]и персидские пышноволосые девы, И ниневиянки, цвет царства, где правил Мемнон, [529] И Данаиды, [530]и в плен попавшие к грекам троянки, И многославный в веках правнучек Ромула [531]сонм! Женам, чьи сто́лы [532]белели в театрах Авзонии древней, [533] Пел тарпейский певец [534]не по заслугам хвалу; Меж чужестранками нет соперниц у девы британской; Пусть же местом вторым будут довольны они! Счастлив ты, людный Лондиниум, город в короне из башен, Что дарданцами [535]был в давние дни заложён: [536] Все, что прекрасного есть в подлунном изменчивом мире, Кров себе и приют в стенах находит твоих. Звезд, этих верных служанок возлюбленной Эндимиона, [537] Меньше в небе ночном, чем на твоих площадях Дев златокудрых, к себе влекущих и взоры и мысли Свежестью и красотой черт и движений своих. Мнится, сюда в колеснице, что стаей голубок влекома, Ныне Венера сама с сыном-стрелком прибыла, Эту страну предпочтя берегам Симоэнта [538]и Книду, Ради нее позабыв Пафос и розовый Кипр. [539] Вот почему и покину я эти счастливые стены, Прежде чем мальчик-слепец ранить успеет меня. С помощью Моли [540]божественной цепи соблазнов Цирцеи Я отряхну, убежав тайно из царства ее. Все решено: к берегам камышом окаймленного Кема В шумную школу свою я возвращаюсь опять, И в ожидании встречи нехитрые дистихи эти, Друг мой, тебе от души в дар поднести разреши. вернуться

519

По случаю своего двадцатитрехлетия(1632). — Эти стихи были посланы вместе с письмом неизвестному корреспонденту в ответ на уговоры начать духовную карьеру.

вернуться

520

Элегия I(1626) написана в ответ на письмо Карло Диодати(1609–1638), одного из самых близких друзей Мильтона со школьных лет. Его отец, итальянец-протестант, поселился в Англии еще до рождения сына. Диодати Мильтон посвятил ряд стихотворений, в том числе итальянский сонет «Не знаю, Диодати, как я мог…» (см. с. 392).

вернуться

521

Ди— река, протекающая в Честере.

вернуться

522

О, если б древле Овидию в ссылке томийской… — Овидий был сослан Августом в город Томы (ныне Констанца) на Черном море.

вернуться

523

Мантуанец Марон— Вергилий, уроженец Мантуи.

вернуться

524

Креонт, Ил, Пелоп— имена, связанные с несколькими сюжетными циклами в древнегреческих мифах и трагедии: Креонт — брат Иокасты, матери и жены Эдипа (фиванский цикл), Ил — мифический основатель города Илиона (Трои), Пелоп (Пелопс) — эпоним Пелопоннеса, легендарный царь, предок Пелопидов. Проклятие, павшее на весь его род, стало причиной страшных несчастий, которые постигли потомков Пелопа: Агамемнона, Ореста, Ифигению и др. (см. также «Il Рenseroso», прим. к с. 401).

вернуться

525

Кронид— Зевс.

вернуться

526

…белизной плечо превзошедших Пелопа… — Одно плечо Пелопа было сделано из слоновой кости.

вернуться

527

…твой гиацинт, Адонис! — Из крови убитого Адониса Венера вырастила цветок кровяного цвета (анемон) ( Овидий. Метаморфозы, X, 735).

вернуться

528

Дочери Суз— персиянки.

вернуться

529

Мемнон— здесь как греческое название ассирийских царей.

вернуться

530

Данаиды— дочери мифического царя Даная, прибывшего в Грецию из Египта.

вернуться

531

Правнучки Ромула— римлянки.

вернуться

532

Сто́ла— одеяние римской матроны.

вернуться

533

…в театрах Авзонии древней… — то есть Древнего Рима.

вернуться

534

Тарпейский певец— Овидий.

вернуться

535

дарданцы— троянцы.

вернуться

536

…Лондиниум, город … // Что дарданцами был в давние дни заложен… — См. «Комос», прим. к с. 434.

вернуться

537

Эндимион— возлюбленный богини луны (Селены или Артемиды).

вернуться

538

Симоэнт— Известно было несколько рек с таким названием: в Эпире, Сицилии и в древней Трое, которой покровительствовала Афродита-Венера.

вернуться

539

Книд, Пафоси о-в Кипр— известнейшие центры культа Афродиты.

вернуться

540

Моли— см. «Комос», с. 429 и прим.