- Нет, мне не «в лом» (как ты выразилась). Просто… Милена, использовать алкоголь, как успокоительное, когда тебе хреново – это не лучший выход.

- Не тебе решать – где лучший выход, а где – нет! – огрызнулась я. – Что хочу, то и делаю! В конце концов, не каждый день узнаёшь о том, что человек, которого ты всю жизнь считала отцом, вовсе тебе не отец! Чёрт, как мыльная опера какая-то звучит!

Загир только вздохнул и снова сел за свой стол, правда, не выпустив из рук бутылку, которую он у меня забрал. Потом он помолчал несколько минут, о чём-то размышляя, а затем достал из шкафа, со стеклянными дверцами, два стакана.

- Садись, – указал он мне на кресло, рядом с его словом.

Я не заставила себя ждать. В результате, мы выпили эту несчастную бутылку, которая оказалась виски, где-то за четверть часа. Нет, после этого петь мы не стали, но… стало значительно веселее! Потом мы достали вторую бутылку, выпили половину… и нас потянуло на улицу, гулять! А вот что было после этого… я уже не помнила.

Глава 37.

Глава 37.

Я проснулась утром от жуткой головной боли. Голова просто раскалывалась на части, очень хотелось пить… В общем, все признаки того, что кое-кто вчера хорошо погулял. Собрав всю силу воли в кулак, я смогла открыть глаза. Сделав ещё одно усилие, я смогла привстать и оглянуться вокруг.

- Что за чёрт?! – изумлённо воскликнула я.

Серые стены, пара лавок и… решётка. Рядом с помещением, где я проснулась, сидел полицейский.

«Значит, я… в полицейском участке? Как?! За что?!».

На соседней лавке лежал Загир. Выглядел он не лучшим образом. Одежда порвана; костяшки рук сбиты, как после драки; под глазом красовался свежий синяк…

«Ё-моё! Что же вчера было?! – с ужасом подумала я. – И как, интересно, я сама выгляжу?!».

За неимением зеркала, я просто себя оглядела. Вечернее платье, явно, не подлежало починке даже у лучших портных Гарэна. Костяшки, как и у Загира, сбиты. Ощупав своё лицо, я сделала вывод, что синяков я, всё-таки, избежала. По крайне мере, на лице.

- Загир. Загир, проснись! – стала я будить Альвара.

- Что такое? – мужчина, как и я, с трудом открыл глаза и посмотрел на меня. – Что-то случилось?

- Это я у тебя хотел спросить – что случилось?! Ты не в курсе, почему мы в полицейском участке? И… почему мы в таком виде?

- Чёрт, как голова-то раскалывается! – потёр виски Загир. – Нет, Милена, я… не помню.

- Ладно, тогда я спрошу, – я встала и подошла к решётке. – Эй, господин полицейский! – позвала я. – Можно вопрос? За что мы здесь?

- Что? Вообще ничего не помните? – усмехнулся мужчина. – Вы вчера славно погуляли! А задержали вас за драку, порчу имущества, нецензурную лексику в общественном месте, хулиганство… Кстати, девушка, вам ведь нет восемнадцати, верно? – спросил полицейский. – Мы при вас паспорт нашли.

- Мне будет восемнадцать через несколько дней, – ответила я.

- Но, официально, восемнадцати вам ещё нет и, значит, за вас отвечает он, – кивнул полицейский на Загира.

- За неё-то я отвечу, – вздохнул Альвар. – Ещё бы только всё вспомнить… Сколько нужно за наше освобождение?

- Да ладно, успокойтесь, – ответил страж порядка. – Это я про ответственность так… попугать решил. На самом деле, за вами уже едут с деньгами и со всем необходимым.

- Кто едет? – насторожилась я.

- Он назвался вашим опекуном.

- Что-то, типа, опекуна я и есть! – произнёс вошедший Кай, громко хлопнув дверью.

«Ой, как он злится! – испугалась я. – Мне – хана! На этот раз – точно! Уйти ночевать к Загиру, напиться с ним, устроить драку, разбить стекло (или что там была за порча имущества) и, в итоге, попасть в полицейский участок… Сама бы себя за это придушила, если бы могла!».

- Ну, и что вы можете сказать в своё оправдание? – грозно поинтересовался Кай.

В этот момент Загир засмеялся. Мы с Каем недоумённо смотрели на хохочущего криминального авторитета, не понимая причины этого смеха.

- Знаете, – заговорил, отсмеявшись, Альвар. – Меня подозревали во многом – контрабанде, сутенёрстве, рэкетирстве… Даже в убийстве, но… за пьяный дебош меня в жизни не задерживали!

- Рад, что тебе весело, Загир, – хмуро посмотрел на него Кай.

- Спасибо, Милена! – продолжая смеяться, сказал Альвар. – Если бы не ты… Чёрт, в такую нелепую историю я ещё не попадал!

- Да я, вообще, приношу людям счастье, радость и смех, – сказала я.

- Чаще всего, третье, – пробормотал мой кукловод, скорее, самому себе. – Но, мне даже третье не часто выпадает. Одна головная боль!

В помещение зашли охранники Загира:

- Хозяин, мы за вами.

- А где вы были до этого? – смех испарился из глаз мужчины, как будто его там и не было.

- Так вы сами… того…

- Чего – «того»?! – раздражённо спросил Альвар.

- Вы сами приказали нам не следовать за вами, под страхом увольнения (или ещё чего похуже), – оправдывались охранники.

- Неужели? Хм, не помню. Но, на будущее. Даже если я, под градусом, приказываю вам что-то абсолютно нелогичное – меня не слушать. Ясно?

- Ясно.

- Мисс Бэлоу, – в комнату зашёл второй полицейский. – Тут за вами брат пришёл.

Мы с Каем и Загиром переглянулись. Никакого брата у меня, отродясь, не было. Деланье, как выяснилось, вообще, оказался не способным иметь детей. Так кто же мог называться моим братом? По идее, никто. Но, кто-то же это сделал.

- Господин полицейский, вы ничего не перепутали? – решила я уточнить. – У меня нет братьев (да и сестёр тоже).

- Нет, я ничего не перепутал, – быстро пробежав глазами по какой-то бумажке, сказал мужчина. – Он так и назвался – старший брат Милены Бэлоу. И даже документы предъявил. Правда, на другую фамилию.

- А на какое имя он предъявил документы, позвольте узнать, – вмешался Кай.

- Элендар Кавэлли, – ответил полицейский.

- Кавэлли?! – изумлённо воскликнули я и Кай.

- Да, меня зовут Элендар Кавэлли, – произнёс вошедший темноволосый высокий парень. – И я, Милена, твой единокровный брат. У нас с тобой один отец – Саварис Кавэлли.

Была ли я рада появлению нового родственника? Не могу сказать. Во-первых, я не знала, на самом ли деле, этот мужчина был моим братом. А во-вторых… мне не понравились его глаза. Какие-то пустые, бездушные… Я такие глаза только у Лекса видела – трёхсотлетнего убийцы, который ничего не чувствует, когда убивает. Да и сам Элендар, похоже, был не слишком рад встрече со мной. Хотя, и пришёл он сюда сам.

- Что тебе нужно? – холодно спросил Кай моего брата (?).

- Я хочу поговорить со своей сестрой, – ответил Элендар. – А тебе в этом что-то не нравится, человек?

Последнее слово он произнёс с таким выражением, как будто для него слово – человек – было самым худшим ругательством.

«Ах да, раз он Кавэлли, то, получается, что он демон, – поняла я. – Они все так к людям относятся?».

- Слушай, Элендар (или как там тебя). Тебе люди что-то сделали, что ты их так не любишь? – не выдержав, поинтересовалась я.

- Не люблю? – усмехнувшись, переспросил Кавэлли. – Нет, это не так. Мою нелюбовь ещё заслужит нужно. А люди заслуживают, лишь, презрения.

- Ты мне уже не нравишься, – сказал Макфей. – И позволять тебе разговаривать с Миленой я не собираюсь.

- А я разве спрашивал твоего разрешения? – с деланным изумлением посмотрел на него Элендар. – По-моему, нет. А будешь мешать – пожалеешь.

После последних слов вспыхнула занавеска на единственном здесь окне. Явный признак того, что Кай впал, буквально, в бешенство. Двое полицейских мгновенно потушили занавеску с помощью огнетушителя. Правда, они так и не поняли, откуда взялся огонь. Зато, после этого, нас с Загиром выпустили, наконец-то, из камеры.

- А ты вспыльчивый человечишка, – демон нисколько не испугался такого проявления злобы. – Но… даже с этим, для меня ты, всё равно, что таракан, которого очень легко раздавить.