Тэа наблюдала за их приближением безропотно, как подвешенный за шею зверек. Когда они остановились в шаге от нее и Алекс протянул к ней руки, она ухватилась за них испуганно и неловко. Ее медленно опустило на каменный пол.

— Позволь ему помочь, — сказала Изабелла.

*

Астоун

21:40

Эшби поскребся в дверь и, получив разрешение, тихо вошел. Стемнело, по стеклам стучал мелкий дождь. Никто не позаботился опустить портьеры, и было видно, как над замком кружат взбитые ветром облака. Впрочем, в комнате было не намного светлее. Шипел огонь. Дрова сильно прогорели, сквозь защитный экран свет почти не проникал в комнату, оставляя по углам черные тени.

Люди сидели полукругом. Двое — Алекс и Тэа — прямо на полу. Рональд угнездился в высоком кресле. Дэн, запрокинув отяжелевшую голову, полулежал на любимой софе леди Каталины, затканной драконами. Только Изабелла, поджав ноги, с любопытным видом восседала на кофейном столике, явно наслаждаясь тем, что никому не приходит в голову призвать ее к порядку. Странная тишина, покачивавшаяся между ними, мягкая, не томительная, говорила о многом.

Эшби беззвучно поставил на камин поднос с горячим кофе. Испросив взглядом разрешения, подбросил дров в огонь. Пламя прянуло гудящей волной, по лицам побежали яркие тени. Старик хотел задернуть портьеры, но Алекс остановил его. Мчащееся над океаном небо светилось палевой дымкой.

Дворецкий вышел.

Изабелла мгновенно соскочила со столика, подбежала к стынущему кофе и принялась прытко разливать его. Когда всё было готово, вернулась на прежнее место и вызвала дюжину неярких огоньков, гирляндой повисших над центром комнаты. Рональд перевел взгляд на Тэа, сидевшую возле стены с отсутствующим видом. Девушка не сменила ни позы, не выражения лица с тех пор, как они пришли.

Алекс, пристроившийся рядом, устало глотал кофе. Тэа внезапно вздрогнула, метнула в него взгляд, от которого тот едва не поперхнулся. Она смутилась, вцепилась в свою чашку и попыталась спрятаться за ней по самые брови. Это было трудно — с чашкой размером с наперсток. Изабелла тихо захихикала.

— Что не так? — мягко спросил Райн.

Тэа отрицательно помотала головой. Алекс пожал плечами. Она вздохнула и опустила лицо.

— Прости… за сегодняшнее… — пробормотала она.

— Не нужно извиняться.

— Как хочешь.

— Что теперь?

— Не знаю.

— Ты позволишь нам помочь тебе… с чем-то?

Она отставила чашку и крепко обхватила себя за плечи.

— Не уверена, что стоит.

Изабелла подняла указательный палец и торжественно провозгласила:

— Расскажи. Им можно.

Лицо Тэа исказилось. Алекс сощурился, наблюдая за ее нервно заблестевшими глазами, Дэн изогнулся на софе, стараясь не пропустить момент.

— Можно, — повторила Изабелла. — А, чуть не забыла! Мистер Эр. просил передать.

Прямо перед носом Тэа возник тонкий конвертик. Она резко схватила его в воздухе — прежде, чем тот успел упасть, и тут же надорвала. Стремительно пробежала глазами по немногочисленным строчкам.

— Директивы в нашу пользу?

Она кивнула. Алекс выжидательно приподнял брови. Тэа нахмурилась, ее явно коробило от мысли, что карты вот-вот будут раскрыты. Решение далось ей с трудом.

— Я не стану объяснять всего: это долго и излишне, если речь идет исключительно о поддержке с вашей стороны, — угрюмо заявила она.

— Короче говоря, никаких расспросов?

— Сколько угодно. Но никаких гарантий, что я отвечу.

— В чём заключается дело?

Девушка вздохнула и засунула письмо в карман джинсов. — Нужно убить человека.

— Ар-фаре! — в один голос рявкнули Рональд и Дэн.

Теперь Тэа пожала плечами, предоставляя им самостоятельно переваривать новость.

— «Арфаре»? — переспросил Алекс, но никто не обратил на него внимания.

— Тэа, такой радикальный метод… он, что — единственный? Почему бы не воспользоваться нашими…

— Нет, — резко перебила она. — Этого человека ничто не удержит. Точнее, всё будет оборачиваться в его пользу, зато жертв прибавится.

Байронс неловко ухватился за спрятанный под рубашкой Ключ: — Ты абсолютно, совершенно уверена?

Она, не колеблясь, кивнула. — Всё еще хотите участвовать?

Старик и Дэн повесили головы. Алекс взял Тэа за подбородок и развернул лицом к себе: — Зачем мы должны убить человека?

— Чтобы он стал недееспособен и не смог повредить другому человеку.

Дэн понял, к чему она клонит: — Эмили Дэй?

Тэа кивнула: — И Ивэн Гор. Мы должны быть уверены, что они проживут достаточно долго. Мужчине ничего не угрожает, но желательно перестраховаться.

— И кого мы собираемся убивать? — тихо спросил Алекс.

Тэа внезапно смешалась. Ее взгляд задергался из стороны в сторону, пока не добрался до кофейного столика.

— Не беспокойся, — Изабелла улыбнулась ей — по-взрослому и почти ласково.

— В самом деле?

— Она — моя мама. Но она… делает плохие вещи. Очень плохие.

Алекс перехватил недоуменный взгляд Тэа, но та немедленно отвернулась прочь.

— Речь идет об Элинор Уэйнфорд.

— Я понял. Стало быть, мы должны охранять этих двоих — Эмили и Ивэна… Гора.

Алекс запнулся. Он словно только сейчас расслышал второе имя. Рональд кивнул, подтверждая догадку: — Да-да, сын тех самых эмигрантов.

— И Тэа… Это ведь не случайно?

— Излишний вопрос.

— Но откуда такая уверенность, что Элинор собирается причинить им вред? Предвидение?

— Да, и нечто более существенное. — Тэа резко прервала готового пуститься в объяснения Рональда. — Простите, не хочу обидеть никого из присутствующих, но давайте для начала обсудим наши действия.

— Что мы можем предпринять? — Дэн пришел ей на помощь, заметив, что Райн снова собирается учинить допрос с пристрастием.

— Главное — не спускать глаз с Эмили. Придумайте способ обезопасить ее от Элинор до тех пор, пока я не разберусь со своей частью.

— Ты собираешься сама?..

Тэа спокойно встретила взгляд Дэна:

— Другие варианты не принимаются.

У Алекса дрогнули уголки губ.

— Еще одна вещь, которую необходимо озвучить, — отчеканила она следом. — Если вы хотите принять участие в Охоте, вам придется мне подчиняться. Слепо.

— Элинор думает повторить покушение Каталины?

— Да. Она убьет Эмили по той же причине, по которой Каталина убила Тамару Гор. Она одержима жаждой мести своей покойной предшественницы и практически не разделяет себя и ее. Она видит в Ивэне другого человека — его отца.

— Но почему ар-фаре? И как Скриптор мог ввязаться в это?

— Уже двое Скрипторов, — эхом отозвалась Тэа. — Могу утешить: на вашем «спектре» соучастие не отразится. Если верить Второму… Впрочем, вы и убить ее не сможете, даже если бы захотели.

— Мало кто может похвастаться подобной неуязвимостью, и Элинор Уэйнфорд не похожа на такое существо.

— Дело не в ее личных качествах или умениях.

— Тогда в чём же?

— Со временем поймете.

— При всём, что я знаю о нашей мисс Уэйнфорд, это кажется мне странным… — тихо пробормотал Байронс и одним махом допил остывший кофе.

Молчавшая во время их разговора Изабелла зашевелилась на столе:

— Она просто не может понять, как быть счастливой.

Алекс обернулся к ней одновременно с Дэном. Девочка разглядывала узор на ковре.

— Каждый ищет покой для своего сердца, но она не может успокоиться. Не умеет. Вот и прячется в то, что осталось от Каталины, потому что… потому что та мертва и спокойна.

— Она тоже хочет умереть?

Изабелла отрицательно покачала головой:

— На самом деле, никто не хочет. Даже те, кто умирают по собственной воле.

— Тогда, может быть…

— Нет. Иначе она добьется своего.

— Ты уверена? — Райн чувствовал, что сегодняшние откровения ему вместить сложнее, чем все предыдущие месяцы видений. Слова о матери из уст этой крохи — тихие, но тяжелые, как камень, свалились на самое дно его души.

— Она уже убивала.

*