III

ЛИРА КАПНИСТА

Не сравню с космической маской Лиры сладкозвучнейшей Капниста. Мне она звенит сердечной лаской Благозвучно, мягко, ясно, чисто. Нужно ль растекаться ей речисто? Песнь его подобье в день весенний (Не боюсь я рифм или сравнений) Соловьиного живого свиста.

АНАКРЕОН – ДЕРЖАВИН

Когда поет старик-Державин Или старик Анакреон, Один другому верно равен И ни один не превзойден. Звучит чистейшим звуком звон, Напевы сладостны и юны; Один настроил Аполлон Их гармонические струны.

НА КНИГУ «В ДОРОГЕ И ДОМА»

Счастливый Вяземский! В дороге Он дома был душой своей И обретал покой тревоге Оседлых, но рабочих дней. А дома был еще родней Он жизни близкой или дальной – В певучей грезе ли о ней, В заметке острой ли журнальной.

ВЯЗЕМСКИЙ И ТЮТЧЕВ

Когда поэт живой и резвый Задумается, загрустит И под действительностью трезвой Иную, тайную узрит, – Он вдруг о ней заговорит Одушевленно и богато, Узнав средь чуждых аонид Богиню вещего собрата.

О К. И. М. ДОЛГОРУКИМ

Как Бытие мне сердца твоего Сочувственно! И как простосердечно Твоя Камена сберегла его – Умна, остра, задумчива, беспечна! И сумерками жизни ты, конечно, Живую дружбу с нею сохранил: Житейское глядится вековечно В прозрачный ключ стихийных светлых сил.

ЭРОТ-ПАХАРЬ

В старину трудам Эрота Пригожалася соха, Как взяла его забота – Неуступчива, лиха. Хвать он кнут, краюху хлеба Да волов в соху запрег; Шапку снял, взглянул на небо, Принагнулся, приналег – Да и ну пахать да сеять; Поневоле тут Зевес Урожай ему затеять Пожелал с своих небес. Он боялся не на шутку – Не забыл о старине – Рассердить опять малютку И пылать в его огне. Как придет к тебе забота, Начинай и ты пахать, – Да зови помочь Эрота: Мальчик ловок помогать. Вместе будете стараться, Отдыхать – и то вдвоем: Не тебе ведь опасаться Запылать его огнем.

БИОН

Киприда нежная в рачительной заботе О сыне маленьком, о баловне Эроте, За ручку мальчика к Биону привела И славному певцу в науку отдала. Но очи зоркие недаром опустила: Ей ведома была младенческая сила Ученика и власть – учителя. Призыв Великой мудрости божественной – всё жив: Богиня вечная всё внемлет, благосклонна, Над нежной лирою влюбленного Биона, Как вторит страстному, как дух его проник Бессмертным пламенем учитель-ученик.

ЗАМЕТКИ

I. «Если, художник, в творенье свое всю душу вдохнул ты…»

Если, художник, в творенье свое всю душу вдохнул ты, Будет награда тебе: жизнью задышит оно. Только запомни: живое на воле живет – и по воле Вольной своей, не твоей, что пожелает – творит.

II. «Сидя на ветке, в черемухе вешней, ты очи зажмурил…»

Сидя на ветке, в черемухе вешней, ты очи зажмурил И залился, соловей, песней любви – без конца. Ты торжествуешь – и внемлешь, и свищешь, не числя, не мысля: Слезы над песней твоей точит живая душа.

ВЛ. В. ВЕЙДЛЕ

1. «Тяжелой знойною ль порой…»

Тяжелой знойною ль порой, В тиши ли жуткой полуночи Сиди на ветке – и закрой Ты истомившиеся очи. Не видит взор, не внемлет слух, И странно замирает тело; Но всё, чем жив и волен дух, В едином звуке излетело; Вспылала фениксом в груди И вырвалась душа, как птица! Нет, грез уснувших не буди: Под ними хаос шевелится.

2. «Второго августа заветный срок…»

Второго августа заветный срок Не всколыхнул в душе моей ни звука. Туманом тусклым разлитая мука И скудных слов чужда, и мерных строк. Пусть мир тебе и ярок, и широк! Так осень, вдохновительница внука, Для деда – злая тягота и скука, Покуда не угомонится рок. Благая ль воля будет надо мною? Всевидящая ночь придет родною – Осенняя хранительница муз. Тогда с тобой я запою беспечно, Скажу: «Издревле сладостный союз Поэтов меж собой связует» – вечно.