ПЕРЕВОДЫ[18]

Украинская поэзия

ЮЖНОРУССКАЯ ПЕСНЯ

                   Ох ты, радость-счастье, ты куда же скрылось?                    Или в быстрой речке счастье утопилось?                    Иль в костре чумацком, посредине поля,                    Угольком сгорела доля, моя доля?                    Выплыви же, счастье, выплыви из речки,                    Я тебя согрею на моем сердечке.                    Если ж ты сгорело, так и мне, невесте,                    Заодно с тобою, догореть бы вместе…                    Приезжали сваты, и меня из дому                    Отдала родная парню молодому.                    Молод-то он молод, да другую любит                    И своей гульбою жизнь мою загубит.                    Матушка сказала: "Ты послушай, дочка,                    Не кажись мне ровно целых три годочка".                    Год протосковавши, я не утерпела,                    Сделалась кукушкой да и полетела,                    У родимой хаты села на калину                    И закуковала про мою кручину.                    Стало жаль калине, что я так грустила,                    И она на землю листья опустила;                    А родная матка встала у порога,                    Отгадала дочку и сказала строго:                    "Если ты мне дочка, так пожалуй в хату,                    Покажу я гостью дорогому свату.                    Он мне поправляет ночью изголовье…                    Я живу без мужа, — дело мое вдовье.                    Если ты кукушка, так лети обратно,                    Жалобные песни слушать неприятно".                    Я легко спорхнула, с матушкой не споря,                    Полетела к мужу, умереть от горя.                    Вижу, муж-изменник вышел на охоту,                    Распевая песни, ходит по болоту;                    В дерево он метит, в самую верхушку,                    И на ней подстрелит серую кукушку.

1867

ЧУМА

(Из Т. Шевченко)

                          Пришла с лопатою Чума,                           Могилы рыла и сама                           Бросала в землю мертвецов —                           Детей, и женщин, и отцов,                           И "Со святыми упокой!"                           Не пела жалобно, с тоской.                           С лопатой шла Чума селом,                           Людей мела, как помелом.                           Весна. В селе цветут сады.                           Росой умылися поля.                           Не чувствуя людской беды,                           Пирует весело земля.                           Покрылись зеленью луга,                           Но люди небеса винят,                           И от жестокого врага,                           Как стадо струсивших ягнят,                           Укрылись в хатах: там и мрут.                           Волы голодные ревут;                           Пасутся сами табуны                           На всем раздолий степном;                           Под обаянием весны                           Уснули люди вечным сном.                           Неделя Светлая пришла,                           Но не гремят колокола,                           Не вьется синий дым из труб,                           Огни в избушках не горят.                           Везде лежит близ трупа труп,                           Везде могил чернеет ряд.                           Покрывшись шкурой, засмолись,                           Могильщики селом идут                           И, труп увидя, не молясь,                           Крючком зацепят — и кладут                           Погибших братьев, как рабов,                           В сырую землю без гробов.                           Минули месяцы. Село                           Крапивой жгучей поросло —                           И онемело. И в пыли                           Близ хат могильщики легли                           И тихо спят, уснув навек;                           He-выйдет добрый человек,                           Чтоб их с молитвой схоронить;                           Они должны открыто гнить…                           Как оазис, в чистом поле                              Нива зеленеет;                           Но никто туда не ходит,                              Только ветер веет.                           Листья желтые разносит,                              Сея их по полю,                           Людям песню напевая                              Про лихую долю.                           Долго поле зеленело,                              Разнося заразу;                           Наконец решились люди                              Истребить все сразу.                           Подожгли — село сгорело,                              Нет ему и следу…                           Так-то люди одержали                              Над Чумой победу!

3 марта 1878

РУСНАЦКАЯ ПЕСНЯ

                            Трели соловьиные,                                Песни лебединые                             Ночью притаившися,                                Слышу у калины я.                             Ох, моя калинушка,                                Гордая, зеленая,                             Как ты пышно выросла,                                Солнцем не спаленная.                             Нежно ты румянишься                                Под ночною зорькою;                             Но зачем ты славишься                                Над осиной горькою?                             Не гордись, не важничай,                                Барыня-калинушка, —                             Ведай, что здоровое                                Деревцо-осинушка…                             Листья на осинушке                                Трепетно колышатся.                             В этом робком трепете                                Голоса мне слышатся:                             "Да, мы листья горькие,                                Но зато здоровые;                             Вынесем безропотно                                Наши дни суровые.                             Вырастем, сравняемся                                Мы с калиной свежею;                             Как она, не будем мы                                Деревцем-невежею". вернуться

18

Суриков И. З., Трефолев Л. Н. Стихотворения. — Ярославль, Верхне-Волжское