Март 1882

204. Г. КАРЦОВУ

                      Настойчиво, прилежно, терпеливо,                          Порой таинственно, как тать,                       Плоды моей фантазии ленивой                          Ты в эту вписывал тетрадь.                       Укрой ее от любопытных взоров,                          Не отдавай на суд людей,                       На смех и гул пристрастных приговоров                          Заветный мир души моей!                       Когда ж улягусь я на дне могилы                          И, покорясь своей судьбе,                       Одну лишь память праздного кутилы                          Оставлю в мире по себе, —                       Пускай тебе тетрадь напомнит эта                          Сердечной дружбы нашей дни,                       И ты тогда забытого поэта                          Хоть добрым словом помяни!

6 октября 1882

206. БРЕД

                      Несется четверка могучих коней,                          Несется, как вихорь на воле,                       Несется под зноем палящих лучей                          И топчет бесплодное поле.                       То смех раздается, то шепот вдвоем…                          Всё грохот колес заглушает,                       Но ветер подслушал те речи тайком                          И злобно их мне повторяет.                       И в грезах недуга, в безмолвье ночей                          Я слышу: меня нагоняя,                       Несется четверка могучих коней,                          Несется нещадная, злая.                       И давит мне грудь в непосильной борьбе,                          И топчет с неистовой силой                       То сердце, что было так верно тебе,                          Тебя горячо так любило!                       И странно ты смотришь с поникшим челом                          На эти бесцельные муки,                       И жалость проснулася в сердце твоем:                          Ко мне простираешь ты руки…                       Но шепот и грохот сильней и грозней…                          И, пыль по дороге взметая,                       Несется четверка могучих коней,                          Безжизненный труп оставляя.

1882

209. УТЕШЕННАЯ

                      Дика, молчалива, забав не любя,                          От жизни ждала ты чего-то,                       И люди безумной назвали тебя,                          Несчастную жертву расчета.                       Вдали от отчизны чужая страна                          С любовью тебя приютила;                       По берегу озера, вечно одна,                          Ты грустною тенью бродила.                       И, словно покорствуя злобной судьбе,                          Виденья тебя посещали,                       И ангел прекрасный являлся тебе                          В часы одинокой печали.                       Глаза его жалостью были полны,                          Участием кротким, небесным,                       И белые крылья при свете луны                          Горели алмазом чудесным.                       Тебе говорил он: "Не вечно же тут                          Судьба тебе жить указала,                       Утешься, страдалица, годы пройдут,                          А счастия в жизни не мало!"                       И годы прошли молодые твои,                          Ты вынесла всё терпеливо                       И снова в кружок нелюбимой семьи                          Вернулась, дика, молчалива.                       По рощам знакомым, по тихим полям                          Ты грустною тенью блуждала…                       Однажды ты юношу встретила там —                          И в ужасе вся задрожала.                       На бледных устах твоих замер привет;                          Он снова стоял пред тобою,                       Тот ангел прекрасный исчезнувших лет,                          Но жизнью дышал он земною!                       Блистали глаза из-под черных бровей,                          И белые зубы сверкали,                       И жаром неопытных юных страстей                          Румяные щеки пылали.                       Не кротость участия взор выражал:                          Царем он казался могучим,                       И очи и плечи твои покрывал                          Лобзанием долгим и жгучим.                       Сбылось предсказанье, свершились мечты.                          Да, счастия в жизни не мало:                       За годы безумья тяжелого ты                          Безумье блаженства узнала.

Февраль 1883

Санкт-Петербург

211

                 О да, поверил я. Мне верить так отрадно…                     Зачем же вновь в полночной тишине                  Сомненья злобный червь упрямо, беспощадно                  И душу мне грызет, и спать мешает мне?                     Зачем… когда ничтожными словами                  Мы обменяемся… я чувствую с тоской,                     Что тайна, как стена, стоит меж нами,                  Что в мире я один, что я тебе чужой.                  И вновь участья миг в твоем ловлю я взгляде,                        И сердце рвется пополам,                  И, как преступнику, с мольбою о пощаде                     Мне хочется упасть к твоим ногам.                  Что сделал я тебе? Такой безумной муки                        Не пожелаешь и врагу…                        Он близок, грозный час разлуки, —                  И верить нужно мне, и верить не могу!