Недолго

Нет, – смысла жизни не постиг,Кто в ней клянет недолготечность.Один блаженства полный мигНе всю ль обхватывает вечность?Недолго держится роса,Блестя слезой, на розе алой,Но всею бездной небесаОтражены тут в капле малой.Иной цветок живет лишь деньНо он зато – краса природы,А неизменно черный пеньСтоит бесчисленные годы.

Елка

24 декабря 1857

Елка, дикую красуСхоронив глубоко,Глухо выросла в лесу,От людей далеко.Ствол под жесткою корой,Зелень – все иголки,И смола слезой, слезойКаплет с бедной елки.Не растет под ней цветок,Ягодка не спеет;Только осенью грибок,Мхом прикрыт – краснеет.Вот сочельник рождества:Елку подрубилиИ в одежду торжестваЯрко нарядили.Вот на елке – свечек ряд,Леденец крученый,В гроздьях сочный виноград,Пряник золоченыйВмиг плодами порослиСумрачные ветки;Елку в комнату внесли:Веселитесь, детки!Вот игрушки вам. – А тут,Отойдя в сторонку,Жду я что – то мне дадут —Старому ребенку?Нет играть я не горазд:Годы улетели.Пусть же кто-нибудь подастМне хоть ветку ели.Буду я ее беречь, —Страждущий проказник, —До моих последних свеч,На последний праздник.К возрожденью я иду;Уж настал сочельник:Скоро на моем ходуНужен будет ельник.

Упоение

Взором твоим я утешен,Жадно смотрю тебе в очи; С блеском полудня в них смешанМрак соблазнительной ночи.Пью я блаженство и муку,Слушая детский твой лепет;Страстно схватив твою руку,Чувствую жар я и трепет;Вырваться сердце готово;Грудь и томится и млеет;Хочется вымолвить слово:Сохнет язык и немеет.Нету ни воли, ни силы!Нет ни мольбы, ни заклятий!Мертвый – хочу из могилыКинуться в пламень объятий

В музеуме скульптурных произведений

Ага! – Вы здесь, мои возлюбленные боги!Здорово, старики – сатиры козлогногиИ нимфы юные! Виновник нежных мук —Амур – мальчишка, здесь, прищурясь, держит лукИ верною стрелой мне прямо в сердце метит,Да нет, брат, опоздал: грудь каменную встретитСтрела твоя; шалишь!.. над сердцем старикаБессильна власть твоя. Смеюсь исподтишкаКоварным замыслам. – А, это ты Венера!Какая стройность форм, гармония и мера!Из рук божественных одною грудь прикрыв,Другую наискось в полтела опустив,Стоишь, богиня, ты – светла, лунообразна;И дышишь в мраморе всей роскошью соблазна;А там – в углу, в тени – полуземной уродЛюбуется тобой, скривив беззубый рот,А позади тебя, с подглядкой плутоватой,Присел на корточки – повеса – фавн мохнатый.А тут крылатые, в гирлянду сплетеныМалютки, мальчики, плутишки, шалуны:Побочные сынки! прелюбодейства крошки!Ручонки пухлые и скрюченные ножки,Заброшенные вверх. – Задумчиво поникЗдесь целомудрия богини важный лик;Смотрю и думаю, – и все сомненья боле:Не зависть ли уж тут! Не девство поневоле!Вот нимфы разные от пиндовых вершин:Та выгнутой рукой склоняет свой кувшинИ льет незримою, божественную влагу;Та силится бежать – и замерла – ни шагу!Страсть догнала ее… Противиться нельзя!Покровы падают с плеча ее скользя,И разъясняются последние загадки, —И мягки, нежны так одежд упавших складки,Что ощупью рукой проверить я хочу,Не горный ли виссон перстами захвачу;Касаюсь: камень, – да!.. Нет все еще немножкоСомнительно. – А как прелестна эта ножка!Коснулся до нее, да страх меня берет…Вот – вижу – Геркулес! Надулись мышцы, жилы;Подъята палица… Я трус; громадной силыБоюсь: я тощ и слаб – итак, прощай, силач,Рази немейских львов! А я вприпрыжку, вскачьСпешу к другим. Прощай! – А! Вот где, вотПриманка!..Сладчайшим, крепким сном покоится вакханка;Под тяжесть головы, сронившей вязь венка,В упругой полноте закинута рука;В разбросе волосы объемлют выгиб шеиИ падают на грудь, как вьющиеся змеи;Как в чувственности здесь ваятель стал высок!Мне в мраморе сквозит и кровь, и гроздий сок.А вот стоят в кусках, но и в кусках велики,Священной пылью лет подернуты антики:Привет вам, ветхие! – Кто ж это, кто такойСтоит без головы, с отшибленной рукой?У тех чуть держатся отшибленный ноги;Там – только торс один. Изломанные боги!Мы сходны участью: я тоже изможден,Расшиблен страстию и в членах поврежден;Но есть и разница великая меж нами:Все восхищаются и в переломке вами,Тогда как мне, – Увы! – сужден другой удел:Не любовались мной, когда я был и цел.И ты, Юпитер, здесь. Проказник! Шут потешник!Здорово, старый бог! Здорово, старый грешник!Здорово, старый чорт! – Ишь как еще могучСтаринный двигатель молниеносных туч!Охотник лакомый, до этих нимф прелестных!Любил земное ты и в существах небесных.Досель еще на них ты мечешь жадный взгляд.Я знаю: ты во всех был превращаться радДля милых – в лебедя, что верно, помнит Леда,Где надо – в юношу, в орла – для Ганимеда,И высунув рога и утучнив бока,Влюбленный ты мычал и в образе быка;Бесстыдник! Посмотри: один сатир нескрытноСмеется над тобой так сладко, аппетитно(Забыто, что в руках властителя – гроза),Смеется он; его прищурились глаза,И расплылись черты так влажно, шаловливо,В морщинке каждой смех гнездится так игриво,Что каждый раз, к нему едва оборочусь, —Я громко, от души, невольно засмеюсь.Но – мне пора домой; устал я ноют ноги…Как с вами весело, о мраморные боги!