АСПАСИЯ Так в юности бывает.               ЕВРИПИД                                         Да, но юность, Что ныне входит в жизнь, окрылена ли Мечтами о служении отчизне, О высшей доле, славе, красоте, И так естественно, как образ жизни И склад души всех лучших юношей Из бедных и богатых без различий, Лишь ум и дерзость в состязаньях всяких Ценились к радости детей и взрослых, С участием на празднествах богов, Богинь чудесных.              АНАКСАГОР                                  Юности мечты И сновидения! И я их помню. Гомер взлелеял наши устремленья, Как божество, вселяясь в наши души, И мир предстал возвышенно-прекрасным, Как Космос, как Олимп... или Афины. Но ум недаром человеку дан, С природою вещей и мирозданья Согласный несомненно, - для познанья, С рожденьем мыслей из семян вещей. Богов ли отвергаю я? О, нет! Готов я верить и в богов, и в Ум, Вносящий строй и лад в явленья мира, Как музыка в стихию бытия.               АСПАСИЯ Увы! Клеон добился своего И вот предстал перед простым народом Защитником отеческих богов. Тут дело не в устройстве государства, Я думаю, а в честолюбьи лиц, Лишенных благородства и стыда, В невежестве своем решивших, будто Лишь деньги - мера и ума, и чести, И тщащихся быть первыми в стране.                ЕВРИПИД Да, в этом весь Клеон, богач горластый; Из демократов, он вступил в борьбу Не с Фукидидом, а с самим Периклом, Соперничать открыто с ним не в силах, В безбожьи обвинил Анаксагора.              АНАКСАГОР Увы! По-своему, он прав, что делать?               АСПАСИЯ С законом Диопифа о безбожьи, Недавно принятым, - зачем, ведь ясно, - В решении суда уж нет сомнений.              АНАКСАГОР Тюрьма, цикута? Смерти не минуешь. Природа уж приговорила нас - Меня и судей, сколько б их ни было. О, храбрецы!                АСПАСИЯ                          Готов ты смерть принять, Но лучше не сейчас и не от нас С Периклом; каково ему-то будет? Вступиться мы не можем, но спасти Мы вправе. Ты уедешь с Еврипидом На остров Саламин, а там - в Лампсак, Где ты найдешь приют, тебя достойный.               АНАКСАГОР Ах, вот зачем умчался он в Пирей! А ты меня с отшельником сыскала.                  АСПАСИЯ Согласен?                АНАКСАГОР                    Да, конечно. Все равно. Дорога в царство теней отовсюду Ведь одинакова.

 Входит Перикл, целует Аспасию с радостным возбуждением.

                АСПАСИЯ                                Ах, что случилось?                  ПЕРИКЛ В Пирей вернулись наши корабли С Керкиры - с вестью о морском сраженьи, Крупнейшем между эллинами, видно. Коринф с союзниками вышел в море Со ста пятидесятью, у керкирян - Сто десять кораблей, и наших десять, Вступивших в бой не сразу, но сыгравших С пришедшими чуть позже двадцатью Решающую роль.                АСПАСИЯ                                  Увы, война!                  ПЕРИКЛ Сраженье разыграли бестолково, Как если б гоплиты на кромках суши Сходились и ожесточенно бились, И корабли сшибались как попало, - Без всякого искусства бой кровавый. На чьей же стороне победа - трудно Решить ведь и теперь. И вот под вечер Вновь корабли готовятся к сраженью... Но тут же коринфяне отступают - При виде наших двадцати, сочтя, Что, может быть, их больше, не решаясь На новое сражение, с разрывом И мирного ведь договора с нами. Они уплыли; мир мы сохранили, Керкиру защитив, Коринф ослабив, Могущество Афин вновь подтвердив!                АСПАСИЯ Но это и опасно. Ведь Коринф Поднимет всех союзников со Спартой Угрозою могущества Афин.                ПЕРИКЛ Ну, это наша доля. А пока Корабль к отплытию готов. Решенье Какое приняли?              АНАКСАГОР                              В Лампсак, Перикл! Я буду там опять вблизи тех мест, Где метеор явился в небе знаком Моей судьбы, и Космос мне открылся Через покров мифических видений Весь в глыбах огненных камней и льда, Где жизни не было б, когда б не Нус, Из хаоса рождающий природу, Как из семян, весь из семян живого.