ОРФЕЙ Не утешай, я знаю жребий мой. Я счастлив должен быть своим рожденьем И даром, - да, все это от богов, Как бедствия мои, - здесь Неизбежность.                  3-я  МУЗА Орфей! Коль ожидаешь худших бедствий, Диониса беги! Ведь он безумный. Отец твой прав! Зачем ты с ним связался? Любимец Феба в мире песнопений Находит утешенье и отвагу В решеньи всех вопросов бытия.                    ОРФЕЙ Согласен с вами, как послушный сын, А пуще - как поэт, чье действо - слово И хороводы муз, а не вакханок. Плясал я с ними смолоду, и будет! Веселье - хорошо, но ужас смерти Им одолеть нельзя. Как быть?! Что делать?                 3-я  МУЗА Ты вопрошаешь не меня, а муз, Всех вместе и в отдельности?                  ОРФЕЙ                                                      И правда!                 3-я  МУЗА Так, призови всех муз, как Мусагет, И мы устроим празднество, как нимфы Иль поселянки; призовем и Феба, Чтоб не один Дионис верховодил, Вторгаясь в жизнь людей, добро - с весельем, Но и с безумьем, одержимый Лиссой.

Орфей играет на лире, музы - все девять - зачинают пляску, но в это время на склоне горы начинается вакханалия - с участием царя, что привлекает внимание Орфея и муз.

Сцена 3

На склоне гор. Царь Эагр в венке из виноградных лоз и с тирсом, обвитым плющом, кружится в хороводе вакханок;  Силена  опекают две женщины.

          1-я  ЖЕНЩИНА     Как легок царь, неутомим     В прыжках, сатирам не угнаться.           2-я  ЖЕНЩИНА     Вакханки так и льнут к нему,     Или бегут с оглядкой нежной,     Со вскриками сладчайших грез     Любви и неги простодушной.           1-я  ЖЕНЩИНА     А царь-то носится и скачет     (Не он ли день провел в трудах?),     Забывшись вовсе, как ребенок,     Веселью отдаваясь весь.                 СИЛЕН     Постойте! Я сейчас... чуть-чуть...         (Прикладывается к амфоре.)     Отличное вино, вот правда!           2-я  ЖЕНЩИНА     Царь знает, значит, толк в вине.                 СИЛЕН     Постойте! Только я не царь.           1-я  ЖЕНЩИНА     Мы о тебе, Силен? Царь скачет,     Вакханкам легким не угнаться...                 СИЛЕН     Постойте! Я глаза протру.     А, вижу, сам Дионис пляшет.     Как весел он! Давно не видел     Его таким прыгучим. Я     Его растил, когда владыка     Богов и смертных Зевс подкинул     На воспитанье сына мне,     Жену спалив сияньем бога,     Ребенка доносив в бедре.     Дионис милый, ты откуда?     Давно не видел я тебя.     Ты умер, говорят. О, чудо:     Дионис мой воскрес!

Стражники приводят Диониса, приняв его за сына царя, столь же, как царь, высокого, с узким длинным лицом.

              СТРАЖНИК     О, царь! Сестру, супругу вашу     Схватить не удалось; вакханки     Готовы растерзать всех нас.                 СИЛЕН     Мой бог! Или в глазах моих     Двоится образ дивный спьяну?     Бывает, да? Нет, я ошибся.     Дионис  - он! Смиренье, страх -     Все это показное; маска!     В страданьи умирает он     И воскресает вечно молод.     Эй, стража! Руки прочь от бога!     Не агнца вы схватили. Прочь!     Он тих и смирен, как безумец,     Но миг - и растерзает вас.

  Стражники разбегаются в страхе.

                 ЭАГР     Силен, ты пьян и веселись.     А здесь иное дело. Сына     Я вижу вновь в затеях прежних...                СИЛЕН     Дионис - он! А ты сам Зевс?     Кому же знать его, как мне?     Он мой воспитанник бедовый.     Ленив в учебе, слаб умом,     К вину он быстро пристрастился,     И Зевс, смеясь, отдал ему     К плющу и лозу винограда     Во веденье, и бог вина     Веселье воцарил в народе     Себе на славу и богам.                  ЭАГР     Потехе час, но делу время.     Иди проспись, Силен. А ты,     Мой сын, одумайся, негодник!     В последний раз тебя прошу.                 ДИОНИС     О царь, ты, кажется, забылся.     Силен пусть пьян, болтает вздор,     Но я Дионис! Берегись!