Входит царь Петр, к удивлению всех.
П е т р Я видел сон, ужасный и предивный. Послушайте. И надо б записать. Актерам бы сыграть его на сцене. Изрядная комедия, поди. Мне тяжело. И вот, кажись, я умер. Душа оставила больное тело И вознеслась - до потолка, до звезд, Как светом все пронизало вокруг, Прозрачно чистым, благостным и нежным, Какого же в природе не бывает. Меж тем я падал в бездну, в ад кромешный. "Пожалуй, - думаю. - Куды деваться? Из венценосцев мало кто не грешен". Два ангела, в полете уносясь, Заспорили сердито меж собою, С изрядной спесью, о душе моей. Один из них надменный и лукавый, Другой велеречивый, как монах... Однако ж я не сгинул в ад кромешный. В сияющих лучах возник апостол, Тот, кто хранит ключи от Рая в небе. Архангел Михаил призвал его В посредники, мол, пусть старик рассудит, Насколько справедлива та молва: "Антихрист!" - говорят о нем монахи. А царь он православный, Бога чтит; В церковных песнопеньях царский голос Слышней и искреннее всех звучит... Тут дьявол выступил не без усмешки: "Но чтит он и языческих богов; В особенности Вакха обожает, Венеру - тож". -"Что за беда? - сказал Святой отец. - Коли силен он в вере. В забавах кто не грешен на Земле?" "Да он прелюбодей; убийца тоже; Все заповеди много раз нарушил", - Злорадствовал с усмешкой дьявол. "В полунощном краю возвел он город, Что именем твоим ведь освящен - Как Парадиз земной", - архангел вспомнил. "О том я ведаю. Теперь вполне Признал того, о чьей душе меж вами До срока явно разгорелся спор", - Апостол Петр воззвал с мольбою к Богу: "Всевышний! Царь, твой самый верный раб, Творенью твоему дивясь всечасно, Замыслил он свой край преобразить Ремеслами, торговлей, просвещеньем, Создать породу новую людей, С твоею помощью, тебе во славу! Он занемог от тяжкого труда Строителя судов и государства В начале новых, небывалых дел. Слаб человек. Но дух его не сломлен. Пусть встанет вновь, свободен и могуч". И тут в глаза ударил солнца луч. Здоров я. Катерина, друг сердечный, Пора мне на театр военных действий. (Уходит, и все за ним.)Сцена 2
Москва. 5 октября 1708 года. Торговые ряды неподалеку от Кремля. Два трубача и два гонца на конях в окружении простого люда, купцов, дворян и иноземцев из мастеровых и послов.
Трубы.
М а л ь ч и ш к а (с лотком на голове). А что будет?
М у ж и ч о к (с сумой). Послушай, узнаешь. Да тебе некогда.
М а л ь ч и ш к а. Конечно, я же на работе.
М у ж и ч о к. Беги! Молва тебя обгонит.
К у п е ц. Что-то задумал царь еще. На нашу голову.
П р и к а з ч и к. А я слыхал, свейский король с войском подходит к Москве. Государь царевич осматривал стены Кремля, в порядке ли они? Выдержат ли оборону?
К у п е ц. В Кремле-то можно отсидеться. А мы-то как?
1-й п о с л а н н и к. В "Ведомостях" сообщали об отъезде его царского величества на театр военных действий.
2-й п о с л а н н и к. Где царь, там и дело.
Трубы.
1-й г о н е ц. Слушай народ православный! Слушайте все! Мы прибыли прямо с поля сражения в лесах Белоруссии. Имеем сообщить важную новость. 28 сентября отряд русских войск под начальством его царского величества и светлейшего князя Меншикова наголову разбил армию генерала Левенгаупта, превосходившую наши силы вдвое. Все превосходство противника - в 8 тысяч - полегло на поле сражения у деревни Лесная...