В самом деле, перед царевичем являются три женщины.

             1-я  ж е н щ и н а Рождением высоким счастлив не был. Чего искал ты в жизни, если небо,             Такое счастье даровав,             Не отвратило от забав, Бессмысленных для разума и сердца,             Погибельных из детства?                   А л е к с е й             Что делать, коли я инакий                   Чем мой отец?                 2-я  ж е н щ и н а              Раздор в семье - то знаки,              Кому-то предстоит конец.              Раздор же в государстве шибче -              Несет ему погибель.                   А л е к с е й Резон в том я, конечно, вижу ныне.      Но в этой каменной пустыне,      О, женщины, ужель нельзя             И пожалеть меня?              1-я  ж е н щ и н а Он жаждет утешения и ласки, Не в силах вынесть и священства глас.                  А л е к с е й Я жду, уже без сил, что третья скажет, Последнею надеждою дыша.            3-я  ж е н щ и н а Напрасно. Безотрадные виденья Меня пугают, но молчать нельзя. Ты видишь, женщины нагие бродят, Поют и пляшут без стыда?              А л е к с е й               (с ужасом)                                                  То ведьмы? Исходят плачем, словно пред Христом, Распятым на кресте, и тянут руки, Хватаясь за меня - спасти или убить? О, Боже милостивый, что же это? Любовь сих женщин тяжелей, чем гнев Отцовский, праведный, могучий, к жизни Взывавший постоянно, но не к смерти.       (Распластывается на полу.)

АКТ  V

Сцена 1

Санкт-Петербург. Летний дворец. Май 1719 года. У закрытой двери в царские покои денщики и генерал Брюс.

           1-й  д е н щ и к Который день в печали пребывает; Не ест, не пьет, и видеть никого Не хочет; да не может, точно силы Оставили его совсем от горя.                 Б р ю с Я понимаю, государь в печали; Мы все в печали. Время же, однако, Не терпит, я приехал, чтоб отбыть На Аландский конгресс, где целый год В баталиях словесных безуспешно Проводим дни; а лучше пушки вновь Заговорят, чтоб мира нам достичь.              2-й  д е н щ и к Он в думы погружен; в какие, трудно Сказать, когда в молчаньи он стоит Иль сидя, словно дремлет, вздохи шумно Порою поднимая, будто долго И вовсе не дышал...              3-й  д е н щ и к                                     В печаль и раньше Его величество впадал, но после С поспешностью великой брался вновь Он за дела, уверовав, что Бог И Правда - с ним, иначе что успел бы Свершить один за краткий жизни срок.                Б р ю с           (2-му денщику) Василий! Загляни. С делами можно И подождать, пожалуй, но кручина Безмерная ведь пагубна для жизни.

2-й денщик открывает дверь и останавливается в удивленьи.                   

               1-й  д е н щ и к Проделав черную работу сам, Наследника он ищет и не видит: Сын старший предал; младший взял и умер.                  П е т р      (носится по комнате) То горе пережил, печаль во гневе Мешая; точно зуб больной сам вырвал Да у себя же самого, поди; Хоть горе, а все легче, худших бедствий России, может, минуть удалось. Но младший сын - безвинный, нежный ангел - С чем он явился в мир сей? Что унес?       (У двери, но словно никого не видя.) О, тайны гроба, что храните вы? Истлевшие останки, кости, череп - И больше ничего? А что душа - Всего лишь тень останков сих при свете? Ребенок, муж иль старец - все едино, Когда нет жизни, пусть душа бессмертна, Всего, как тень сей жизни, что была? И Бог - всего лишь темный облик мира? Иль светлый, исчезающий при свете?                   Б р ю с О, государь! Какие мысли! Жаль, Нет времени мне вдуматься и вставить Мои раздумья на сей счет. Я прибыл С конгресса в Аландах. Переговоры Со смертью Карла и его министра...                   П е т р Дела потом. Дай мне придти в себя. Здоров я, видишь, но состав души, Прозрачный, чистый, помутнев, распался, Как в зеркале разбитом, - как собрать?             1-й  д е н щ и к               (шепотом) Василий! Позови скорей царицу.