Рождественские пожелания и подарки*

Лучше    мысль о елках          навсегда оставь. Елки пусть растут         за линией застав. Купишь елку,       так и то           нету, которая красива, а оставшуюся       после вычески лесных массивов. Что за радость? Гадость! Почему я с елками пристал? Мой ответ      недолог: нечего    из-за сомнительного рождества Христа миллионы истреблять           рожденных елок. Формулирую, все вопросы разбив (отцепись, сомненья клещ!): Христос — миф, а елка —     вещь. А чтоб зря      рождество не пропадало — для каждого         подумал про подарок. 1. Англии Хочу,    чтоб в одну         коммунистическую руку сложили     рабочих         разрозненные руки. Рабочим —       миллионы стойких Куков, буржуям —       один хороший кукиш. 2. Китаю От сердца от всего,          от самого до́нца, хочу,   чтоб взвился         флаг-малина. Чтоб получить          свободными             14 кантонцев и, кстати,     одного        арестованного Чжан Цзо-лина. 3. Двум министрам Куски закусок,        ви́на и пена. Ешь весело!       Закусывай рьяно! — Пока   Бриан      не сожрет Чемберлена, а Чемберлен       сожрет Бриана. 4. СССР Каждой республике —            три Волховстроя, втрое дешевые,        мощные втрое. Чтоб каждой реки         любая вода миллионы вольт        несла в провода. Чтоб новую волю         время вложило в жилы железа        и наши жилы. Пусть   хоть лампой будет пробита толща    нашего       грязного быта. 5. Буржую (Разумеется) — ствол. Из ствола — кол. Попробуй, мол, кто крепче и дольше проживет — кол       или живот. 6 И, наконец,      БЮРОКРАТАМ —               елочную хвою. Пусть их     сидят на иголках            и воют. Меньше     будут       на заседаниях тратиться, и много труднее —          обюрократиться.

[1926]

Наше новогодие*

«Новый год!»       Для других это просто: о стакан     стаканом бряк! А для нас      новогодие —            подступ к празднованию         Октября. Мы        лета́     исчисляем снова — не христовый считаем род. Мы        не знаем «двадцать седьмого», мы        десятый приветствуем год. Наших дней       значенью           и смыслу подвести итоги пора. Серых дней       обыдённые числа, на десятый       стройтесь           парад! Скоро    всем       нам         счет предъявят: дни свои      ерундой не мельча, кто   и как      в обыдённой яви воплотил      слова Ильича? Что в селе?      Навоз         и скрипучий воз? Свод небесный         коркою вычерствел? Есть ли там       уже         миллионы звезд, расцветающие в электричестве? Не купая      в прошедшем взора, не питаясь      зрелищем древним, кто и нынче       послал ревизоров по советским       Марьям Андревнам? Нам   коммуна       не словом крепка́ и люба́ (сдашь без хлеба,         как ни крепися!). У крестьян       уже         готовы хлеба́ всем,    кто переписью переписан? Дайте крепкий стих          годочков этак на́ сто, чтоб не таял стих,         как дым клубимый, чтоб стихом таким          звенеть             и хвастать перед временем,         перед республикой,              перед любимой. Пусть гремят       барабаны поступи от земли      к голубому своду. Занимайте дни эти —           подступы к нашему десятому году! Парад    из края в край растянем. Все,   в любой работе          и чине, рабочие и драмщики,           стихачи и крестьяне, готовьтесь       к десятой годовщине! Всё, что красит        и радует,            всё — и слова,     и восторг,          и погоду — всё   к десятому припасем, к наступающему году. вернутьсявернуться