[1928]

Халтурщик*

«Пролетарий       туп жестоко — дуб  дремучий          в блузной сини! Он в искусстве          смыслит столько ж, сколько    свиньи в апельсине. Мужики —     большие дети. Крестиянин         туп, как сука. С ним    до совершеннолетия можно    только что        сюсюкать». В этом духе        порешив, шевелюры     взбивши кущи, нагоняет        барыши всесоюзный         маг-халтурщик. Рыбьим фальцетом            бездарно оря, он     из опер покрикивает, он     переделывает           «Жизнь за царя»* в «Жизнь        за товарища Рыкова*». Он  берет       былую оду, славящую         царский шелк, «оду»      перешьет в «свободу» и продаст,     как рев-стишок. Жанр      намажет       кистью тучной, но узря,    что спроса нету, жанр изрежет       и поштучно разбазарит     по портрету. Вылепит        Лассаля*        ихняя порода; если же    никто       не купит ужас глиняный — прискульптурив           бороду на подбородок, из Лассаля     сделает Калинина. Близок    юбилейный риф, на заказы         вновь добры, помешают волоса ли? Год в Калининых побыв, бодро      бороду побрив, снова      бюст     пошел в Лассали. Вновь    Лассаль       стоит в продаже, омоложенный проворно, вызывая        зависть            даже у профессора Воронова*. По наркомам       с кистью лазя, день-деньской       заказов ждя, укрепил       проныра        связи в канцеляриях вождя. Сила знакомства!        Сила родни! Сила     привычек и давности! Только попробуй        да сковырни этот  нарост бездарностей! По всем известной вероятности — не оберешься       неприятностей. Рабочий,        крестьянин,          швабру возьми, метущую чисто          и густо, и месяц    метя          часов по восьми, смети      халтуру          с искусства.

[1928]

XIV МЮД*

Сегодня       в седеющие          усы и бороды пряча        улыбающуюся радость, смотрите —         льются             улицы города, знаменами припарадясь. Богатые       у нас       отнимали            и силы и сны, жандармы      загораживали            ворота в науки, но   сильны и стройны у нас       вырастают сыны, но,   шевеля умом,         у нас              поднимаются внуки. Пускай    по земле           сегодня носится интернационалом         на все лады боевая многоголосица пролетариев молодых. Наших —         теснят.         Наших —                бьют в озверевших       странах фашистов. Молодежь,      миллионную руку             в МЮД, защищая товарищей, —               выставь! Шествий        круг,       обними фашистские тюрьмы. Прижмите богатых             к стенам их домов. Пугая жирных,          лейся,          лава юнгштурма. Пионерия,      галстуком          пугай банкирских быков. Они   отнимали у нас             и здоровье и сны. Они   загораживали         дверь науки, но,   сильны и стройны, идут   большевизма сыны, но      сильны и умны — большевистские внуки. Сквозь злобу идем,            сквозь винтовочный лай мы строим коммунизм,             и мы передадим      борьбой омываемый нашей    смене —          мир. вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться