Элинель бросил короткий взгляд на мраморный узор столика, нарушенный двумя черными росчерками, и тихо вздохнул.

   - Я не ждал этого. - признался через силу. - Я пока не в силах принять его смерть. Отец всегда был самым... непобедимым, неуязвимым! Я привык считать, что он будет вечно. Возможно, мои годы слишком малы, чтобы осознать подобное...

   - Годы не причем! Мне сложно принять его гибель как и тебе, мальчик. Но ведь каждый однажды становится Старшим.

   - Конечно!.. но мы с Феррелом - младшие из его сыновей. Скажу о себе. Я не ожидал, что когда-нибудь стану принимать решения за семью, а тем более - столь серьезные! И вот, братья погибли. Их дети сами слишком молоды и нуждаются в защите, а сестра... теперь, когда Эрриль со своей семьей ушла Вратами - мы единственные Первые. Возможно, ее дети и не стали бы нам надежной поддержкой, среди них почти не было защитников, но остаться совсем без Старших!.. - Элинель с сомнением покачал головой.

   Эманель поднял внимательный взгляд, всматриваясь в собеседника. Глаза короля чуть потемнели, отражая внутреннее напряжение.

   - Теперь Старшие - вы. - напомнил он без нажима. - Что тебя тревожит?

   - Не страх. - напрямую ответил Элинель, король невольно улыбнулся, отдавая должное подобной смелости. - Мы давно и успешно охраняли Запретный лес, нашими усилиями последние сотни лет жизнь эйльфлёр на острове была беззаботной и простой. Но раньше я твердо знал, что за мной стоят братья, а за ними - он, и если кто-то из нас споткнется, он всегда успеет подставить плечо. Или исправить наши ошибки. В любой момент я мог получить и совет, и поддержку. А теперь мне некого спросить - и не с кем разделить ответственность. Мне не страшно, но мне тревожно от твоего доверия! Я не заслуживаю его, и нет ни одной причины для той чести, что ты оказал мне, вверив в мои руки судьбу Зачаровня!..

   Эманель легким кивком обозначил понимание.

   - Не в моих силах облегчить твою ношу! - искренне и просто посочувствовал младшему, Элинель, в свою очередь, поднял внимательный взгляд. - Все случилось слишком внезапно, на вас рухнул тяжкий груз наших ошибок! Это несправедливо, незаслуженно, и неизбежно. Однажды каждый из нас вот также остался один на один с ответственностью, и признаюсь откровенно - я до сих пор не уверен, что избрание меня королем было безупречно верным решением. Я так и не нашел в себе необходимых качеств для подобной чести!..

   - Ты - первый по праву!.. - уверенно выдохнул принц, Эманель слегка пожал плечами.

   Принц понурился.

   - Я не стремлюсь переложить на других свой долг, но защищать всех эйльфлёр!.. У меня нет ни опыта, ни умения, ни сил...

   - У всех остальных их еще меньше. - напомнил Эманель.

   Принц с досадой покивал.

   - Поэтому я здесь. - согласился просто. - Не потому, что чувствую себя достойным, а потому, что кроме нас с Феррелом и некому больше. За нами - наши дети, теперь мы первая линия обороны.

   Он замолк, погрузившись в тяжелые мысли. Эманель не настаивал, ему тоже нашлось, о чем поразмыслить, "трудные времена" ставили перед королем непростые задачи.

   - Утром я уйду с патрулем на западные окраины. - чуть погодя поделился планами Элинель. - Нас два десятка, мы подменим на неделю-другую главный пост у Виляй-реки, пока не подойдет постоянная охрана. Ваши там дежурят еще с осени, им пора передохнуть. Пусть возвращаются к семьям. В основном там эйльфлёр с центральных звероферм, наверняка им есть, чем заняться дома. Так что если я понадоблюсь, то до новолуния я у западных границ. Потом соберу окрестных, мы пойдем дальше, вдоль границы, с запада на восток.

   Эманель согласно кивнул, расслаблено откинулся в кресле. У него оставались еще несколько мелких дел, которые он хотел сделать до того, как уснет, но свинцовая тяжесть недвусмысленно намекала: пора отдыхать.

   - Я сам уберу тарелки, - с пониманием предложил Элинель, споро собирая посуду. - Я все равно обещал Ромиль помочь по кухне, они там совсем с ног сбились.

   Король с молчаливым вопросом заглянул ему в лицо, и Элинель едва заметно схмурился:

   - Нет, от Феррела не было посыльных. Мы не получали никаких известий с Острова уже второй месяц. Даже Охотники не вернулись. Считаешь, нужно вновь послать гонцов?

   - А как считаешь ты?..

   Элинель, собравшийся было уходить, вновь поставил столик на пол, выпрямился, открыто и строго глядя на короля.

   - Я считаю, что у нас нет возможности помочь им. Да, мне также неспокойно, как и тебе. В конце концов, это мой дом остался сейчас без охраны. Это моя семья, возможно, находится в смертельной опасности. Однако мы оба прекрасно понимаем, насколько слабы позиции эйльфлер здесь, на материке, чтобы позволять себе рассеивать силы. Даже те два десятка пограничников, которые завтра уйдут со мною, я нашел с великим трудом. А уж собирать отряд для возможного конфликта на острове!.. мы все равно не найдем достаточно бойцов, чтобы отбиться от агрессии, если там все же война. Но при этом совсем ослабим и без того слабую защиту Зачаровня. Ты думаешь, мысли о родных не преследуют меня каждое мгновенье, с тех пор, как я остался здесь, с вами, а Феррел уплыл домой?! - Эманель невольно вздрогнул, принц невесело усмехнулся. - Нет, надеюсь, ты так не думаешь, король Эманель. Мы не сталкивались с тобой близко до нынешнего года, но я никогда не сомневался в твоей мудрости. И отец, и принцесса Лирриль всегда отзывались о тебе с глубоким уважением. Да и сам я теперь вижу, насколько разумно ты организовал жизнь эйльфлер здесь, на материке. Мне пришлось выбирать, и выбор мой был страшным. Но я теперь в ответе не только, и не столько за себя, сколько за всех, доверившихся мне, и я выбираю материк. Там, в Запретном лесу, наших осталось вовсе мало. Там наши позиции более шаткие, чем здесь, в Зачаровне. И, коль уж мне выпало защищать последний оплот эйльфлёр, я выбираю материк: закрепившись здесь, у нас есть шанс выжить. На острове - нет.

   Король тяжело поднялся, подошел вплотную, склонил голову в искреннем поклоне:

   - Ты оказал нам честь, оставшись с нами, друг. Прости, что невольно усомнился в твоем выборе! Мы, действительно, слишком мало знаем друг друга. Больше я не оскорблю тебя недоверием, поверь.

   - Это для меня честь быть среди твоих друзей!.. - тихо возразил Элинель. - И ты прости мою горячность. Я еще только учусь быть старшим.

   *

   Сквозь тревожный сон пробился настойчивый зов: "Опасность! Опасность!". Эльф открыл глаза, сразу, без перехода возвращаясь в реальность: "Что происходит?" - "Гномы спускаются!".

   Не слишком удачное начало дня.

   Геллен взобрался на самую макушку высокой сосны, и замер в тонких ветвях, рассматривая открытый склон. Да, гномы шли по нему, шли не таясь, и, как показалось эльфу, даже весело. Их нарочитая открытость настораживала больше, чем проявленная бы ими осторожность.

   С соседних деревьев за пологим спуском пристально наблюдали другие пограничники. Накануне вечером они, двенадцать эйльфлёр, совершающие обычный обход границы между двумя укрепленными заставами, заметили на одном из склонов Трабба дым. Склон до этого вечера считался необитаемым, дым на нем мог означать как временную стоянку гномов, так и новообразованное поселение. Поскольку и то, и другое находилось меньше чем в дневном переходе от эльфийской границы, пограничники прервали обход, засели в негустом перелеске, зорко высматривая склон. Ночью ничего подозрительного на склоне не происходило, костер то пригасал, то разгорался с новой силой. Можно было предположить, что гномий отряд также приглядывался к опушке Зачаровня, ожидал рассвета.

   Под утро дежурные подняли тревогу: на склоне показалась вереница гномов.

   По мере приближения гномьего отряда, нарастало удивление эйльфлер: гномов было вопиюще мало для бандитского набега, они шли слишком открыто для разведгруппы, а уж их предыдущее демонстрирование собственного присутствия на пустынном склоне вообще не укладывалось ни в какие рамки.