И подождите рвать меня зубцами! С одним из вас я речь вести хочу, А там, как быть со мной, решайте сами». 76 Все закричали: «Выйти Хвостачу!» Один пошел, а прочие глядели; Он шел, ворча: «Чего я хлопочу?» 79 Мой вождь сказал: «Скажи, Хвостач, ужели, Нетронут вашей злобой, я бы мог Прийти сюда, когда б не так хотели 82 Господня воля и содружный рок? Посторонись; мне небо указало Пройти с другим сквозь этот дикий лог». 85 Тогда гордыня в бесе так упала, Что свой багор он уронил к ногам И молвил к тем: «С ним драться не пристало». 88 И вождь ко мне: «О ты, который там, Среди камней, укрылся боязливо, Сойди без страха по моим следам». 91 К нему я шаг направил торопливо, А дьяволы подвинулись вперед, И я боялся, что их слово лживо. 94 Так, видел я, боялся ратный взвод, По уговору выйдя из Капроны[292] И недругов увидев грозный счет. 97 И я всем телом, ждущим обороны, Прильнул к вождю и пристально следил, Как злобен облик их и взгляд каленый. 100 Нагнув багор, бес бесу говорил: «Что, если бы его пощупать с тыла?» Тот отвечал: «Вот, вот, да так, чтоб взвыл!» 103 Но демон, тот, который вышел было, Чтоб разговор с вождем моим вести, Его окликнул: «Тише, Тормошило!» 106 Потом сказал нам: «Дальше не пройти Вам этим гребнем; и пытать бесплодно: Шестой обрушен мост, и нет пути. 109 Чтоб выйти все же, если вам угодно, Ступайте этим валом, там, где след, И ближним гребнем выйдете свободно. 112 Двенадцать сот и шестьдесят шесть лет Вчера, на пять часов поздней, успело Протечь с тех пор, как здесь дороги нет.[293] 115 У наших в тех местах как раз есть дело — Взглянуть, не прохлаждается ль народ; Не бойтесь их, идите с ними смело». 118 «Эй, Косокрыл, и ты, Старик, в поход! — Он начал говорить. — И ты, Собака; А Борода десятником пойдет. 121 В придачу к ним Дракон и Забияка, Клыкастый Боров и Собачий Зуд, Да Рыжик лютый, да еще Кривляка. 124 Вы осмотрите весь кипящий пруд; А эти до ближайшего отрога, Который цел, пусть здравыми дойдут». 127 «Что вижу я, учитель? Ради бога, Не нужно спутников, пойдем одни, — Сказал я. — Ты же знаешь, где дорога. 130 Когда ты зорок, как всегда, взгляни: Не видишь разве их кивков ужасных И как зубами лязгают они?» 133 «Не надо страхов и тревог напрасных; Пусть лязгают себе, — мой вождь сказал, — Чтоб напугать варимых там несчастных». 136 Тут бесы двинулись на левый вал, Но каждый, в тайный знак, главе отряда Сперва язык сквозь зубы показал, 139 И тот трубу изобразил из зада.

Песнь двадцать вторая

Круг восьмой — Пятый ров (продолжение)1 Я конных ратей видывал движенья, В час грозных сеч, в походах, на смотрах, А то и в бегстве, в поисках спасенья; 4 Я видывал наезды, вам на страх, О аретинцы[294], видел натиск бранный, Турнирный бой на копьях и мечах, — 7 Под трубный звук, набатный, барабанный, Или по знаку с башен, как когда, На итальянский лад и чужестранный; 10 Но не видал, чтобы чудней дуда Звучала конным, пешим иль ветрилам, Когда маячит берег иль звезда.[295] вернуться

292

Капрона — замок, захваченный у гвельфской Лукки гибеллинской Пизой, но в августе 1289 г. сдавшийся соединенному войску луккских и флорентийских гвельфов, в числе которых был и молодой Данте.

вернуться

293

Двенадцать сот и шестьдесят шесть лет… — Хвостач объясняет обвал моста тем же содроганием преисподней, о котором говорил Вергилий (А., XII, 37–45), то есть землетрясением, происшедшим, по евангельской легенде, в миг смерти Христа. Церковники считали, что Христос умер в возрасте тридцати четырех лет, и этой веры придерживался Данте («Пир», IV, 23). С момента землетрясения прошло, по словам Хвостача, 1266 лет. Следовательно, время действия этой сцены — 1300 г., на что и намекает автор (ср. А., I, 1 и прим.).

вернуться

294

О аретинцы — В молодости Данте участвовал в походе против Ареццо и 11 июня 1289 г. сражался как всадник на Кампальдино (Ч., V, 92), где аретинцы были разбиты.

вернуться

295

Когда маячит берег иль звезда — то есть в морском плавании, когда путь ветрилам, то есть кораблям, определяется по очертаниям берега или по звездам.