97 Мгновенно это скопище большое, Спеша бегом, настигло нас, и так, Всех впереди, в слезах кричали двое: 100 «Мария в горы устремила шаг,[792] И Цезарь поспешил, кольнув Марсилью, В Испанию, где ждал в Илерде враг».[793] 103 «Скорей, скорей, нельзя любвеобилью Быть вялым! — сзади общий крик летел. — Нисходит милость к доброму усилью». 106 «О вы, в которых острый пыл вскипел Взамен того, как хладно и лениво Вы медлили в свершенье добрых дел! 109 Вот он, живой, — я говорю нелживо, — Идет наверх и только солнца ждет; Скажите нам, где щель в стене обрыва». 112 Так встретил вождь стремившийся народ; Одна душа сказала, пробегая: «Иди за нами и увидишь вход. 115 Потребность двигаться у нас такая, Что ноги нас неудержимо мчат; Прости, наш долг за грубость не считая. 118 Я жил в стенах Сан-Дзено[794] как аббат, И нами добрый Барбаросса правил, О ком в Милане скорбно говорят.[795] 121 Одну стопу уже во гроб поставил Тот, кто оплачет этот божий дом, Который он, имея власть, ославил, 124 Назначив сына, зачатого злом, С душой еще уродливей, чем тело, Не по уставу пастырствовать в нем».[796] 127 Толпа настолько пробежать успела, Что я не знаю, смолк он или нет; Но эту речь душа запечатлела. 130 И тот, кто был мне помощь и совет, Сказал: «Смотри, как двое там, зубами Вцепясь в унынье, мчатся им вослед».[797] 133 «Не раньше, — крик их слышался за нами, — Чем истребились те, что по дну шли, Открылся Иордан пред их сынами.[798] 136 И те, кто утомленья не снесли, Когда Эней на подвиг ополчился, Себя бесславной жизни обрекли».[799] 139 Когда их сонм настолько удалился, Что видеть я его уже не мог, Во мне какой-то помысел родился, 142 Который много всяких новых влек, И я, клонясь от одного к другому, Закрыв глаза, вливался в их поток, 145 И размышленье претворилось в дрему.

Песнь девятнадцатая

Круг четвертый (окончание) — Круг пятый — Скупцы и расточители1 Когда разлитый в воздухе безбурном Зной дня слабей, чем хладная луна, Осиленный землей или Сатурном,[800] 4 А геомантам, пред зарей, видна Fortuna major там, где торопливо Восточная светлеет сторона,[801] 7 В мой сон вступила женщина: гугнива, С культями вместо рук, лицом желта, Она хромала и глядела криво.[802] 10 Я на нее смотрел; как теплота Живит издрогнувшее за ночь тело, Так и мой взгляд ей развязал уста, 13 Помог ей тотчас выпрямиться смело И гиблое лицо свое облечь В такие краски, как любовь велела.[803] 16 Как только у нее явилась речь, Она запела так, что я от плена С трудом бы мог вниманье уберечь. 19 «Я, — призрак пел, — я нежная сирена, Мутящая рассудок моряков, И голос мой для них всему замена. 22 Улисса совратил мой сладкий зов С его пути;[804] и тот, кто мной пленится, Уходит редко из моих оков». вернуться

792

Мария в горы устремила шаг — По евангельской легенде, дева Мария поспешила в горы, чтобы приветствовать свою родственницу Елисавету, зачавшую сына.

вернуться

793

Цезарь, вытеснив Помпея из Италии, быстро двинулся в Галлию, оставил Требония и Децима Брута осаждать Марсилью (Массилию, Марсель) с суши и с моря, вступил в Испанию и около Илерды (Лерида) принудил помпеянцев к сдаче (49 г. до н. э.).

вернуться

794

Сан-Дзено — монастырь в Вероне. Имя говорящего здесь аббата остается невыясненным.

вернуться

795

Император Фридрих Барбаросса в 1162 г. разрушил сопротивлявшийся ему Милан; вот почему в этом городе о нем «скорбно говорят».

вернуться

796

Одну стопу уже во гроб поставил Альберто делла Скала, властитель Вероны (умер в 1301 г.), который незаконно назначил аббатом в Сан-Дзено своего побочного сына, хромоногого Джузеппе, человека безнравственного (умер в 1313 г.).

вернуться

797

Зубами вцепясь в унынье — то есть порицая этот грех.

вернуться

798

По библейской легенде, евреи, вышедшие из Египта по дну Чермного моря, побоялись вступить в обетованную землю. За это все совершеннолетние осуждены были умереть в пустыне, и только дети их, сорок лет спустя, наконец увидели Иордан.

вернуться

799

Малодушные спутники Энея, оставшиеся в Сицилии (Эн. V, 700–778).

вернуться

800

Смысл: «В предрассветный час, когда нагревшийся за день воздух уже не может бороться с холодными лучами луны, потому что «зной дня» успел ослабеть под влиянием холода, исходящего от земли или от Сатурна…»

вернуться

801

Геоманты гадали по фигурам на основе случайно набросанных точек. Фигура «Fortuna major» походила на крайние звезды Водолея вместе с ближайшими звездами Рыб. Данте хочет сказать, что на востоке уже взошли Водолей и частично Рыбы, то есть до восхода солнца оставалось около трех часов.

вернуться

802

Женщина, приснившаяся Данте, олицетворяет те три греха, которые искупаются в трех верхних кругах: корыстолюбие, чревоугодие и сладострастие (ср. ст. 58–59).

вернуться

803

Так и мой взгляд… — Смысл: «Только наши глаза придают очарование низменным благам, которые сами по себе мерзки».

вернуться

804

Улисс (Одиссей) был совращен с пути не сиренами, а волшебницей Цирцеей.