* * *

Однажды морем я плыла На корабле одном, Погода чудная была, Вдруг разыгрался шторм. Припев: Ай-ай-ай-ай! В глазах туман, Кружится голова… Едва стою я на ногах, Но я ведь не пьяна. А капитан приветлив был — В каюту пригласил, Налил шампанского бокал И выпить предложил. Припев. Бокал я выпила до дна, В каюте прилегла, И то, что с детства берегла, Ему я отдала. Припев. А через год родился сын, Морской волны буян. Но кто же в этом виноват? Конечно, капитан. Припев. С тех пор прошло немало лет, Как морем я плыла, Но как увижу пароход — Кружится голова. Припев. Умейте жить? Умейте пить! И все от жизни брать! Ведь все равно когда-нибудь Придется умирать! Припев: Ай-ай-ай-ай! В глазах туман, Кружится голова. Едва стою я на ногах… И все же я пьяна.

ВЕТЕР ВИНОВАТ

Какой проказник все же этот ветер! Зачем его пускают в Ленинград? Вот мы идем, и нас слегка качает. И в этом только ветер виноват. Не пью я пиво и не пью вино, А водка для меня — ну просто яд! И если я опять сижу в пивной, Так в этом только ветер виноват. А в общежитьи пить не разрешают, И женщин приводить нам не велят. И если утром выйдет блядь какая, Так в этом только ветер виноват. От общежития до института Пивточки выстроились в ряд. И если мы опять немножко пьяны, Так в этом только ветер виноват. А гастроном заманчиво мигает «Зайди скорее в гости, милый брат». И если мы опять полбанки взяли, Так в этом только ветер виноват. Два раза в год экзамены бывают, Но это пусть заботит деканат. И если мы экзамены завалим, Так в этом только ветер виноват.

ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ

* * *

Изба-читальня, Второй этаж — Там буги-вуги Лабает джаз. Мы все за мир, И мир за нас. Кто против мира — Мы вырвем глаз. Стиляга Робсон Взял саксофон, И песнь о мире Заводит он. О Сан-Луи, Лос-Анджелос! — Объединились В один колхоз. В колхозе этом Живет одна. Во имя мира Дает она. Колхозный сторож Иван Кузьмич Во имя мира Пропил «Москвич». Мы все — стиляги, И мир за нас. В защиту мира Лабает джаз.

* * *

Там, где обезьяны хавают бананы, Там, где среди джунглей племя «ням» живет, Появился парень, стильный и красивый, Парень из Чикаго — Джонни Кашалот. Припев: Раньше слушал Баха фуги, Африка, А теперь танцую буги, Африка. В мире нет прекрасней джаза, Африка. Все классическое — лажа! Африка! Тигры и гориллы, львы и крокодилы Разевали пасти до самых ушей. Но увидев галстук, стильные подошвы, Разом улыбались и гаркали «о’кей!». Припев. Из-за пальмы стройной, молодой и знойной, Вышло кодло негров посмотреть на стиль. Там у баобаба, всем на удивленье — Джонни бацал буги, выколачивая пыль. Припев: Раньше слушал Баха фуги, Африка, А теперь танцую буги, Африка. В мире нет прекрасней джаза, Африка. Все классическое — лажа! Африка!

* * *

Поезд мчался на восток. Искры гасли на ветру. А в вагоне кто-то пел: Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу. Вот устроился я спать, Но уснуть я не могу. В голове моей опять: Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу. Сладко спали мы в купе. Паровоз кричал: угу! А вагоны все поют: Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу. Вот проснулся утром я, Но обедать не могу. В ресторане все поют: Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу. Вот приехал я домой, Но работать не могу. Мне все в городе поют: Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу, Я чешу, чешу ногу. Я так больше не могу.