– Вставай, Дэн! Живо, – заорал Глеб, хватая рюкзак с книгами.

Минуту спустя, сквозь листву можно было разглядеть пробирающийся к ним квадроцикл.

Энергетик движением головы указал на север, и тихо, насколько возможно, бесшумно они двинулись вниз оврага. Выход один – переходить вброд реку или переплывать. Глеб время от времени останавливался и на тонком плане маскировал оставленные следы. Во время остановок с юга доносился низкий рокот моторов.

Бежали вдоль воды. Через километр в утренних сумерках моголинян различил вздымающийся вдали правильных размеров холм. Вдруг следователь отскочил назад, заметив около дерева справа чей-то силуэт в камуфлированной форме. Человек приложил палец к губам, но, потеряв равновесие, чуть не упал в воду.

– Я свой, Глеб! – воскликнул незнакомец, оправившись от внезапного испуга.

Парень не врал. Великий Энергетик безошибочно определил сущность паренька.

– Ты почему один? – заговорил внутри Чувилова следователь.

– Не знаю точно, от шума двигателей я бросился бежать. Паника породила единственную мысль: скорее к реке.

Прислонившись к большому дереву, он перевел дух, потом спросил:

– Вы не видели сколько их?

– Много, – резко ответил Жига.

– А наших сколько? – уточнил Чувилов.

– Точно не знаю, со мной было ещё трое…

– Всего? – удивился Денис.

Неожиданно у них за спиной раздались громкие крики и топот шагов. Денис нырнул под земляной выступ. Паренёк рванулся влево, а Глеб повернул и, стараясь двигаться быстро, но бесшумно, стал отходить вправо. При этом он всё время изучал глазами деревья, чтобы вовремя увидеть своих.

И увидел – встреченный незнакомец кричал, а двое солдат, схватив его за руки, поднимали с земли. Корчагин побежал дальше по склону, поднимаясь всё выше, с колотящимся сердцем и путающимися мыслями.

Пробежав около пяти минут, он замер и прислушался. Звуки стихли. Упав навзничь на землю, Энергетик старался отдышаться и обдумать положение, но ничего не получалось: сцена пленения и глаза притаившегося Дениса всплывали неотступным слайдом. Как я мог оставить их? Что теперь делать?

Жига сел на траву, сделал размеренный вдох и посмотрел на могучий холм. Пирамида – совершенное и исключительное монументальное строение, простое и сильное, как сама архитектура пирамид, а, следовательно, и столь же устойчивая. «Сколько лет ты тут стоишь, милая?» – сам с собой разговаривал Глеб. Он еще раз прислушался к пространству. Лишь обычные лесные звуки. Постепенно к нему стало возвращаться спокойствие.

Отключившись, ни о чём не думая, Корчагин шел к холму, чувствуя его зов и силу. Сейчас он стал почти всегда опираться на свою интуицию, и удивлял тот факт, что это, ранее неведомое ему чувство, его никогда не подводило.

Где-то в стороне слышался топот бегущих ног, но густая растительность затемняла видимость и не давала возможности рассмотреть источник звука.

Стараясь двигаться как можно тише, Глеб зашел за тесно прилегающие друг к другу деревья, растущие у подножия холма. Совсем рядом, за его спиной, хрустнула ветка, и он медленно повернулся. У одного из деревьев стоял гладковыбритый толстый амбал, которого Жига видел на выходе из резиденции Игреца. В его глазах Энергетик прочёл безумный страх. Дрожащими руками он направлял автомат прямо в живот Глеба.

– Не стреляй! – с трудом произнес Корчагин, «завязывая» на тонком плане оружейный ствол. – Я не хочу портить тебе жизнь…

Уставившись на Глеба, бугай медленно опустил оружие и пустился бежать прочь, держа автомат в одной руке. Энергетик без размышлений побежал тоже. Он мчался во весь дух, цепляясь за землю, спотыкаясь о корни могучих деревьев и время от времени оглядываясь. Надо было обогнуть весь холм, почувствовать его.

Через несколько минут кто-то заставил бросить взгляд наверх. На середине холма выделялось наклонившееся от времени старое строение, напоминавшее большую трансформаторную будку. Прижавшись к земле, Глеб пополз наверх, стараясь резко двигаться от одного куста к другому. Позволив сознанию бороздить голову, Глеб ощутил только одно желание: убежать, скрыться. Переместив внимание в солнечное сплетение, в силовой распределительный центр энергий Творца, моголинян сразу обретал волю, видел свой Путь и при этом испытывал необычайно сильное чувство любви ко всему живому.

Он вскарабкался вверх и добрался до ровного места, поросшего деревьями с густым подлеском. Внимание остановилось на синеющих вдалеке верхушках исполинских елей. Каким-то образом казалось, что они совсем рядом и можно дотянуться до них рукой.

Энергетик нарочно снизил ощущение своего тела, наполнив его удивительной свободой и легкостью. Он держал спину, шею и голову совершенно прямо без малейшего усилия. Глебу казалось, что его тело ничего не весит. Сознание уже успело проникнуть внутрь рукотворного холма, последние сомнения исчезли, но отчего-то хотелось добраться до граней пирамиды прямо сейчас.

Моголинян стал рвать куски холма, пальцами прорезая вековой дёрн. Сильные руки скребли землю, отказываясь понимать полную бессмысленность подобного занятия. Реальность сейчас померкла, и Великий Энергетик чувствовал рядом, под слоем земли, могучую силу минералов, служивших гранями рукотворной горы. Хран говорил, что учёные и исследователи все сильнее убеждаются, что вера наших предков в лечебные и магические свойства камней это не шарлатанство, а знание. Древние люди, имевшие тесную связь с природой и живя с ней в полной гармонии, умели извлекать из разных камней и минералов жизненно-магическую силу и здоровье. Вопреки распространённому мнению, минералы, как и любые растения, – это часть живой природы, с которой можно и нужно найти общий язык, используя развитие новых органов восприятия окружающего мира. Один из друзей Храна умел общаться с минералами и убедительно доказывал, что камни имеют свой характер, и даже могут менять химический состав и цвет в зависимости от настроения.

Короткая автоматная очередь в воздух у края холма заставила Энергетика вернуться в привычное мировосприятие.

– Мы хотим всего лишь поговорить, Корчагин, – протрубил в рупор стальной голос сотрудника полиции. – Мы знаем, что тебя подставили, – продолжал он, – капитан Чувилов сейчас дополнит картину следствия, и ты, в худшем случае, получишь условный срок.

Разговор через рупор напомнили Жиге его любимый фильм «Место встречи изменить нельзя» и его любимого персонажа Жиглова. Подростком он часто представлял себя с громкоговорителем в руках, а сейчас оказался по другую сторону игры.

– Очередное вранье, – пронеслось в голове у Энергетика. – Я уже прививку от вашей брехни сделал…

– Я хочу поговорить со следователем Чувиловым, – громко прокричал Корчагин.

Внизу состоялось короткое совещание, потом майор снова включил динамик.

– Это сейчас невозможно, он уехал в Москву…

– Верните. Какие проблемы? – Энергетик чувствовал энергии пленения, капитана «повязали».

Снова быстрое обсуждение и реплика:

– Ты, что, нам условия ставить собираешься? Тут всё вокруг в три сплошных кольца окружено…

«Начинает выходить из себя. Скоро угрожать будет, сволочь, – подумал Глеб. – Только не вступать в противостояние, – успокаивал себя Жига. – Я не против кого-то, я – за».

– А мне хоть в пять колец окружайте… Ты с делом моим знакомился, майор? Я ведь могу того… улететь…

– Проволоку в карманы спрятал или в земле нашёл? – дерзко фыркнул рупор.

При этих словах внизу начались какие-то манёвры. Глеб понимал, что единственным шансом проникнуть внутрь пирамиды остаётся стоящая рядом деревянная «трансформаторная будка». А вдруг там есть ход?

– Сейчас в туалет схожу, и продолжим, – крикнул Глеб. – Если попытаешься взять меня живым, то сразу попрощайся с половиной своих несмышлёнышей…

Корчагин больше рассчитывал как раз на уши солдат, которым придётся исполнять приказания майора. И, надо сказать, слова своё кратковременное действие возымели. Движения людей в форме приостановились. Жига в это время сбил ногой дряхлые петли щеколды, связанные замком, вошёл в будку и обомлел…