– Хотел бы спросить то же самое, Дерил, – ответил Томас. – Почему ты не в Вэйпроузе?

Озадаченное выражение лица Дерила сменилось на обычное умиротворенное. Он снова улыбнулся.

– Бриана сбежала от меня, – сказал он.

– Странно, что вы вообще жили вместе, – заметил чернокнижник.

– Может, ты и прав. Я всегда сомневался, что мы долго проживем в браке. Особенно после того, как мы поселились в твоем доме.

– Ты всегда сомневаешься, – сказал Томас, рассматривая выложенные на прилавке ингредиенты. – Так что же все-таки произошло?

– Понятия не имею, – Дерил пожал плечами. – Она вроде сказала Стефани, что ей все надоело, и что она уходит к другому.

– Это к какому другому? – удивился Томас. – Она нашла кого-нибудь в Вэйпроузе?

– Нет. Но она не сказала, кто он.

– Ты не выглядишь разочарованным, – заметил Томас.

– Потому что я здесь, – улыбнулся Дерил. – Бриана оставила мне кругленькую сумму. Не знаю, откуда у нее золото, правда… – он задумался. – Она всегда говорила, что она голубых кровей. Может, богатые родители?

– Странно, что такая как она вообще поселилась в Вэйпроузе. Чем она вообще занималась? – спросил Томас.

– А кто ж ее знает. Она никогда не докладывала. Через какое-то время после твоего отъезда стала пропадать, особенно по ночам.

– И ты ничего не пытался узнать? – чернокнижник посмотрел на Дерила. Тот только улыбнулся.

– Теперь это уже не важно. Твой дом, кстати, мы передали Стефани. Она, между прочим, там места себе не находит. Битва и все такое. Потом поползли слухи о чьей-то смерти и воскрешении…

– Какие слухи? Кто об этом знал?

– Да все подряд. Если уж до Вэйпроуза дошло, то сам понимаешь…

Томас задумался. Все то, что рассказывал ему Дерил, казалось нескладной сказкой. Жил себе бедный парень по имени Дерил. И встретил он однажды принцессу голубых кровей. Поженились они, и тут же, вместо просторного дворца, переселились в одно из самых опасных мест в королевстве, к беспардонному грубияну-сироте в его дряхлый домик. Жили они жили, потом сирота уехал на учебу, и тут началось самое непонятное. Принцесса стала уходить после заката и возвращаться к рассвету, ничего не говоря своему мужу. А в один прекрасный мрачный день, она и вовсе исчезла, оставив мужу кучу золота. Вот и сказке конец, а в чем логика – не понятно.

– Не бери в голову, – Дерил махнул рукой. – Лучше расскажи, что с тобой произошло. Выглядишь не очень…

Томас хотел было просто выйти и идти своей дорогой. Однако все-таки решил ненадолго задержаться и вкратце пересказать Дерилу свои приключения. Кто знает, может быть, говоря мысли вслух, он мог лучше понять некоторые неясные для себя происшествия.

Дерил охал и ахал, полностью погруженный в яркий и полный приключений мир чернокнижника. Он задавал вопросы и вставлял комментарии. Короче говоря, этот 'опекун' был прекрасным слушателем. Вот только Томас не добился того, чего хотел. В его голове по-прежнему была каша. Хоть некоторые события и выстроились в один хронологический ряд, в этом ряду все еще не хватало полноценных связок для того, чтобы получить полную картину.

– Я наслышан о Дефиасах, – сказал Дерил, когда Томас закончил рассказ и, задумавшись, сидел на шатком стуле. – Они контролируют почти весь металл королевства.

– Ты ведь не имеешь дело с металлом…

– В том-то и дело, – Дерил рассмеялся. – Все имеют дело с металлом. Как ни крути и что ни делай. В наше время без металла никуда, – он поправил очки.

Томас встал и потянулся. Он просидел в лавке 'папы' больше часа, и пора было выдвигаться домой.

– Спасибо за рассказ, – Дерил заметил, что Томас собрался уходить. – Я всегда знал, что ты справишься с любыми трудностями, – добавил он.

– Да, да… – отмахнулся Томас.

– Всегда рад видеть тебя у себя в магазине, – Дерил вышел из-за прилавка и протянул Томасу руку. По привычке.

Чернокнижник посмотрел на бывшего опекуна, потом на протянутую руку. Как бы там ни было, этот человек был одним из лучших 'отцов', которых Брайд подсовывала Томасу. Он никогда не мешался под ногами, никогда не возражал против идей Томаса и даже иногда поддерживал его в спорах с Брианой. Кроме того, он был прекрасным алхимиком и потратил упавшее с неба золото не на пьянки-гулянки, а на собственное дело в столице. Дерил действительно заслуживал уважения.

Томас пожал руку и направился к выходу. Но Дерил не хотел так просто отпускать его, отсыпав перед уходом золота на перелет. Конечно, этой сумы хватило бы и не только на полет от Турмоила до Вэйпроуза. Но чернокнижник возражать не стал.

Он вышел и прищурился. После долгих посиделок в магазине, в глаза ударил непривычно яркий свет. Кое-как привыкнув к слепящему солнцу, Томас направился в сторону стоянки грифонов, надеясь не столкнуться с Сайлентом или еще кем-нибудь слишком болтливым и приставучим. Однако тот, кого он встретил возле Каналов, не был болтливым. Он не был и приставучим. Он был просто тем, кого чернокнижник сильно не любил.

Вилсон казался каким-то другим. Он казался выше и стройнее, а его черные волосы стали еще чернее. Ко всему прочему, священник сильно похудел и немного побледнел. Несмотря на это, выглядел он лучше, чем обычно. Бледность шла ему больше, чем вечно румяные щеки и довольная улыбка.

– Томас, – Вилсон подошел к чернокнижнику, который не отрывал от него пристального взгляда. – Мне нужно с тобой поговорить.

– Я не уверен в том, что это настолько нужно, – буркнул Томас. Он пошел дальше, не оборачиваясь.

– Это касается Сайлента.

– Мы с Сайлентом распрощались пару часов назад, – не останавливаясь сказал чернокнижник. – Поэтому все, что его касается, ко мне больше не имеет никакого отношения. А все, что касается еще и тебя – тем более.

– Если ты сейчас не остановишься – он умрет, – голос Вилсона был твердым и уверенным.

Томас, услышав это, остановился  и все-таки обернулся.

– Что ты сказал? – спросил он, прищурившись. Солнце светило прямо в глаза.

– Если ты не поможешь ему, он умрет. И воскресить его уже никто не сможет. У меня совсем немного времени.

Из-за солнца Томас практически не видел лица Вилсона. Но его тон говорил о том, что священник не шутил.

– Что ты знаешь? – спросил чернокнижник.

***

Виндсор проснулся поздно, после обеда, когда солнце уже не так беспощадно палило земли Вестстепа. Он привык к тому, что ему не нужно было рано вставать, не нужно было преподавать. Теперь он был одиноким стариком, который мог полностью посвятить себя старческим будням.

Однако попросту терять время Виндсор не хотел. Он занимался изучением зачаровывания, читал много книг и даже пытался писать мемуары. Бывший наставник практически ни о чем не беспокоился. За исключением Сайлента, Вилсона и Томаса, которые пропали довольно давно, и с тех пор от них не было никаких вестей. Виндсор догадывался, куда они направились, и это беспокоило его еще больше. Последнее время ему начинало казаться, что они больше не вернутся. И лишь только Дайлин, которая все это время во всем помогала Алану, не теряла надежды. По какой-то причине она была уверена в том, что все было в порядке.

Поначалу наставника раздражало присутствие в доме молодой девушки. Но потом он нашел в этом свои преимущества: она готовила, убирала, и даже ходила в Сайлент-Хилл за покупками. Только благодаря этому, Виндсор мог всецело посвятить себя своим делам, не беспокоясь о мелких бытовых заботах, которых дома накапливалось намного больше, чем в аббатстве. Он привык, что все делали за него. И Дайлин не давала ему отвыкнуть.

Сегодняшний день был другим. Алан спускался по лестнице, скрипя старыми ступеньками и протирая глаза. Он пока не знал, что произошло, но чувствовал, что что-то изменилось. Лишь дойдя до кухни он понял, что именно. Не было обеда. В доме не было обычного аппетитного запаха стряпни Дайлин. На кухне было чисто и убрано, стол был пустым. Сегодня девушка ничего не готовила. Неужели проспала?