На миг замерла, очарованная потрясающим зрелищем. Но быстро справилась с собой и стремглав бросилась к заветному месту. И вдруг почувствовала, что ктото дышит в затылок. Чьято рука уцепилась за одежду. Я, не глядя, двинула назад локтем. Видимо, приложила нехило, потому что сзади раздался стон. Я почемуто решила, что попала преследователю по носу.

От волнения сердце чуть не выскочило из груди. В нескольких метрах от победы отдать добычу конкурентам? Ну уж нет, не дождетесь! Я оттолкнулась от земли и прыгнула, проехав последний метр на животе. Стебля коснулась первой. Миг – и красавец в моей руке.

Оглянулась и обнаружила рядом Флору. Она вдруг прошептала:

– Любка, отдай его, мне он нужнее.

Я вздрогнула: голос Флоры абсолютно похож на голос Федора. Это меня разозлило. Вот подлая баба! Даже голос сумела какимто образом подделать, чтобы меня разжалобить. Я отрезала:

– Не дождешься.

Цветок оказался у меня! Я торжествующе подняла его над головой. Есть чем гордиться – оказалась сильнее и ловчее остальных!

Я ухмыльнулась и почти не удивилась, разглядев рядом с Флорой самозванку. Лишь поежилась, представив, что та могла попросить. Поднялась на ноги. Цветок хорошо освещал поляну. Гдето рядом должна ждать метла. Срочно на нее – и к Кощею!

Я мысленно позвала:

«Феклуша!»

И стала решительно пробираться к кустам. Пожалуй, стоит побыстрее покинуть это место. И пока не прибыло мое транспортное средство, придется топать на своих двоих.

Я неслась, словно лось, прокладывая себе путь через заросли. Порой передо мной появлялись фигуры леших, болотников и иной нечисти, но стоило мне поднести к ним цветок, как все шарахались в стороны. Я чувствовала, что волшебный папоротник охраняет хозяйку. По пятам за мной бежали Флора и самозванка, но мне до них дела не было.

Внезапно изза деревьев вынырнули темные фигуры и загородили путь. Их предводителя трудно было не узнать.

Руки задрожали. Мысли заметались. Я не Илья Муромец, чтобы сражаться с такими противниками. Смогу разве что царапаться и кусаться. Тут от страха появилась наглость.

– Какие люди в Голливуде! Не думала, что встречусь с вами так скоро, князь Чахлик.

В голосе повелителя звучала нескрываемая ирония:

– Аа… прекрасная незнакомка… Не ожидал встретить вас в своих владениях. Как жаль, что тогда спешил и не оказал вам должного внимания. – Он властно протянул руку. – Верните цветок и можете быть свободны.

Я сжала стебель с такой силой, что показалось, будто засветилась и ладонь. Торопливо вытащила амулет изза ворота. Еще когда планировала это путешествие, подумала, что он может пригодиться.

В наступившей тишине стало слышно дыхание находившихся рядом людей. Князь сделал шаг назад. Несколько мгновений стоял молча, потом заговорил, и голос его звучал глухо:

– Хорошо, твоя взяла. Но ты должна загадать желание как можно быстрее. Или собираешься всех оставить без праздника? Луна появится в небесах только тогда, когда цветок погаснет. Если бы ты его не сорвала, он бы сам угас постепенно. Но сейчас все зависит от твоего решения.

Я вздохнула с облегчением и уже хотела сделать шаг в сторону, но Чахлик поднял длань.

– Я позволяю тебе без препятствий покинуть наш лес, но взамен… – он сделал паузу, – заберу этих двух красавиц. Праздник на священной горе будет продолжаться до конца лунных дней. Если эти боярышни чемлибо дороги тебе, сама явишься за ними. А если не придешь, я буду волен делать с ними все что захочу.

Я помертвела. Вот тебе и ложка дегтя в бочке меда. До самозванки мне дела никакого не было, но вот бросать Флору както неудобно… хоть я и не питаю к ней особых симпатий…

Чахлик увидел мое замешательство:

– Так, может, сейчас обменяешь их на цветок? Отдай его – и ступайте на все четыре стороны.

Я разозлилась. Опять все учат, что мне делать, и вмешиваются, когда не просят. Кто заставлял Флору за мной тащиться? Я ее с собой точно не звала. Вспомнила, как она пыталась отобрать у меня папоротник, и решительно повернулась к Чахлику:

– Цветок я отнесу тому, для кого его сорвала. А она пусть пока погостит у вас, я за ней вернусь.

Метла вынырнула изза деревьев. Я быстро взгромоздилась на нее верхом. Мне уже было плевать, видит ктото меня или нет. И вскоре влетела в комнату Кощея.

Бабки уставились на меня с какимто благоговением, но объяснять им чтолибо было некогда. Я попросила:

– Выйдите все из комнаты, пожалуйста. Сейчас я должна быть с ним наедине. Как все закончится, позову.

Не знаю почему, но мне не хотелось, чтобы ктото видел меня сейчас. Старушки поспешно вышли. Кажется, поняли.

Я бросилась к постели князя и упала перед ним на колени. Прошептала:

– Умоляю, цветочек, верни моему супругу Кощею Бессмертному его здоровье, красоту, прежний вид. Извини, что сорвала тебя. Я сделала это не изза прихоти. Изза глупого желания никогда не стала бы уничтожать подобную красоту.

Взяла руку Кощея и вложила в нее цветок:

– Надеюсь, папоротник выполнит мою просьбу и ты поправишься. А я сделала все что могла.

Затем наклонилась и поцеловала князя. И вздрогнула, когда он медленно открыл глаза. Губы его дрогнули, мне показалось, что он пытался чтото сказать. Потом Кощей сделал глубокий вдох, и вновь ресницы опустились.

Я перепугалась, почемуто решив, что он умирает. Закричала:

– Кощей, не уходи!

В это время цветок потух, и помещение залил яркий свет луны. Я поняла: желание исполнилось…

А у меня перед глазами замелькали круги. Голова закружилась. Почувствовала, что устала так, что не чувствую ни рук, ни ног и смертельно хочу спать. И стала кудато проваливаться… Перед глазами вдруг появился Федор. Он взглянул на меня, отвернулся и зашагал прочь. Я в отчаянии закричала:

– Федя, вернись! Я люблю тебя и ни на кого не променяю!

Последнее, что заметила, – в комнату влетели бабки…

Очнулась уже днем. И сразу же увидела князя. Он сидел рядом и сжимал мою ладонь.

– Моя храбрая жена… Ты два раза спасла мне жизнь.

Кощей помог мне подняться и сразу же заключил в объятия. Нежно поцеловал:

– Проси чего хочешь. Выполню любое твое желание. Правда, если чтото магическое, то позже. Сейчас слишком мало сил.

Я оглядела Кощея. Он стал прежним. Кажется, даже лучше, но чувствовалось, что действительно слаб. Подумала, что хотела бы попросить свободу. Пусть освободит, так сказать, от уз брака. Но слова застряли в горле. Как князь к этому отнесется? И не причиню ли я такими словами вред его здоровью? Решила, что поговорю на эту тему попозже, пусть окрепнет.

В горнице за накрытым столом торжественно восседали три бабули, Кийс и Локша с братьями. Бабки дружно повисли на мне, гладили по плечам, обнимали. Наверное, на внука уже успели налюбоваться, пока я спала, а теперь все внимание направили на меня.

– Не зря мы радовались, девонька, что Кощеюшка на тебе женился!

– Даже не верится, что так удачно выбрал супругу!

Они хвалили меня и восхищались, а я поежилась. Вновь вспомнила, что мне пришлось пережить, пока лезла за тем цветком. Вспомнила и страх, и растерянность, и тоску одиночества. И ужас, когда решила, что цветок уже не найду.

Князь обнял меня за плечи и усадил рядом. И только тогда я поняла, что все позади.

За столом просидели допоздна. Потом бабки засуетись, выпроводили гостей и стали бросать лукавые взгляды в нашу сторону:

– Не пора ли вам спать идти? Столько времени вместе не были…

Я покраснела и растерянно посмотрела на князя. Он мне нравился, но этого мало, чтобы оказаться в одной постели, пусть даже официально я ему и жена.

Кощей взял меня за руку и поднялся. Я попыталась сказать, что помогу помыть посуду. Бабки замахали руками:

– Ступайтеступайте, сами уберем.

Кажется, старушкам очень не терпелось понянчить внуков.

Князь заметил:

– Действительно, пора отдохнуть. Завтра нужно будет представиться Салтану. Кийсу пришлось его успокаивать: волновался, куда ты исчезла.