— Ловко же вы все устроили.

— Мы старались, — со скромным достоинством подтвердил доктор Сойер.

— Хорошо, — Джад повернулся к Мерлину: — Что там с Крейн-Айлендом?

— «Крейн констракшн» уже организовала исследовательскую группу. Теперь их задача — набрать людей, которые способны понять, чего мы от них хотим. По их расчетам, на эту предварительную работу уйдет месяца два.

— А сколько потребуется на строительство и оборудование?

— Год на строительство, еще год на завершение и отделку, — Мерлин глянул на него с сомнением: — Вы непременно хотите довести это дело до конца? Я думаю, оно обойдется нам миллионов в сорок, если не больше.

Джад повернулся к нему:

— Сначала проведем исследования, а тогда уж и примем окончательное решение. Время пока терпит.

В каюту вошла Бриджит.

— Извините, джентльмены, — сказала она. — Ваше время истекло. Моему пациенту надо вздремнуть перед ужином.

— Моя милая заботливая сука, — сказал он. Но прозвучало это беззлобно. Он действительно уже устал.

Его слуха достиг ровный гул реактивных двигателей. Он медленно открыл глаза. Над ним стояла Бриджит. В темной комнате ее халат белел, как одеяние привидения.

— Ты давно здесь? — спросил он.

— Всего пару минут. Вы так крепко спали — я раздумывала, стоит ли будить вас на ужин.

— Ужин? Хорошая мысль, — сказал он. — Обед-то сегодня накрылся, я так и не поел.

— Вот и чудненько, — сказала она. — Я дам знать повару.

Он сел в постели:

— А я пока побреюсь и приму душ. Когда ужин будет готов?

— Как вы прикажете.

— Тогда через полчаса. Идет?

— Да.

Когда за ней закрылась дверь, он включил свет. На телефонном аппарате мигал красный огонек — кто-то оставил послание. Он снял трубку и услышал голос радиста:

— Мистер Крейн, ваша мама звонила из Сан-Франциско, когда вы спали.

— Найдите ее и свяжите со мной, — сказал он и, положив трубку, направился в ванную.

Там его и застал звонок. Он снял трубку, висевшую на кронштейне над унитазом.

— Миссис Марло на связи, сэр.

— Спасибо, — сказал он и услышал щелчок переключения. — Барбара?

— Уже почти шесть недель я не слышала твоего голоса! — эмоционально воскликнула она на том конце провода. — Где ты сейчас?

— В данную минуту стою над унитазом и писаю.

— Ну и глупо! — хмыкнула она. — Я имею в виду, где ты вообще.

— Согласно плану полета должен быть где-то над Амазонкой, впрочем, точно не знаю. Я только что проснулся.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она. — У тебя все в порядке?

— Блестяще, как никогда.

— Как ты перенес процедуры?

— Сплошное удовольствие, — бодро сказал он. — А как вы с Джимом?

— У нас все в порядке, — ответила она. — Я слышала, ты собираешься присутствовать на инаугурации…

— Совершенно верно.

— Мы тоже получили приглашение. Я подумала — почему бы нам не поехать вместе?

— Действительно. Давай так и договоримся.

— Договорились, — сказала она и, замявшись на секунду, снова спросила: — У тебя действительно все в порядке?

— Да, Барбара, — ответил он. — Все в полном порядке. Целую тебя, а Джиму передай привет.

— Я тебя тоже целую, — сказала она. — Жду не дождусь, когда увижу тебя в Вашингтоне. Ну, пока.

Он повесил трубку на место, с минуту постоял над мраморной раковиной унитаза и нажал кнопку вызова прислуги.

В дверях ванной появилась Бриджит.

— Что-нибудь случилось?

— Посмотри, — указал он рукой. — Стоит, как каменный. Пописать не могу.

— Что вызвало эрекцию? — осведомилась она.

— Я говорил по телефону со своей приемной матерью. Когда-то она возбуждала меня. Наверно, снова нахлынуло…

Улыбнувшись краешком рта, она посмотрела на него:

— У вас инцестуозная перверзия. Станьте под холодный душ, и помочитесь без всяких проблем.

Глава двадцать четвертая

— Мы в десяти милях от побережья, — раздался в динамике голос командира экипажа.

Джад нажал кнопку селектора:

— Дайте план на большой экран.

Старший стюарт Рауль развернул серебристый экран на длинной переборке каюты и опустил козырьки на иллюминаторах, чтобы не мешало яркое тропическое солнце. И сразу же синее море накатило прибоем на длинную белую песчаную ленту, окаймлявшую бескрайние мили зеленого леса.

— Дельта реки — в центре экрана, — прокомментировал командир.

Джад снова нажал кнопку селектора:

— Крупный план, пожалуйста.

— Мы на высоте сорока четырех тысяч футов, — сказал командир. — Может проявиться зернистость.

— Ничего, — сказал Джад. — Мне надо все хорошенько рассмотреть. А потом держите курс вдоль реки.

— Хорошо, сэр. — Раздался щелчок, командир отключился.

Джад уставился в экран. Изображение увеличилось, заполнило его целиком, ясно стали видны мутные воды безбрежной Амазонки. Потом дельта сместилась к низу экрана, а сверху, завоевывая пространство дюйм за дюймом, его заполнила великая река, столь полноводная, что, казалось, даже экран не может вместить ее.

— Через минуту в верхней части экрана появятся заводы, — донесся голос командира.

— Мы сможем чуточку спуститься и сделать круг над ними? — спросил Джад.

— Наш коридор — на высоте сорока четырех тысяч, сэр, — сказал командир. — Если мы спустимся, они поднимут страшный тарарам.

— Пошли они куда подальше, — буркнул Джад. — Спускайтесь до тридцати шести. Под мою ответственность. — Он повернулся к сидевшему рядом Мерлину: — Какого черта? Мы же ради этого сюда прилетели.

Мерлин не ответил. Он, не отрываясь, глядел на экран. Там появился первый завод. Над шестью гигантскими трубами стояли черно-серые клубы дыма. Видна была длинная пристань с пришвартованными баржами и крытый транспортер, тянувшийся от заводского здания прямо к баржам.

— Это целлюлозно-бумажное производство, — сказал Джад.

Картинка на экране сменилась, появилось другое предприятие. Изображение стало более четким, можно было разглядеть, что здания высятся над самой рекой на сваях — для защиты от разливов.

— Здесь производится деловая и отделочная древесина, — пояснил Джад. — Отходы сплавляются на целлюлозно-бумажный.

— Невероятно! — сказал Мерлин. — Такие производства и где — в дебрях самых первобытных джунглей, какие только остались на земле.

— Д. К. гений, — сказал Джад. — Это его идея. Он понимал, что необходимые конструкции невозможно возвести на месте, поэтому заводы построили в Японии, отбуксировали сюда через океан и собрали. Едва ли не за сутки они были установлены и введены в действие.

На экране появился третий завод. Бурное течение реки перед ним было сплошь запружено бревнами. Тысячи, сотни тысяч бревен громоздились здесь в беспорядке, словно в зияющей пасти доисторического чудовища.

— Лесопилка. Распиловка, зачистка, сортировка, — продолжал Джад. Он указал на верхнюю часть экрана, где начала появляться гигантская бетонная дамба. — Вот вам лишнее доказательство гениальности Людвига. Ни нефть, ни ядерная энергия не нужны, когда есть вода. Гидроэнергетика пользуется щедростью природы. Но мало этого, он позаботился и о воспроизводстве природных ресурсов, разработав программу лесонасаждений. Каждые двадцать лет лес дает ему новый урожай.

— Одного я не понимаю, — начал Мерлин. — Зачем он все это бросает?

— Думаю, что по двум причинам, — сказал Джад. — Во-первых, его джунгли достали. У него двадцатилетний период оборота лесопосадок. Но джунгли наступают куда быстрее. С ними бесполезно состязаться. Людвиг подсчитал, что ему потребуется десять тысяч человек только на борьбу с джунглями, чтобы они не заполонили территорию производств.

— А вторая причина? — спросил Мерлин.

— Сам Д. К. Старику за восемьдесят, и, кажется, он почувствовал, что его время истекает. — Помолчав, Джад вскинул глаза на Мерлина: — Думаете, он ушел бы отсюда, если бы имел дар бессмертия?