3

Где мысли этого мужчины? Куда стремится дух бессмертный? Он на таких блуждает высях, Куда взлететь способны только Безумцы или полубоги! Заботы дня, заботы дома Он сбросил, как птенец скорлупку, И мчится. Человек в нем умер, В нем только гражданин живет. Кто прежде был привязан к дому, Теперь привязан только к миру. Он не троих В объятьях держит, А миллионы. И крылья духа плещут в высях, Откуда очи видят землю Такою крошечной, как искра В бумажном пепле. И дух крылатый мчится к звездам, И эти звезды Трепещут от его полета, Как пламень свечек! Мильоны миль в одно мгновенье Летят светила, Но дух людской летит быстрее, И отстают миры, как будто В лесу от всадника Деревья! Когда же он взвился превыше Скоплений звездных, Когда уже проник, наверно, Он в центр вселенной, Тогда предстал пред ним создатель Всего живого. Тот, кто мирами управляет Единым взглядом, И свет живет во взгляде этом, И света этого крупица Зовется Солнцем, Вокруг которого вращаться Назначено Земле с Луною. И воззвала душа людская, Купаясь в божьей благодати, Как лебедь нежится в прозрачной Воде озерной: «Господь, мой бог, мое блаженство, Вот я – одна твоя пылинка! К тебе взлетел, чтоб распластаться Перед тобой И рассказать: я сын твой верный, Тобою послан в путь жестокий, Но не ропщу, благословляя Тебя, отец небесный, ибо Ниспосланное испытанье Есть знак любви твоей, о боже! Я знаю, что тобой я избран! Земные люди измельчали, Забыв тебя, рабами стали, А рабство – всех грехов начало. В грехах погрязли Дети рабства, И человек пред человеком Склоняется! А кто способен Вот так склоняться перед ближним, Тот, господи, есть твой хулитель! Тебя, господь, позорят люди, Но так не может длиться вечно – Вновь обретешь свое величье! Ты дал мне жизнь, отец небесный, Я посвящу ее тебе, И будет ли за то награда - Не думаю об этом я! Ведь каждый раб готов трудиться, Когда награду посулят, Но без надежды на награду И без желания наград Трудился я и снова буду Трудиться точно так и впредь! И будет мне вознагражденьем, Что из несчастнейших рабов В людей вновь превратятся люди… Хоть грешники они, но все же Я их люблю. О боже правый, Дай света, боже, дай мне сил, Чтоб ради ближних потрудиться Мне не напрасно удалось!» Такую речь душа сказала И возвратилась с небосвода Обратно в тесную каморку, Где тело ждет ее, застыв. И вот мужчина содрогнулся, Озноб прошел по телу, Холодный пот блеснул на лбу Въявь это было или снилось? Въявь. Потому что спать хотелось. Устал летать. И на ресницы Уселся сон. И человек Свое измученное тело Приподнял и понес, шатаясь, К соломенному тюфяку. И вот Тот самый, Кто недавно Беседовал на небе с богом, Теперь валяется на грубой Подстилке, где-то на полу. Пал на солому благодетель В тот час, когда владыки мира, И палачи, и нечестивцы На шелковых подушках снят. В последний раз ночник мигает, И гаснет язычок усталый, Рассеивается за окошком Ночная тьма. Вдаль уплывают тайны мрака, Заря, садовница вселенной, Проснувшись, рассыпает розы На стекла окон городских. А вот и солнце. Луч рассвета Ложится на чело мужчины, Как золотой венок, Как теплый Блестящий божий поцелуй.

4

Кто ты, чудесное созданье? Кто ты, мужчина? Одеянье Твоей души - Плащ огнецветный, Из звездных сотканный лучей, Но тело у тебя одето В лохмотья! А в карманах – пусто. Тебя с семьею мучит голод, И праздником считаешь ты, Коль свежим хлебом удается Украсить непокрытый стол, Но осчастливить мир ты хочешь Такими благами, каких, Увы, не можешь обеспечить И для семейства своего! Свободный вход имея к богу, Попробуй-ка явись ты в гости В господский дом. Тебя не впустят. Ты вольно с богом говорить, Но если богача окликнешь, Он даже и не обернется… Есть люди, что тебя сегодня Святым апостолом зовут, Другие же тебя готовы Назвать злодеем, святотатцем. Кто ты? Откуда происходишь? Родители тобой гордятся, Иль от стыда горят их лица, Коль о тебе заходит речь? На чем рожден ты? На дерюге? А может быть, и на парче? Я мог бы рассказать подробно О жизни этого мужчины. Я расскажу… А если б кистью Изображал я эту жизнь, Меня преследовал бы образ Ручья, берущего начало Среди неведомых утесов, Текущего через ущелья, Где стаи воронов ютятся,- Ручья, который с гор стремится И спотыкается о камни, И вечной болью стонут волны…