Пешт, апрель 1847 г.

О ТЕРПЕНИИ

Терпение, ты добродетель Ослов и ласковых ягнят! Тебе мне выучиться, что ли? А впрочем, провались ты в ад! Коль шляешься ты, словно нищий И там и тут, в дома стучась, Так у моих дверей не клянчи, А уходи-ка лучше с глаз! И если мир ты завоюешь, Так все ж триумфа своего Победно высечь не надейся На камне сердца моего! Терпение, ты та мякина, Которую – сказать смешно! – Подсунули тупому миру Обманщики, сожрав зерно! Ты – как кастрюлька, из которой Сметану выжрал хищный кот. И вот дуреха-повариха Стоит теперь, разинув рот! Терпение… Не знаю, кто ты, Но, ненавистное, прочь с глаз! Ведь где б тебе ни появиться, Там счастье кончится тотчас! Земля могла бы быть счастливой» Коль не было б тебя на ней, А чем ты больше процветаешь, Тем мы несчастней и бедней. Прочь уходи, проклятье жизни! Немедля возвращайся в ад! Кто выплюнул тебя на землю, Пускай сглотнет тебя назад.

Пешт, апрель 1847 г.

ГЕРОИ В ДЕРЮГЕ

И я бы мог стихотворенья, Позолотив, посеребрив, Рядить в цветное оперенье Красивых слов и звонких рифм. Нет! Стих мой не субтильный франтик, И вовсе не стремится он, Душист, кудряв, в перчатках бальных, Ища забав, вбежать в салон. Клинки не блещут, смолкли пушки, Сном ржавым спят сейчас они, Но бой идет. Не штык, не пушка – Идеи бьются в наши дни, И я участвую в сраженье. Я – командир, а мой отряд - Мои стихи: в них что ни рифма И что ни слово, то – солдат! Пускай в дерюге, а герои,- Они дерутся до конца! Ведь не мундиры, а отвага Есть украшение бойца. Меня переживет ли песня - Такой вопрос не задаю, Но знаю – иногда солдату Бывает нужно пасть в бою. Да будут святы эти книги! Пусть это – кладбище идей, Но кладбище, где спят герои, За счастье павшие людей!

Пешт, апрель 1847 г.

ЗЕЛЬД МАРЦИ

Четыре флигеля без крыши в этом зданье, И «виселица» – зданию названье: Здесь с карканьем лишь воронью метаться,- Где молодец был, равный Зельду Марци? Во рту коня гнедого сталь литая, Конь сталь грызет – летят лишь искры, тая. На том коне Зельд Марци красовался Клочком огня, что по ветру метался. Где взял рубашку и штаны такие, Что в скачке раздуваются, лихие? То полотно – работа баб пригожих За красный рот, за поцелуй хороший. Все без ума от парня девки были: Когда б меня, как Марци, так любили! Куда б ни шел он, словно в церкви звоны,- То звон сердец бесчисленных влюбленных. На сапогах из кордована красных Зачем же шпоры? Служит конь прекрасно. Не для коня те шпоры,- в блеске глянца Он к сапогам их привязал для танцев. Он, не учася, родился танцором, Танцуй, как он,- не будет то позором. В корчме – он слышит – музыка играет, Он, как мадьяр, не пляшет, а летает. В лесах Баконьских он не знал досуга, Где лишь воришки прятались с испуга И, под кустом дрожа, как под рогожей, Выскакивая, грабили прохожих. Как Хортобадь, силен был Марци станом, Как Хортобадь, король пустынь,- титаном, Чтоб путник видел всей беды рожденье, Он за сто метров шел с предупрежденьем. И богачу приказывал он грозно: «Отдай кошель, пока еще не поздно!» И бедняку он говорил не строго: «Вот мой кошель, иди спокойно с богом!» О пушта, пушта, пушта Федьвернеки! Причиной ты, что Марци сгиб навеки. Без крыши зданье стало ложем тесным.  Вороний гомон – похоронной песне!..

Пешт, апрель 1847 г.

СТОИТ МНЕ…

Стоит мне о милой замечтаться, Как в цветы все мысли обратятся. Из пристрастья к этим-то растеньям Занят я весь день их разведеньем. Солнце, заходя, исходит кровью. Горы все лиловей и лиловей, А любимая недостижимей Даже этих гор в лиловом дыме. Солнце ходит на закат с восхода. Я б ходил не так по небосводу: Я ходил бы с запада к востоку,- К самой лучшей девушке далекой. И вечерняя звезда сегодня Льет свой свет щедрее и свободней, И в наряде праздничном, пожалуй, Оттого лишь, что тебя видала. О, когда же я тебя увижу, Сяду пред тобой, лицо приближу, Загляну в глаза и их закрою, Небо, небо ты мое седьмое!

Пешт, май 1847 г.

ОГОНЬ

Не хочу я гнить, как ива На болотных кочках где-то, А хочу сгореть от молний, Словно дуб в разгаре лета. Я огня хочу. Водою Пусть лягушки насладятся Да плохие виршеплеты, Что для кваканья родятся. Ты, огонь, моя стихия! Мерзнуть мне пришлось немало. Часто я страдал от стужи, Но душа всегда пылала. Девушка, ответь мне страстью На порывы страсти жгучей! Если ж холода напустишь, Уходи отсюда лучше! Эй, корчмарь, вина! Но если Ты водой его разбавил, Радуйся, что брошу чашу На пол, а не в лоб твой, дьявол! Пламя хмеля, пламя страсти – Только так вот жить и можно, И – еще забыл одно я! - Жить без песен невозможно! Пойте песню огневую! Пусть он голоса лишится - Тот певец, который пламя Влить нам в души не стремится! Не хочу я гнить, как ива На болотных кочках где-то, А хочу сгореть от молний, Словно дуб в разгаре лета.