Так что, формально говоря, был все же тогда некий “толчок снизу”, со стороны общества, после которого группировка партаппаратчиков во главе с Дубчеком перешла в открытое наступление – и вскоре захватила власть в стране и начала проводить демократические реформы. Вот только есть все основания считать, что эта студенческая демонстрация, после полицейской расправы над которой все и началось – что она была на самом деле явно и очень грубо спровоцирована госбезопасностью.
Петр Цибулка в одной статье в своей газете рассказал о том, каким нехитрым способом пражских студентов доводили осенью 1967 года до кипения. Это может показаться невероятным, но все было тогда именно так (другие источники это подтверждают): просто-напросто в студенческих общежитиях университетского городка в Страгове вдруг начались регулярные отключения электричества. Насидевшись по вечерам в темноте, студенты начали писать жалобы во все места. Тогда в этот студенческий городок 30 октября 1967 года приехал представитель от руководства чехословацкого комсомола (точнее, редактор одной комсомольской газеты) – и там выступил на общем собрании. Этот деятель начал тогда успокаивать возмущенных студентов – где-то примерно так: “Товарищи, все меры приняты – больше таких безобразий не будет!” И тут свет опять погас…
Цибулка и сам был студентом примерно в те же годы и он достаточно хорошо знал эту среду: по его мнению, чехословацкое студенчество в коммунистические времена всегда была довольно инертной и лояльной к правящему режиму массой (кого попало учиться в вузы тогда не пускали – был довольно строгий политический отбор). Так что кому-то надо было хорошенько постараться, чтобы пражские студенты все же вышли тогда на несанкционированную демонстрацию!
Эта студенческая демонстрация 31 октября 1967 года носила вполне мирный характер: примерно полторы тысячи человек шли по улицам Праги с зажженными свечами и несли лозунги вроде ”Да будет свет!”, “Мы хотим учиться!” и т.д. Тем не менее, полиция отреагировала тогда очень сурово: многие студенты были сильно избиты и задержаны, несколько человек были ранены…
Конечно, такая жестокая расправа сразу же взбудоражила все чехословацкое общество!
(Практически тот же самый сценарий, с расправой над студенческой демонстрацией - был потом использован чекистами во время “бархатной революции” 1989 года)
И в тот же самый день (!) потом состоялось заседание в ЦК КПЧ, где коммунисты-реформаторы впервые открыто выступили против товарища Новотного: “Народ недоволен – стране нужны перемены!”…
Современные демократические издания уже немного стесняются вспоминать о том, с какой грубой провокации начиналась на самом деле “пражская весна” 1968 года. Можете сами посмотреть статью о “пражской весне” в Википедии: там начинают историю этих событий прямо с января 1968 года, когда Дубчек был избран руководителем компартии. И так не только в русской версии – в английском и чешском вариантах этой статьи то же самое…
Тут даже не сознательная фальсификация: просто уже сложились определенные мифы внутри общества – и общество само не слишком хочет от них избавляться.
Теперь перейдем к выводам из этой истории “пражской весны”. Самый важный вывод здесь будет такой: наша чекистская мафия уже к осени 1967 года достаточно окрепла – если решилась начать тогда подрывать власть советского партийного аппарата, пусть даже пока что за пределами нашей страны.
А это означает в свою очередь, что Юрий Андропов, которого назначили председателем КГБ только 19 мая 1967 года, никак не мог быть главным инициатором этого тайного чекистского заговора против партократии – он просто не успел бы организовать мафиозную группировку в КГБ за такой короткий срок. Следовательно, чекистская мафия внешней разведки была создана еще до Андропова – и он был всего лишь орудием в руках неизвестных нам (пока) генералов внешней разведки КГБ.
Тут нам можно бы вспомнить еще и о том, что Юрий Андропов был завербован внешней разведкой в Карелии, куда он был послан в 1940 году руководить республиканским комсомолом. В годы войны Андропов входил в руководство местного штаба партизанского движения – это была структура внешней разведки НКГБ. И позднее, когда во время “ленинградского дела” Андропова сняли с поста второго секретаря Карельской парторганизации (и он был тогда еще счастлив, что его не арестовали!) – то он перешел потом на дипломатическую работу явно с подачи органов.
В 1956 году Юрий Владимирович как-то очень уж удачно оказался на посту советского посла в Венгрии – и там хорошо себя проявил во время подавления нашими войсками народной революции в ноябре этого года. После чего последовала блестящая карьера в аппарате ЦК… (и тут конечно, неизбежно возникает вопрос – а что же тогда творилось на самом деле в Венгрии?!)
Вопрос о том, какую именно роль на самом деле сыграл Юрий Андропов в чекистской мафии, пока еще остается открытым – у нас слишком мало информации, чтобы делать какие-то определенные выводы. Главным руководителем этой тайной чекистской организации Андропов явно не был – но и на простого исполнителя или, тем более, на подставное лицо, он тоже не очень-то похож.
Что же касается “пражской весны” 1968 года, то эта тема бесконечна – но нам лучше поставить здесь точку и идти дальше.
ЧЕХОСЛОВАКИЯ ПОСЛЕ “НОРМАЛИЗАЦИИ”
Сохранилось довольно мало прямых документальных свидетельств того, что и после 1968 года вся власть в Чехословакии находилась в руках госбезопасности и ее тайной агентуры.
Самым крупным деятелем коммунистического режима, которого в годы демократии разоблачили как тайного агента StB, стал Мирослав Штепан, бывший первый секретарь пражского горкома и член Президиума ЦК КПЧ (аналог нашего Политбюро). Этому деятелю не повезло и в другом отношении – он оказался после победы революции 1989 года в числе немногих арестованных тогда представителей правящей верхушки страны. Штепана обвиняли в организации жестокого избиения полицией студенческой демонстрации 17 ноября 1989 года. Он отсидел пару лет в тюрьме – но потом его все же выпустили…
Кроме того, в опубликованных списках агентов StB отыскали потом двух бывших министров “эпохи нормализации”: это Карел Лобл и Ярослав Вавра (оба были министрами строительства – в разное время).
И это практически все – если не считать совсем уж мелкой шушеры.
Такая малочисленность разоблаченной агентуры из числа коммунистической партноменклатуры Чехословакии нуждается в объяснении.
Тут на самом деле все очень просто: после победы демократии был опубликован список агентов только одного, 2-го управления StB – то есть контрразведки. Что соответствует нашим 2-му и 5-му управлениям КГБ – поскольку в госбезопасности Чехословакии не было отдельного “диссидентского” управления, как у нас.
Вот этот, опубликованный Петром Цибулкой в своей газете в 1992 году “общий регистр” тайных агентов контрразведки – это и есть практически весь список из 170 тысяч стукачей, разоблаченных в Чехословакии. То есть вся остальная, важнейшая часть агентуры госбезопасности, в особенности тайные агенты внешней разведки (то есть 1-го управления StB), военной контрразведки (3-е управление) и экономической контрразведки (11-е управление) – все они так и остались засекреченными. Это же относится и к агентам военной разведки Генштаба… Тайных агентов из всех этих управлений госбезопасности за годы демократии разоблачили буквально единицы – и это случалось только в моменты сильного обострения борьбы между чекистскими кланами.
Впоследствии оказалось, что даже этот опубликованный список агентов контрразведки – и тот неполный! Поскольку позднее был целый ряд случаев, когда публично разоблачались тайные агенты 2-го управления StB из числа видных политиков - которых не было в этом “списке Цибулки”.
По примерным оценкам аналитиков из команды Цибулки, там недостает, как минимум, нескольких тысяч самых ценных тайных агентов из числа руководителей высокого ранга и прочих влиятельных лиц - которые в этот “общий регистр” не попали. Для личных дел такой агентуры в архивах госбезопасности были заведены какие-то особо секретные специальные “фонды” (“фонд Z” и прочие).