— Серьёзно?!
Что-то, этой темой я как-то не интересовался…
— Серьёзно! В начале двадцатого века, только Норвегия — только в Антарктике, имела больше тридцати плавучих заводов и столько же береговых баз и, получала полмиллиона баррелей китового жира в год. Жира, который широко использовался в производстве нитроглицерина для военных нужд. Китовый жир вывозили ТАНКЕРАМИ!!!
Весь пресс-конференц-зал, в реале, обалдел от такого масштаба…
— Судя по послевоенной деятельности советского китобойного флота — когда Советский Союз вышел на первое место в мире по добыче китов, китобойный промысел экономически очень выгоден! Жир китов применялся в пищевой, кожевенной, мыловаренной и других отраслях промышленности.
Так, так, так… А, я всё думал-гадал, где мне взять столько жира для намечаемого собственного мыловаренного заводика! «Заводика», с помощью которого мне, возможно, удастся не допустить эпидемии тифа…
— …По некоторым оценкам, один рейс китобойной базы «Слава» заменял в этом отношении забой более двух миллионов голов свиней! Из мяса китов производили колбасы, консервы, белковые концентраты, из печени — вырабатывали витамины, лечебные препараты — в частности, инсулин. Кормовая мука и упаренные бульонные концентраты добавлялись в корм животных и птиц. Забитые киты использовались СТОПРОЦЕНТНО!!! Один рейс «Славы» давал более восьмидесяти миллионов рублей прибыли. «Тех», ещё рублей!
— Дело стоит того, чтоб в него вложиться! — крякнул Нельсон и, посмотрел на меня.
— Пожалуй, да!
В период Гражданской Войны, послевоенной разрухи и последующего восстановления, флотилия таких «Мистралей» была бы очень к месту…
— Про плавучие рыбоконсервные заводы, я пожалуй рассказывать не буду… Все и, так прекрасно знают, что это такое и, как это важно при «тех» условиях…
Естественно! Лишняя банка «кильки в томате» — нашему рабочему или красноармейцу, будет не лишней! И, наш трудовой крестьянин, по-любасу, захочет разнообразить свой рацион и, по такому поводу — охотно поделится с первыми двумя своим хлебом…
— …Предлагаемое мною промыслово-перерабатывающее судно является нечто средним между китобойной базой и плавучим рыбоконсервным заводом… За основу проекта — кроме «Канберры», я взял советскую плавбазу типа «Владивосток». Когда есть киты — бьём китов… Когда обнаружили косяк рыбы — ловим рыбу… Ни часа простоя! Перерабатывающие цеха работают круглосуточно, в три смены!
— Конечно, серьёзных расчётов я не вёл…, — Моби Дик почесал начинающую лысеть голову, — возможности не было! На компьютере я еле-еле, а в специализированные организации — чтоб рассчитать, не обращался…
— Ничего, ничего! — успокоил его Хер Питер, — главное — сама идея! А с расчётами я потом Вам помогу…
— …Итак, по моим приблизительным прикидкам, наш попаданческий «Мистраль» должен иметь такие характеристики: длина — сто восемьдесят метров, ширина — тридцать два и, осадка — чуть больше семи метров, что дает ему возможность работать на относительно мелкой воде в прибрежных водах. Максимальное водоизмещение — около двадцати пяти тысяч тонн. Максимальная скорость предполагается в двадцать узлов, а дальность — шесть тысяч миль, при пятнадцати узлах экономичного хода. Я, думаю на судне лучше использовать комбинированную силовую установку, состоящую из дизельного двигателя и паровой турбины… К месту добычи идём на пару — на месте дрейфуем и «подруливаем» на дизеле.
— Пока ничего сверхъестественного! Вполне реально такой замечательный кораблик, где-нибудь на западной судоверфи построить…, — согласно кивнул Хер Питер.
— …Верхняя палуба представляет собой взлётную площадку с «трамплином» в её передней оконечности для взлёта лёгких одномоторных бипланов, типа…
— «Кукурузника»…, — подсказали из зала.
— Да, «кукурузника»! «У-2» — то, есть. Он у нас уже, как-то раз упоминался…
А сколько раз, ещё «упомянется»!
— Собственная авиация нужна для поиска китов, косяков рыб… С самолета, находящегося на высоте полкилометра, очень хорошо заметны косяки рыбы — в виде буроватых пятен, если они не слишком глубоко от поверхности моря. Не говоря уже про китов! В варианте промыслово-перерабатывающего судна, достаточно около трёх-пяти самолётов, размещающихся на самой лётной палубе в сборно-разборном лёгком ангаре… После «мобилизации» и, после освобождения нижних палуб от перерабатывающего китов и рыбу оборудования, на них можно разместить ещё от десяти до пятнадцати самолётов. Количество, будет зависеть от того, удастся их сделать со складывающимися плоскостями или нет… На взлётную палубу самолёты поднимаются и, с неё опускаются в ангар, двумя специальными подъёмниками, которыми в «мирное» время опускаются вниз — в перерабатывающие цеха, части добытых и разделываемых на верхней палубе китов. Плюс имеется во внутреннем доке гидросамолёт для спасательных операций…
— …Надстройки, объединённые в один «остров» находятся справа от взлётной площадки — всё, как у «нормального» авианосца!
— …Опять же — как и, положено быть у «нормального», современного десантного вертолётоносца, с кормы имеется «вход» во внутреннюю доковую камеру, вмещающую четыре — опять же, универсальных китобойных-рыбопромысловых судна. Эти суда предполагаются двух типов: для открытого моря и для промысла в прибрежной зоне. При разработке первого, я взял за основу современный немецко-латвийский патрульный катер типа «Skrunda».
— …Катер представляет собой катамаран с малой площадью ватерлинии. Утверждается, что катера «Skrunda» способны выполнять все свои обязанности при волнах в четыре метра — то, что нам надо!
— … Их водоизмещение, после моей переделки — составит сто тридцать тонн, скорость — двадцать пять узлов, при экономичной скорости в пятнадцать, оперативный радиус должен составить тысячу морских миль.
— …Длина катера — двадцать пять метров, ширина двенадцать, осадка два с половиной метра. Позитивной особенностью архитектуры катера, является размещение дизельной силовой установки — примерной мощностью в тысячу лошадиных сил, в нижней части главного корпуса — соединяющего оба корпуса катамарана, что позволило значительно расширить место для оборудования и экипажа. «Пустое» внутреннее пространство обоих корпусов позволяет использовать его для хранения различного оборудования — как для китобойно-рыбопромысловых операций, так и для военных. Возможна и, установка оборудования для проведения водолазных спусков…
Моби Дик пристально посмотрел на Морского Кота…
— Замечательный водолазный кораблик получится! — согласился тот.
— …Загарпунив кита, лебёдками подтягивают его в пространство между двумя корпусами и, в таком виде транспортируют на переработку на плавбазу. А там — мелких китов можно для разделки поднимать краном на взлётную палубу, а крупных — доставлять прямо во внутренний док.
— …Там же — под главным корпусом, подвешивается и, специальный разборный контейнер — под пойманную рыбу. Я думаю, в перегруз, спокойно тонн тридцать наш катер потянет! А дальше — то же самое, что и с китом…
— …Экипаж будет состоять примерно из двадцати-двадцати пяти человек. «Вооружение»… В мирное время — две гарпунные пушки, рыболовное оборудование.
— …При военной нужде, на катере возможна установка вооружения и специального оборудования суммарным весом до шести тонн. Можно и, больше конечно… Но, это снизит ходовые качества. Предположительно — крупнокалиберные пулемёты, малокалиберные автоматические пушки и, так далее… По подобным делам, извините, я не специалист! Но, под главным корпусом, я думаю, возможна установка двух торпед…
— А, вот это серьёзно! — обрадовался Нельсон, — будет чем морского ежа Того в задницу загнать!
— Договорились же, что про Того — как и про баб, ни слова! — в зародыше задушил я, потенциальный срач на эту тему, — пока мы до этого катера разовьёмся — Того и, сам по себе взорвётся и утонет! Так, что не надо порожняковых разглагольствований — это Вам не фэнтази! Здесь, реальные попаданцы на толковище собрались!