— Ильич! Но, ведь белых ещё могло сплотить и объединить против большевиков идея восстановлении монархии?

— А вот это уж, дудки! Как я говорил, практически всех промонархически настроенных офицеров — особенно, из высшего — штабного звена, уволили ещё при Керенском! Боялись их демократы… А вот, большевики никого и ничего не боялись! Поэтому, большинство этих офицеров, были мобилизованы в Красную Армию! Ну, те кто сам — добровольно в неё не вступил — были и, такие! Причём, в немалом количестве…

Хотя Ильич и, повторился — из-за склероза, наверное, я всё же сделал удивлённый вид:

— Да, ну?! Вот те, раз…

— А Вы, Володенька, думали, кто большевикам пятимиллионную армию создал? Пушкин, что ли?! — и, Ильич звонко — по-молодому, рассмеялся.

Я вспомнил одного Пушкина — обрусевшего азербайджанца из Нижнего, которого знал «там», в своём времени:

— Не, не Пушкин… Зуб даю!

Он арендовал у меня склад под овощи и фрукты на СТО и ни о каком создании «пятимиллионной Красной Армии» и не мечтал…

— Да, Вы посмотрите, Володенька, на лидеров Белого движения! Никто из них во время Империалистической, даже армией не командовал! Даже, корпусом! Редко когда бывшего царского комдива в Белой армии встретишь… А где, в таком случае, царские командармы и комкоры? А?! Где командующие фронтами и военными округами? Конечно, кого-то из них в первоначальной неразберихе по запарке шлёпнули — не без этого… Кто-то вовремя слинял за границу… Кого-то шлёпнули попозже. Ну, не всех же!

— …Так что, второй этап Гражданской Войны можно смело назвать войной полевых командиров-мятежников против офицеров-государственников Генштаба…

— А, вот такие «знамёна» как «свобода», «демократия»… «Учредительное собрание», в конце концов?

— Э, бросьте, Володенька! После правления «временных», этими «знамёнами» все порядочные люди подтирались! Такова уж природа наших с Вами отечественных «либералов» с «демократами»! Умудряются во все стороны нагадить…

— Полностью с Вами согласен! Своими глазами наблюдать приходилось…

— Идём дальше… Третий этап Гражданской Войны можно вполне уверенно назвать войной России за свою независимость против иностранных интервентов и продавшихся им русских коллаборационистов. После заключения Версальского мирного договора, «союзники» — чей «разум возмущённый» кипел против, по их разумению — предавших их в самый разгар Первой мировой войны большевиков, посчитали своим моральным долгом вмешаться в наши русские дела. Восстановить «порядок» и вернуть своим капиталистам их собственность и капиталы в России — национализированные большевиками… Ну и, заодно — прибрать кое-что «безхозное» к рукам. И, к хорошему это не привело…

— …Если же, большевики не подпишут этот «похабный» договор, то «союзники» — хотя бы до конца Мировой войны — если и, не будут слишком сильно нам помогать — то и, вредить особенно не будут! По крайней мере в открытую… По большому счету, союзников устраивала бы любая власть — готовая продолжать войну с немцами «до последней капли русской крови». Позволю себе заметить, что с пришедшими к власти большевиками англичане тоже вели переговоры на эту тему. В самом начале…

— …А это значит, не будет восстания Чехословацкого корпуса. Наоборот — этот корпус будет воевать на нашей стороне против немцев! Ведь, именно для этого он и создавался! Не будет никакого Колчака и оккупации Дальнего Востока японцами… Роль атаманов Дутова и Семёнова сведётся к роли простых провинциальных бандитов, которых рано или поздно выловят местные менты…

— …Да и, после окончания Мировой войны союзники не смогут так сразу — с бухты барахты, занять открыто враждебную позицию к своему бывшему союзнику! Для этого время надо! За это время Россия сможет несколько окрепнуть и оправиться… Так что, никакой «интервенции четырнадцати государств» не будет! Мало того, Россия, возможно, получит после войны, если и не черноморские проливы — то хотя бы более свободный проход своих торговых и военных судов через Босфор и Дарданеллы. Есть и, надежда получить от Германии некие репатриации для восстановления своего хозяйства….

— …Не будет и, восстаний в Ярославле и Муроме. Не будет мятежа левых эсеров… Ведь почему он был, этот мятеж? Левым эсерам — с самого Октября бывшими союзниками большевиков, объяснили, что всё пропало и пора спасаться! Чтоб не потонуть в одной лодке с ними — с большевиками. Типа, кто первым «спрыгнет» — тот и, станет главным сусликом в этом поле! Недооценили они Ленина с большевиками и, плохо знали свой народ — которому что германец, что британец… Один чёрт — НЕМЦЫ!!! А, если не будет мятежа левых эсеров, значит — не будет и, их актов терроризма против большевицких вождей! А, в таком случае — не будет и, ответного «красного террора»! И, вполне возможно в Советской России, при Советской Власти сохранится и разовьётся многопартийная система…

— …Не будет такой ожесточённой Гражданской войны — значит, не будет и, такой разрухи! Особенно, на транспорте! Значит, в Поволжье — во время голода, будет возможность перебросить продовольствие из других — не затронутых засухой регионов… А, это опять — миллионы спасённых жизней!

…Короче, разложил мне Ильич, всё — как по полочкам! Конечно, кое-какие «мутные» моменты, всё же остались…

На следующий день, сильно очковали все трое, что настоящий Ильич применит какие-нибудь методы конспирации — наденет парик и перебинтует щёку, например[55].

Но, ничего… Всё прошло, как по маслу!

— Вот, он! — первым заметил я в бинокль, — вон, видите?

— Где?! — в один голос, — ГДЕ ОН?!

— Да, вон он! На извозчике едет!

Как раз я у окна стоял и наблюдал.

— Точно, он! Ильич, на выход! — скомандовал Женька, сидящий у монитора ноутбука, куда передавались «картинки» с видеокамер наблюдения, — быстрее, а то уйдёт!

Сразу познакомиться не удалось — наш Ильич, покинув пределы Солнечногорска, ощутимо потерял прыть и, настоящий Ильич успел скрыться в гостинице. Походив туда-сюда вдоль по авеню, обескураженные попаданцы, несолоно хлебавши возвратились на квартиру.

— Да, не проработали мы этот момент…, — сокрушался Мозгаклюй.

— Всего не предусмотришь, Женя! — утешал его наш Ильич.

Я не отрывался от монитора:

— …Вот, он! Выходит, за каким-то… Быстрее, уходит! …Смотрите, опять не упустите!

В этот раз не «упустили»… Погуляв, где-то с час, настоящий Ильич возвращался обратно в гостиницу… И тут, он был «случайно» остановлен «просто так» гуляющими Мозгаклюем и Ильичом нашим. Состоялся какой-то оживлённый разговор, причём, я заметил — жестикуляция у настоящего Ильича была точь-точь такая, какой я её представлял по фильмам!

Поговорив, с полчаса прямо на улице, троица куда-то слиняла… Посидев у монитора ещё с час и, так и не дождавшись возращения своих, я плюнул и пошёл спать.

…Разбудил сигнал портативной рации, к которой мы договорились прибегать только в самом крайнем случае:

— Случилось, что Жека?!

— Вован, давай сваливай! И, оборудование своё за собой убери!

— Что, засыпались?!

Ну, конечно! За настоящим Ильичом, наверняка следили жандармы… Вот же, вляпались!

— Да, нет — не очкуй! Ильич Реальный у нас на квартире жить будет, а не в гостинице — как в реале… Давай быстрее сваливай! Полчаса тебе времени на это…

Заранее договорились, что со мной, как с представителем «классового врага», настоящего Ильича знакомить не будем… Оно и, палева поменьше! Но, чтоб у себя на квартире поселить! Дааа… Женька всегда был мастером рисковых импровизаций!

Свалил… Позже, спросил у Мозгаклюя:

— Женька, а это не опасно? Не засыпимся? У того Ильича, вроде какие-то встречи с местными революционерами планируются…

— Да, нет! Жить он будет у нас, с нашим Ильичом беседовать… А с местной марксисткой братвой встречаться, как они и, уславливались — будет в гостинице. Реальный Ильич — не дурак, соображает в конспирации!

55

Худ. фильм «Ленин в Октябре»