«Заявился я домой издалека…»

Заявился я домой издалека, Не признала меня Гдовка-река. Крепость Гдовская осела совсем, И трава на ней в студеной росе. Вечерами гусли звонкие тут Песни славные о прошлом ли поют? Возле крепости задумчив стою, Отыграл я, видно, песню свою. Неужели отгорожен межой, В милом городе стал вовсе чужой? Как на привязи по улицам кружу: То налево, то направо погляжу. Гдовитяночки — кровь с молоком, Глаз не прячут, провожают хохотком. Побелел я под осенний ковыль, Поосела не дорожная пыль, — Поосела пыль прошедших годов. Не узнал меня, приезжего, Гдов. Улыбнусь я и пойду на причал, Где свидание любимой назначал.

Сберегите цветы полевые

Полевые цветы, полевые, Их никто никогда не сажал… Голубые мои, огневые, В них блескучие росы дрожат. Незаметно пьянит ароматом Откровенье земной красоты… Вы меня понимали, как брата, Полевые цветы. Сколько раз вы меня исцеляли — Чуть горчило питье на устах. Сколько раз вы меня окрыляли! Вас все меньше теперь Неспроста. Неужели в далекие лета Вы исчезнете вовсе с земли?.. Полевыми цветами согреты, Разве мы не добрее росли? Сберегите цветы полевые. Как без вас на просторах дорог? Голубые мои, огневые — Колокольчик, кипрей, василек.

Лебедь

Уплывает лебедь,                           белая птица, — В сердце остается                            красный след. И тоска на озеро                         дымкой ложится, Над водой просторною                                     меркнет свет. Уплывает лебедь,                           пропадает Между небом черным                                   и водой. На откосе              сердце умирает, Догорает             тихою звездой. Силы мне достало бы                                  выйти на кручу, Напоследок                  лебедушку увидать — Уплывает белая                         в синюю тучу, И заря прорезала                          озера гладь.

«Уеду праздновать осень…»

Уеду праздновать осень Туда, где и в отпуск не ждут. Вечерние тени, как лоси, Тихонько к костру подойдут. В лесу у озерного плеса Всю ночь промолчу под сосной. Прогрохают гулко колеса По тряской дороге лесной. Ничем тишины не нарушу — Один на один у огня. Лишь сосны в открытую душу Глядят и врачуют меня. А угли мерцают, Мигают, По углям змеятся огни. Мне думать они помогают, Забыться помогут они.

Поединок

Они сошлись в последний раз, Рога скрестились, Словно шпаги. А в стороне она паслась, Не замечая их отваги. Сошлись старик и молодой, Глаза синеют, Словно сливы… Она беспечно над водой Застыла у ветвистой ивы. Они — Рога в рога стоят, Схлестнулись опыт с ярой силой. Заката красная струя Рыжеет на земле остылой. Как струны, ноги напряглись, Кровенят ноздри, Дышат стоном. Сладка и беспощадна жизнь, Суровы у нее законы. Опали мокрые бока, Прихваченные сединою. Трещат рога у старика, Как под копытом сухостои. Скользит предательски нога. У молодого злее хватка — Достали острые рога Незащищенную лопатку… А та, которую берег От волчьей стаи и напасти, Другому ткнулась мордой в бок, Готовая к беде и счастью.

«О, это тонкое — чуть-чуть…»

О, это тонкое — чуть-чуть — Души моей отдохновенье. И я могу легко вздохнуть, В свое поверив воскресенье. Дозволено плеча чуть-чуть Коснуться в мягком полусвете. Сумел я грань перешагнуть — Теперь за нас двоих в ответе. Пока в цвету земля моя, Но все длиннее в полдень тени. Ведут от песни соловья К тебе высокие ступени. В лугах убавилось росы, И чуть слабей запахло тмином. Уже весомо на весы Кидает август золотины. Куда от осени уйдешь? Она одна для нас — награда. Не огорчайся: Сжата рожь. В полях — разгулье листопада.