Разумеется, речь пока шла о сравнительно скромных (по масштабам аргентинской экономики) объемах кредитования реального сектора [65] . Но положительный тренд был налицо. Это подтверждали высокопоставленные менеджеры банковского сектора, выражавшие уверенность в том, что не позднее 2008 г. кредитно-финансовая система Аргентины полностью восстановится и будет в состоянии адекватно обслуживать экономику страны, предоставляя товаропроизводителям необходимые денежные средства на приемлемых условиях. В частности, такие заверения на встрече с Н. Киршнером в июле 2006 г. дал директор по странам Латинской Америки крупнейшего испанского банка «Сантандер» Франсиско Лусон435.Квалифицированный государственный интервенционизм, который обычно используется политической властью как компенсатор дефектов рыночных механизмов, в аргентинском случае нашел свое выражение в резком увеличении инвестиций государства в сферы национальной экономики, оказавшиеся «заброшенными» частным капиталом (и местным, и иностранным). Правительство, пойдя на известный экономический и политический риск, выдвинуло ряд мегапроектов, имеющих крупное народнохозяйственное значение, и приняло на себя бремя их финансирования. Эксперты, по состоянию на конец 2006 г., насчитали 14 такого рода проектов (общей стоимостью свыше 15 млрд дол.): от строительства ГЭС и АЭС до современных автомобильных дорог и скоростных поездов436. Наращивание инвестиций стало одним из приоритетных направлений макроэкономической политики аргентинских властей (см. рис. 10.4).

Как видим, удельный вес инвестиций государства и в общем объеме федеральных расходов, и по отношению к ВВП в 2002–2006 гг. стремительно вырос. В 2007–2008 гг. этот рост был продолжен. Уже в первые два месяца пребывания у власти К. Фернандес де Киршнер сформировала пакет государственных инвестиций на сумму почти 24 млрд песо, который включил широкую гамму инфраструктурных проектов (продолжавшихся и новых): жилищное и дорожное строительство; энергетические объекты; транспорт, включая закупку подвижного состава для железных дорог; очистительные сооружения437. Все эти общественные работы должны быть реализованы до истечения президентских полномочий нынешнего главы государства в 2011 г.

Рис. 10.4. Динамика государственных инвестиций

Источник. Ministerio de Economia у Producción. Argentina: indicadores econó-micos. Diciembre 2007. – www.mecon.gov.com.ar

В условиях восстановления и консолидации экономического роста значительный макроэкономический эффект имели целевые государственные кредиты и субсидии частному сектору438. Так, в начале 2006 г. власти объявили об открытии БАН новой кредитной линии размером 4,5 млрд песо. Эта новость была с энтузиазмом встречена деловым сообществом, в том числе Аргентинским индустриальным союзом, президент которого Эктор Мендес подчеркнул, что госкредиты имеют особое значение для предприятий, в основном завершивших восстановительный этап роста и достигших пределов своих производственных мощностей [66] . В свете этого в целом ряде случаев бизнес остро нуждался в кредитах для закупок нового оборудования и передовых технологий439. Государство, в свою очередь, заинтересовано в увеличении платежеспособного спроса на средства производства, рассматривая его как один из главных стимулов роста экономики. Таким образом, интересы правительства и бизнес-сообщества в данном вопросе совпадают, создавая благоприятную основу для развития и углубления частногосударственного партнерства.

Логика удержания новой экономической политики Розового дома в зоне относительного общественного консенсуса вынуждала власти сравнительно в крупных масштабах субсидировать отдельные сферы бизнеса с целью обеспечить разумную прибыль предпринимателям, но не допустить чрезмерного повышения цен. К таким «чувствительным» отраслям относится, в первую очередь, общественный транспорт. Частные компании, занятые в этом секторе, получили из бюджета в 2005 г. свыше 1,7 млрд песо, а в 2006 г. – уже на 34 % больше440. Как отмечается в аргентинской печати, правительство с помощью субсидий снижает протестный потенциал малоимущих слоев населения и укрепляет отношения с влиятельными профсоюзными кругами – традиционной опорой перонистских режимов.

В 2007 г. госсубсидии выросли на 125 % по сравнению с предыдущим годом и превысили 14,6 млрд песо. По данным на 2008 г., общий объем прямых государственных субсидий возрос до 16,4 млрд песо. Кроме того, на 14 %, или до 19,8 млрд песо, увеличатся косвенные субсидии (главным образом налоговые льготы). При этом основными получателями господдержки являлись:

♦ 29 государственных предприятий (почти 4 млрд песо);

♦ государственные попечительские фонды (2,3 млрд песо);

♦ частные компании (10,2 млрд песо)441.

Таким образом, финансовая политика аргентинских властей носит дискреционный характер и представляет собой манипулирование налогами и государственными расходами с целью воздействия на национальное производство, занятость и денежное обращение в интересах обеспечения устойчивого экономического роста. Реализация стратегии неоиндустриальной модернизации Аргентины и программа конкретных действий правительства в социально-экономической области, включая ее валютно-финансовые аспекты, может интерпретироваться (в том числе) и как стремление Розового дома добиться распространения и постепенного доминирования инновационного мышления во властных структурах, ответственных за принятие государственных решений в сфере экономики.

Реструктуризация внешнего долга: платформа Буэнос-Айреса и позиция кредиторовСтабилизации финансового положения страны в значительной степени способствовал мораторий на платежи по обслуживанию части суверенного долга (тот самый дефолт). Обратимся к цифрам. Если бы Аргентина не объявила дефолт, то, по прогнозу МВФ, сделанному в середине 2001 г., в период 2002–2005 гг. она должна была выплатить кредиторам свыше 65,5 млрд дол., но при этом ее суверенный долг возрос бы практически до 175 млрддол. (см. табл. 10.2).

Таблица 10.2 Аргентина: прогноз роста внешнего долга (млрд дол.)

Составлено по: International Monetary Fund. – http://www.imf.org

Объявив дефолт, Аргентина сумела сохранить значительные финансовые ресурсы: страна в 2002–2004 гг. заплатила кредиторам около 19,4 млрд вместо 48 млрд дол., т. е. экономия за три года составила почти 30 млрд дол.442

Высокие темпы развития экономики, активный внешнеторговый баланс, бюджетный профицит, увеличение валютных резервов – положительные черты посткризисного хозяйственного состояния Аргентины. Но бесспорные успехи в экономическом восстановлении сами по себе не решали долговую проблему. Более того, в 2002–2004 гг., несмотря на дефолт, суверенная задолженность продолжала быстро расти, превысив в середине 2004 г. колоссальную цифру – 181 млрд дол. Как это произошло?

Свою роль сыграли два главных обстоятельства. Первое : федеральная власть взяла на себя обязательства по внешним долгам отдельных провинций (в объеме 10 млрд дол.). Второе : государству в прямом смысле пришлось оплатить последствия кризиса 2001–2002 гг. и компенсировать банкам и частным гражданам потери, связанные с девальвацией песо. С этой целью были выпущены новые государственные долговые облигации на сумму свыше 20 млрд дол. В результате острота долговой проблемы не спадала и требовала от аргентинского руководства осмысленных и решительных действий.

Все более актуально стоял и вопрос инвестиций. Как уже отмечалось, хозяйственный подъем 2002–2005 гг. носил в значительной степени компенсационный характер, основывался на более полном использовании простаивавших производственных мощностей. Однако указанный резерв сравнительно быстро был исчерпан, и для дальнейшего экономического роста стал необходим позитивный инвестиционный эффект, т. е. «свежие», в том числе зарубежные, вложения в основной капитал. Однако в условиях дефолта наступила своего рода «инвестиционная зима», многие новые капиталовложения были надолго заморожены, и Буэнос-Айрес не мог рассчитывать на быструю «оттепель» и массовое возвращение иностранных инвесторов на аргентинские рынки. Поэтому данное обстоятельство также побуждало правительство форсировать урегулирование долговой проблемы.