И ещё одна необычность поразила Аркашу во время знакомства с городом. Большая с высоченным шпилем церковь, казалось достающим до облаков, венчалась не крестом, как это себе представлял парнишка, на вершине шпиля красовался цветным опереньем, хорошо видимый снизу металлический петух. Аркаша недоумевал: верующие этой церкви на петуха что ли молятся? Но вразумительных объяснений ни от кого не получил. Тем более что в те послевоенные годы храм, кажется, был не действующим.

От храма лучами расходились три улицы: Рижская, Райня и Талавас. В начале улицы Райня, сразу после пересечения с Рижской в красном под цвет сурика кирпичном здании книжный магазин. Почти на середине улицы Райня, где она делает крутой подъём в гору, пожарная каланча, к которой примыкает здание магазина. Там Аркаша по карточкам будет покупать хлеб, макароны, крупу. Заканчивается улица высоким металлическим мостом над железнодорожными путями, ведущими к вокзалу, от которого поезда не ходили, но забегали паровозы, иногда с одним-двумя товарными вагонами. Возможно, раньше станция использовалась для вывозки леса. Заброшенная одноколейная ветка вела в сторону Руены. Но достигала соседнего города или где-то прерывалась, мальчишки этого не знали.

За мостом в полукилометре от города здание богадельни. Так её именовали местные. В прежние времена там проживали одинокие старички и старушки, нуждающиеся в содержании и присмотре, или как выражались в своё время на русском языке – нуждались в призрении. Там обосновалось инфекционное отделение городской больницы.

В центральной части Рижской улицы на первом этаже двухэтажного дома находился литерный магазин. Аркаша не знал, почему назывался «литерный», и что означает это слово. В этом магазине продавали продукты партийному и государственному руководящему составу города по специальным карточкам «литерам». Продукты, недоступные рядовым гражданам. Остальные могли здесь покупать без карточек то, что было выставлено на полках и витрине: шпроты, шоколадные конфеты и некоторые другие дорогостоящие продукты. Ребятишки время от времени заходили в магазин поглазеть на выставленные прелести. Покупать ничего не покупали, у их родителей не было денег на такие покупки.

По соседству за поворотом располагался ресторан. Несколько раз тётя Зина днём заводила Аркашу пообедать. Заказывала путру – жиденький молочный суп с крупой или щи из свежей капусты и тоже на молоке. Молочные щи вызывали недоумение у Аркаши, не мог понять и привыкнуть к такому сочетанию: молоко и капуста. А путра ему уже дома приелась. Пока почти два года жили одной семьёй, тётя Зина закормила всех путрой, ежедневно на обед готовился молочный суп чаще всего с перловкой. Кроме пшена и перловки в продаже других круп не было. А тётя Зина была экономной и расчётливой хозяйкой.

Центром города, пожалуй, следует считать квадратный сквер с широкими дорожками, образованный пересечением улиц. В сквере в один ряд располагалось несколько могил офицеров, погибших при освобождении города от немцев.

На сквер смотрит фасад дворца с колоннами, именуемый Домом культуры. Просторный зал с партером на 400 мест и балконом. На сцене время от времени ставили свои представления гастролирующие актёры. Здесь состоится концерт гипнотизёра-иллюзиониста с замысловатой польской фамилией, музыкальный спектакль «Свадьба в Малиновке» с настоящими профессиональными артистами, выступления воинских ансамблей. Русская школа будет проводить утренники с театрализованными постановками и концертными номерами. В остальное время ежедневно по два сеанса жители будут заполнять зал, чтобы посмотреть кино. Один и тот же фильм шёл по два-три дня, но в зале не оставалось ни одного свободного места. Шли новые фильмы, показывали довоенные «Волга – Волга» и «Весёлые ребята», трофейные с титрами перевода, многосерийный американский «Тарзан».

Сквер располагался между улицами Рижская и Райня. Против сквера по улице Райня большую территорию окаймляла чугунная ограда, за которой величественно смотрелось самое большое здание в городе – латышская гимназия с двенадцатилетним сроком обучения. Аркаша со своими одноклассниками несколько раз бывал по приглашению на утренниках-концертах гимназистов в большом зале с настоящей сценой и занавесом.

В первые послевоенные годы стадион в городе был не только достопримечательностью, но и парком культуры и отдыха горожан. Футбольное поле окаймляла четырёхсотметровая беговая дорожка. С правой стороны поля просторная трибуна для нескольких сотен болельщиков с высоко поднятым козырьком, покоящемся на задней и боковых стенках, защищающих от ветра и дождя. С улицы стадион украшала зелёная полоса деревьев и кустарника. При входе на стадион справа оборудованы волейбольная и баскетбольная площадки. Здесь Аркаша увидит ранее неизвестную ему игру в баскетбол. Вся территория стадиона огорожена сплошным высоким забором. Вход через арку, возле которой уверенно глядела на входящих касса с окошком для продажи билетов на футбольные матчи и прочие массовые мероприятия. Билеты были дешёвые, поэтому даже мальчишки иногда покупали, чтобы попасть на футбольный матч. Но чаще всего предпочитали перелезать через забор, хотя при их маленьком росте это было совсем непросто. По левую сторону поля просторная территория, поросшая одинокими соснами. Здесь в ночь на праздник «Лиго» молодёжь водила хороводы, разжигали костры, через которые взрослые парни перепрыгивали с разбега над огнедышащим пламенем.

К достопримечательностям города следует отнести кладбище. Редко где вы встретите такое обустроенное и ухоженное кладбище. Металлические решетки оград – образцы художественного кузнечного мастерства. Многие могилы имеют ограду из зелёных насаждений мирты. Из черного мрамора либо гранита надгробные памятники и массивные кресты. Чёткие дорожки делят участки на правильные прямоугольники. Мальчишки любили бродить по кладбищу, разглядывая и любуясь красотой, увековечившей усопших. Немецкий язык изучался с пятого класса, а латышский уже со второго. Поэтому даже школьники младших классов могли прочитать надписи на могилах. Самой впечатляющей были могила и памятник Янису Цимзе. Оказалось, что этот учитель-новатор известен на всю Латвию.

На кладбище можно было в любое время застать гуляющих взрослых. Однажды Аркаша с сестрой встретили чету Элманисов, хозяев дома по Рижской, 49. Те всегда были приветливы, вежливы и общительны с детьми высокопоставленного постояльца дяди Эрнеста. Прогуливаясь по кладбищу, привели к свободному пустовавшему месту и пояснили, что этот участок у них закуплен для их будущей могилы. Аркаша был потрясён. Как это можно при жизни заказать себе место на кладбище, знать это место. Представить себе не мог, как живые люди заранее приготовили себе могилу. Ещё не хватало и гроб себе изготовить да полежать в нём, проверить насколько удобно. Такое не укладывалось в голове мальчишки. Но место запомнил. Здесь по соседству будет впоследствии похоронен дедушка. Посещая его могилку, Аркаша всякий раз с недоумением будет смотреть на ухоженный участок, который приготовили себе Элманисы.

Через дорогу от кладбища на живописной поросшей немолодыми соснами площадке другое кладбище: захоронение погибших солдат и офицеров при освобождении Валки. Сюда перенесут могилы офицеров, похороненных в сквере против Дома культуры. Зачем устраивать ещё одно кладбище в центре города? Здесь школьники со своими классными руководителями будут сажать деревья. Деревьям-долгожителям доверено хранить и оберегать память о воинах, отдавших жизнь в боях за Родину.

Русскую школу откроют в 1945 году в здании некогда существовавшего технического училища, так можно было догадаться по профильным изображениям на невысокой металлической ограде: в овалах представлены перекрещивающиеся слесарные инструменты и измерительные приборы – молотки, разводные ключи, циркули и угольники. Учеников набралось немного. Объединили первый с третьим, второй с четвёртым. Заняли две комнаты на первом этаже. Парт не было. Первый год сидели за столами на скамейках и стульях. Директор Христина Карловна Савина. Савина по мужу. Муж русский, а она латышка.