Со временем выяснится подлинная роль Троцкого в Октябрьской революции, гражданской войне и создании социалистического государства. Мать Аркадия Львовича поделится интересными воспоминаниями. «В гражданскую войну мы имя Сталина не слышали, – рассказывала она. – Все произносили два имени Троцкий и Ленин. Имя Троцкого стояло первым. Вслед за ним называли Ленина. В 30-е годы жилось тяжко, сталинские пятилетки усердно рекламировались пропагандой, а жизнь была бедной, голодной. Нередко можно было услышать, если бы жив был Ленин, до такой жизни не дошли. Декламировали между собой прибаутку: «Прощай Ленин, прощай детка, нас заела пятилетка». Доносчиков не оказалось. Никто не пострадал. Мы вообще понятия не имели о каких-то там репрессиях. Мичуринск – город небольшой. Приусадебные участки почти у всех. Про раскулачивание в газетах читали. Нас это ни касалось. От Хрущёва услышали впервые, какие страсти и беззакония творились в стране. Среди наших родственников никто не пострадал. Мы были законопослушными советскими гражданами».

Много позже в интернете из разных источников Аркадий Львович нашёл подтверждение словам матери. «В годы Гражданской войны и сразу после неё политзанятия в Красной Армии начинались с темы «Вождь и создатель Красной Армии тов. Троцкий» Тогда имена Ленина и Троцкого звучали вместе. Их называли вождями революции».

«Троцкий был, бесспорно, вторым человеком в стране, и в советских учреждениях висели только два портрета – Ленина и Троцкого. Даже школьные тетради выпускались с портретами Троцкого и его высказыванием: «Грызите молодыми зубами гранит науки».

Ещё из одного источника узнал: «Делегации в 1923 году, приветствовавшие XII съезд партии, провозглашали: «Да здравствуют наши вожди Ленин и Троцкий!»

Так что оказалось, в конце концов, что вождями революции были Ленин и Троцкий. Для рядовых граждан России без разницы, в какой последовательности их называть. Но после смерти Ленина вождём стал Сталин. И это признал весь советский народ.

Аркадий Львович в душе негодовал на Сталина за зверское убийство неугодного соперника в борьбе за власть. Но, зная биографию Троцкого, понимал, если бы Троцкий пришёл к власти, могло быть ещё хуже.

Диктатор Троцкий со своей призрачной идеей осчастливить человечество коммунистическим переустройством мира в злодеяниях против народа превзошёл бы Сталина.

В любом случае, при любом исходе исторических событий народам России в двадцатом веке с вождями ужасно не повезло.

8. Ригас иела, 49

До Латвии добирались целую неделю. В Москве неудобная при переездах пересадка. Трое суток провели на Курском вокзале, пока удалось оформить билеты, чтобы следовать дальше. Июнь 1945 года. Только что закончилась война. Поезда не поспевали перевозить нескончаемый поток пассажиров.

Как выглядит Курский вокзал снаружи, Аркаша не разглядел. Все три дня провёл внутри этого великолепного дворца, с нескрываемым восторгом разглядывая великолепие. Пол высокого просторного зала покрыт разноцветными плитками. Скамеек не было. Пассажиры, по много суток обитавшие здесь, прямо на полу разложили узлы и прочие дорожные вещи, на них организовывали завтраки, обеды и ужины, устраивались на ночлег.

Несколько раз водили Аркашу на привокзальную площадь, чтобы выпить стакан ситро. Тётенька в белом переднике из баллончика с делениями наливала сироп, из другого – шипящую воду. Какой напиток! Так бы и пил весь день, не отходя от киоска. Не потому что жарко, хотя погода стояла сверкающе солнечная, а уж больно вкусно и забавно, когда в нос шибают малюсенькие пузырьки искромётного газа. По Москве прогулок не было, но и возле вокзала Аркаша разглядел, что Москва огромная, красивая, с широкими асфальтовыми улицами.

Захватывающее для Аркаши путешествие запомнилось равномерным стуком колёс на стыках рельсов, плавным покачиванием вагонов во время движения. Казалось под такой стук невозможно уснуть. Но равномерные громкие звуки с одновременным сотрясением вагона убаюкивали, и пассажиры, не сетуя на явные неудобства переезда железнодорожным транспортом, не ведающие, что такое бессонница, прилежно засыпали. Словно в кино смотрели чёрно-белые сны сообразно своему возрасту, образованию, социальному положению и фантазии умиротворённого сознания. Аркаше сны всегда виделись только чёрно-белые. Когда появится цветное кино, будет несколько редких случаев цветных сновидений. Случаи единичные, сморенный сном мозг привычно будет выдавать чёрно-белые картинки.

При подходе к очередной станции паровоз многократно пронзительно гудел, шумно выпускал пар, будто делал глубокий выдох перед остановкой. Плавно тормозил, но в момент остановки вагоны громко ударялись тарелками буферов о впереди остановившиеся вагоны, и это громыханье продолжалось пока последний вагон поезда, боднув своего предшественника, не замирал, чтобы отдохнуть после утомительного пробега.

Постояв положенное время, паровоз оповещал гудками, что пора следовать дальше. Опять с достоинством выпускал пар, будто демонстрировал своё и без того всеми признанное величие. Что делали бы люди без этих могущественных машин, долгожителей технического прогресса? Правда, паровозу не под силу сдвинуть с места весь состав сразу. Он сдаёт назад под дружное звяканье буферов, после чего, натужась, увлекает один за другим тяжёлые вагоны. И вот уже весь состав пришёл в движение, набирает скорость и послушно следует за паровозом. Днём в открытые окна залетают кусочки дыма от длинного шлейфа, тянущегося за паровозной трубой. Запах паровозного дыма не спутаешь ни с каким другим, его сразу узнает каждый, кому довелось ездить поездами в эпоху паровозов.

В конечный пункт назначения прибыли около двенадцати ночи. Поразило, что всё видно, несмотря на позднее время. Тётя Зина пояснила, летом в Латвии белые ночи. Ещё сказала, что будут жить в латвийском городе Валка, который расположен на самой границе с Эстонией. На эстонской стороне город, куда привёз поезд, называется Валга. Города вплотную примыкают друг к другу.

И в самом деле. От станции пешком прошли через всю Валгу и по неширокой мощёной булыжником улице вышли к деревянному мостику. Под мостиком протекал скорее ручей, речкой не назовёшь, но именно эта водная артерия служила обозначением границы между двумя городами соседствующих республик. За мостиком улица продолжалась, так же выложенная булыжником, с одноэтажными преимущественно домами по обеим сторонам. Только у неё было своё латышское название. По этой улице прибывшие вышли на главную улицу города Валка, которая называлась Ригас иела, что в русском переводе значит Рижская улица, по ней начиналась дорога до столицы Латвии – Риги.

Булыжная мостовая удивила и восхитила впечатлительного Аркашу. Надо же до такого додуматься. Шлифовать даже одну, верхнюю сторону булыжника долго, и какие усилия надо приложить. Чтобы выложить булыжником только одну улицу, сколько тысяч булыжников надо заготовить, а может и целый миллион. А тут так всё просто. Положили рядышком вплотную, утрамбовали хорошенько и езди себе на здоровье. Гладкости нет. Когда телега проезжает, грохот на всю улицу. А машине на дутиках хоть бы что, едет без сотрясений, только амортизаторы понимают, что под колёсами не асфальт.

Улицу прошли почти до самого конца. Застроена двухэтажными и одноэтажными домами и тоже вымощена булыжником. Она была шире тех, по которым проходили до этого. Тротуары по обе стороны обозначены бетонными плитами с поребриками и возвышались над проезжей частью улицы. Город выглядел аккуратным, хорошо смотрелся, сразу приглянулся Аркаше. Главную улицу украшают, посаженные по обе стороны рядом с тротуаром липы сорокалетней давности с шаровидными кронами, любезно подстригаемыми заботливыми жильцами домов.

Когда пересекли одноколейную железнодорожную ветку, за переездом по левую сторону метрах в ста увидели одиноко возвышающийся двухэтажный особняк, изящной архитектурной постройки, который заслуженно можно именовать виллой. Почтовый адрес: Ригас иела, 49. Дом и приусадебный участок обнесён ставшим серым от времени некрашеным высоким деревянным забором. С улицы фасад закрывали кусты сирени. На участке несколько яблонь. По левую сторону вдоль всей ограды кусты смородины и крыжовника. По другую, несколько дальше от дома располагался добротный сарай с высокой крышей. На чердаке можно разместить годовой запас сена для коровы. Но хозяева держали только кур. За сараем вплотную к ограде возвышался немолодой тополь, на котором Аркаша оборудует наблюдательный пункт, на суку пристроит подобие сиденья, нижерасположенный сук станет подножкой, из куска доски сделает полочку. Недоставало только бинокля. Но дети в играх умеют обходиться и без дорогостоящего оборудования.