Перебирая в уме всевозможные темы (И, как всегда, надрываясь                   под жизненной ношей), Я догадалась: От жизни оторваны — ВСЕ МЫ! Только ведь кто — от плохой, А ведь кто — от хорошей… 1984

Сквер в переулке

Светлой памяти Чарлза Диккенса

Братьев Чириблов тропинка (Так уж я её зову) Складки старческой улыбки прячет в жёсткую траву. Здесь гуляет чёрный самый, сдав манжеты в дымоход, Вечным Ваською да Гамой путешествующий кот.        Здесь почти провинциальный подорожников уют.        Голуби в кругах сияний жёлтое зерно клюют,        А над ними (и над нами) в знак защиты и журьбы        Мощными опекунами мощно клонятся дубы, Чтоб от жара не ослепли дети скопищ городских, Чтобы, в крыш алжирском пекле взмывший, в маревах, кривых От зернистости карнизов, — август высказался весь В зёрнах жёлтых, в крыльях сизых, в синей зелени древес.        Вот крадётся наш Василий (о мошенник!), сделав вид,        Будто голубя хромого хищно сцапнуть норовит!        Но едва мы отвернёмся, сделав вид, что не глядим,        Зверь зевнёт: де — «и не думал я охотиться за ним…» Братьев Чириблов тропинка. Так уж я её зову. Кто пройдёт по ней за нами — сны увидит наяву. Тут живут воспоминанья. И витает здесь мечта По охотничьим угодьям Васьки, чёрного кота.        Помнишь старые страницы?        Братья честные, вдвоём        О чужом пекутся благе и о счастье (не своём!).        За конторкою высокой пишет добрый старый клерк…        Этот след не затерялся. Этот образ не померк. Но уж вновь заполыхали комментаторов очки, — Дескать: «Неправдоподобны филантропы-добрячки! Только в склоке, только в драке, в уголовщине сплошной, Передравшись, как собаки, люди хлеб добудут свой!        Мы считаем, что такой-то недостаточно свиреп:        Чего доброго — без драки заработает на хлеб!        Ведь «борьбу» предаст, каналья, раньше времени поев,        Никого ни покалечить, ни прикончить не успев…» Кровожадные! Уймитесь; Что за радость — множить зло? Как бы злыдничество ваше вас самих ни подвело! Слишком противоречивы и напоминают чушь К благоденствию призывы при неверье в щедрость душ.        Коли зол от сотворенья человек (ведь вот стервец!),        Киньте, бросьте негодяя, — пусть погибнет наконец.        Если добр от Сотворенья человек (а это так!),        Отчего бы его долю не вернуть ему — без драк? Только что там понапрасну к лютым извергам взывать… …Снег пошёл.                     Мороз подкрался. Будем зиму зимовать. Быстро сумерки спустились. Лёг зелёный зимний час. Лишь глядят с небес прозрачных братья Чириблы на нас. 1985

Песенка про китовый ус

На каждом шагу оскорбляющийся, Властителем мира являющийся, А попросту молвить — валяющийся На всех перекрёстках, вкус, Наверное, нас не похвалит, Но это нас мало печалит. Давайте-ка лучше                            песню споём, Споём про китовый ус!        Китовый ус — королеве!        А прочим — китовый жир,        Чтоб ворвань варить        И вслух говорить        Про наш океанский мир! Но ворвань, слыхал я, не варят И с хлебом её не едят, А в пламя светилен её, Точно филин, Из тьмы, не мигая, глядят. И так мы упорно глядели, И так мы лупились во мрак, Что старую Англию мы проглядели — Сами не знаем как…        Китовый ус — королеве —        И сто сундуков похвал.        А нам — бродить —        Серебром обводить        Зеленобурый вал. Пока мы носились по бурным волнам, Чтоб земли открыть, неизвестные нам, — Родину предков утратили мы, И не дали к родным берегам Пристать нам дельцы-живодёры, Банкиры, жуиры, обжоры, А законодатели Законопатили Выход наш к лучшим дням.        Китовый ус — королеве,        А кит — из цветных пластмасс!        Кто вспомнит — когда        Живого кита        Глядели в последний раз? Мы были народом — страной моряков, Единым и славным во веки веков, Но вихрь нас умчал от родных берегов… Ты, Англия, — помнишь ли нас?        …Чу! — Стража ли где прокричала?        (Завыл ли в снастях ноябрь?) —        Чтоб нам не бросали причала,        Что призрачный — наш корабль,        Что нет в нас ни капли толка,        Что зрительный мы каприз,        Что все мы когда-то привиделись только        Глазам сухопутных крыс… Катается с грохотом бочка, — смотри: Как будто в ней кто-то хохочет внутри! А ветер за пирсом качнул фонари И снова, зевнув, замолчал В глубинах безвестных подводных могил… Ту песню мне вспомнить — быстрей помоги! Тогда сторожа нам зажгут маяки И нам Англия бросит причал!