– Да, звони, конечно.

Я набрала номер, но он оказался недоступен. После нескольких попыток я так и не смогла дозвониться. Я набрала телефон Роберта, и женский голос сказал, что и он вне зоны действия сети.

– И что же делать? Если я уеду, мы можем разминуться.

– Алекса, давай сделаем так. Поехали в химчистку, заберем платье и вернемся назад. Как раз за тобой заедут. Мне все равно одной скучно, а живу я недалеко от школы.

– Хорошая идея, Клэр! – я расцвела. – Спасибо, подруга!

Мы сели в «Тойоту и, врубив музыку на полную катушку, Клэр начала петь. Я попыталась ей подпевать, чтобы отвлечься от неприятных мыслей, но бросила это дело: на душе камнем висело недоброе предчувствие. Химчистка находилась в десяти минутах езды от школы, как раз в центре района близ кафе «Донатс», где мы с мамой иногда завтракали по воскресеньям. Поэтому к концу третьей песни мы прибыли на место.

Клэр зашла внутрь химчистки, а я осталась ждать ее в машине. Чтобы не терять времени, я стала снова набирать один за другим номера телефона, но ни Ричард, ни Роберт не отвечали. Теперь я начала волноваться по-настоящему. Набрав номер Джеймса, я нервно постукивала пальцами по панели и, как только послышались длинные гудки, я перевела дух. Джеймс ответил:

– Дочка, ты где? Говори быстрее!

– Папа, я в кафе «Донатс» недалеко от школы. – Джеймсу можно было и не говорить точные координаты. В любом случае он смог бы найти меня с помощью портала.

– Оставайся там! Я за тобой еду!

– Хорошо!

Мое сердце бешено билось. Я выскочила из машины и забежала в химчистку, чтобы предупредить Клэр. Усмирив свое дыхание, я постаралась как можно спокойней разговаривать с подругой.

– Клэр, прости, мне нужно срочно встретиться с отцом, я тебя покидаю.

– Может быть, тебя подвезти?

– Нет, все нормально! Он мне позвонил и сказал, что находится недалеко отсюда. Мне надо идти.

– Хорошо, Алекса! Увидимся! – похоже, она ничего не заподозрила.

– Да! До встречи! – я махнула ей рукой.

Забежав в кафе, я села так, чтобы видна была парковка, и стала высматривать машину отца. Мерседес Джеймса появился через пять минут и, ворвавшись на стоянку, поднял пыль столбом. Я вылетела из кафе, заставив обернуться посетителей, и запрыгнула в машину к Джеймсу.

– Папа! Что случилось? – сходу спросила я.

– Роберт и четверка не появлялись с утра! Эвансы и Томпсоны не находят себе места, и на телефон он не отвечает.

Мне от его слов стало дурно. Значит, предчувствие Роберта не подвело.

– Ричард с Ноэль уверены, что их дети поехали в школу. Как только мы поняли, что Роберт исчез, дозвониться до ребят мы так и не смогли.

– Поехали, да не доехали! Началось, папа! – промолвила я, охваченная паникой.

– Да, дочка, началось! – Джеймс посмотрел на меня, прищурившись, но при этом не обнял, не пытался меня успокаивать. – Оно и к лучшему. Сейчас нужно собрать всю волю в кулак и действовать, исходя из ситуации.

– Что с младенцами?

– Пока все на месте, как ни странно, – сказал отец и резко повернул ключ зажигания. Тормоза завизжали, и машина сорвалась с места.

– Что будем делать дальше?

– Мы сейчас едем домой. Нас ждут, – сухо ответил Джеймс, сосредоточенный на своих мыслях.

Я решила тут же по приезду домой разобраться над тем ребусом, который не давал покоя все это время.

В гостиной Адам мерил пространство шагами, а остальные сидели неподвижно на диванах с опущенными в пол глазами. Мейдлин кинулась ко мне в слезах.

– Мне очень жаль, Мейдлин, – начала я, но потом осеклась. Что здесь скажешь?

– Алекса! Хорошо, что ты хотя бы жива и невредима!

Меня ее слова поразили. Ее сын исчез, а она думает обо мне.

– Папа, можно, я посмотрю сообщение о предстоящем похищении детей?

– Да, дочка, оно как раз открыто в ноутбуке. Можешь пройти в мой кабинет.

Я повернулась ко всем и сказала:

– Прошу прощения! Мне нужно уединиться. Вы не против, если я покину вас ненадолго?

– Нет, дочка. Только не выходи из дома, хорошо?

– Да, папа, я прочитаю сообщение, а затем пройду в свою комнату.

Развернув ноутбук к себе, я осторожно села в кресло отца. В сообщении говорилось следующее: «Готовьтесь! Пробьет час, и вы навсегда лишитесь своих детей!»

Я поднялась наверх в свою комнату, достала бумагу, ручку. Первые несколько секунд я сидела неподвижно, не зная, с чего начать. Затем, закрыв глаза и сосредоточившись, я начала писать имена и слова, пытаясь выстроить их в логическую цепочку.

Винсент планировал похитить младенцев, принадлежащих нашему обществу, и еще ему нужен был младенец, чьи родители оба обладают способностями. В конце концов, он хочет вырастить бойцов из младенцев. А тот ребенок, чьи родители со способностью, имеет еще большую силу, чем остальные. Значит – он во главе, над остальными бойцами. Если Винсент поехал в Англию, причем на родину Роберта, значит, он что-то там вынюхивал и это связано с Робертом, пусть даже обыски в доме и лаборатории относятся к похищению косвенно.

Ручка вырисовывала стрелки, кривые, скобки, кавычки. Лист превратился в карту запутанного лабиринта, в котором, казалось, я заблудилась и не могла найти выход. Я постукивала ручкой на слове «младенцы». Затем в самом верху написала сообщение Винсента и всматривалась в каждое его слово. На последнем слове «дети» я заострила взгляд и принялась рассуждать дальше. Родители Роберта оба обладают способностями, но Роберт – уже не младенец. А что с младенцами? Они все еще со своими родителями. Стоп! Здесь что-то не так. В моей голове крутились два слова: младенцы и дети. А может быть, младенцы здесь не при чем? Ведь в записке ничего не сказано про них! А Роберт и есть дитя света. Либо нас ввели в заблуждение, либо мы сами пошли по ложному пути.

И в самом деле, зачем Винсенту похищать младенцев и возиться с ними, когда ему нужна армия? С его способностями управлять сознанием других людей можно похитить и взрослых парней, а Роберта… поставить во главе! Меня охватила паника. Из рук выпала ручка. Как я раньше об этом не догадалась? И сны давали подсказку о том, что Роберт исчезнет. Не зря все эти дни, начиная с поездки на озеро, меня не покидало ощущение, что именно Роберт в опасности и никто другой.Резко отодвинув кресло, я вскочила на ноги и помчалась вниз и вихрем залетела в гостиную, где стояла растерянная Мейдлин, а все остальные смотрели на нее вопросительным взглядом. Они не ожидали моего внезапного появления, и мы с Мейдлин, посмотрев друг другу в глаза, произнесли одновременно одно и то же имя: «Роберт».

Глава тридцать первая Одна

Мы еще несколько секунд стояли в тишине и смотрели друг на друга. Я пришла в себя первая.

– Мейдлин! – я взяла ее за плечи и потрясла, чтобы она наконец начала говорить. – Что вы видели?

– Я ничего не видела, – потрясла она головой, – но слышала предупреждение Роберта. Он сказал, чтобы мы срочно покинули дом Джеймса. Нам грозит опасность.

– Что еще?

– Картину дома, расположенного на озере, где мы отдыхали. А затем связь оборвалась.

– Папа, – обратилась я к Джеймсу. – Все это время мы были на ложном пути. Речь шла не о младенцах, а о детях, о детях света и в первую очередь о Роберте, а не обо мне.

– Можешь не продолжать, дочка! – горько ответил Джеймс. – Я уже это понял. Только, к сожалению, поздно.

Я изо всех сил старалась держать себя в руках, вспомнив слова Роберта о самообладании. Только не падать духом! На глазах Мейдлин вновь выступили слезы. К ней подошел Адам и обнял ее. Ричард успокаивал Ноэль. Будучи беззащитным человеком, она тем более не могла сдержать слез. Кто бы мог подумать, что именно их дети на протяжении двух лет были в опасности, но никто об этом не догадывался.

– Папа, нам нужно действовать! Я уверена, что еще не поздно! Мы спасем всех без исключения! – сказала я твердо. Как ни странно, я действительно была уверена в наших силах. И пока мы вместе, мы способны свернуть горы.