– Что случилось, Алекса? – Роберт заглянул в мои глаза. – Я тебя не утомил своими наставлениями?

– Нет, что ты, – вздохнула я. – На словах все просто, а на деле не так уж и легко.

– У тебя еще будет возможность потренироваться. Мы совместим овладение контроля над собой и физические тренировки.

– Интересно, как? – улыбнулась я. – Утренняя гимнастика по утрам или мне записаться в секцию бокса?

Мы с Робертом засмеялись.

– Ты знаешь, я частенько наблюдал за тобой, как ты двигаешься, и хочу тебе признаться, за мной есть грешок, – теперь он опустил глаза вниз. Я ждала, что он скажет. – Я подглядывал за тобой в окно класса хореографии и смотрел, как ты танцуешь.

Меня эта новость заставила покраснеть.

– Значит, это был ты? – я опустила глаза. – Я думала, что это Винсент. А когда он сказал, что не видел меня в танце, то я подумала, что это очередной мальчишка, которому еще не влетело от нашего преподавателя.

– Когда ты повернулась и посмотрела на меня, я буквально сорвался и упал в кусты, – засмеялся Роберт. – Жаль, что не удалось досмотреть до конца. Мне понравилось, как ты танцуешь, – улыбнулся Роберт.

– Вот как? Хм… Я всегда считала, что являюсь посредственной танцовщицей, – мне стало неловко от его признания.

– Это не так. Тебя можно сравнить с кошкой в танцах, в походке или когда ты садишься. Ты осторожна и аккуратна. Но в бою!.. – Вдруг Роберт крепко схватил меня за плечи, прижал к валуну, близко приблизил свое лицо к моему и продолжил: – Ты станешь пантерой! Наряду с грациозностью этого зверя твои действия должны быть быстрыми, четкими, слаженными и сильными! Здесь ты хищница! Запомни это!

Роберт слегка ослабил хватку. Мы смотрели друг другу в глаза еще несколько секунд, но он вдруг опустил свой взгляд и отвернулся.

– Прости, Алекса! Я напугал тебя? Сделал больно? – он повернулся ко мне в то время, когда я потирала свои плечи.

– Не извиняйся. Все хорошо, Роберт. Ты не можешь мне сделать больно, потому что до тебя мне уже причинили боль и до сих пор продолжают.

Судя по тому, как Роберт сжал кулаки, так что костяшки на руках побелели, он понял, кого я имела ввиду.

– Я не переживу, если… – он не закончил предложение и от злости ударил кулаком по валуну, о который я упиралась. Валун вдруг начал трескаться и в конце концов опора из под меня ушла. Я стала падать назад, размахивая руками, как мельница, а Роберт, подхватив меня, засмеялся так громко, что эхо разнеслось, казалось, до горизонта.

В нем было столько силы, о которой я даже не подозревала. И как он может говорить, что с ним что-нибудь случится?

– Прости, не рассчитал! – сказал он спокойным, веселым голосом.

– Здорово у тебя получилось! – я подняла с земли мелкие осколки от валуна и стала рассматривать их. – Научишь быть такой же сильной?

– Научу! Начнем прямо сейчас, молодая кошечка! Тебе пора превращаться в пантеру!

Роберт взял меня за руку и повел к краю обрыва, где стояло дерево с длинными ветками, нависающими над ручьем с камнями. На одной из толстых веток висела веревка.

– Твоя задача, – начал Роберт с серьезным видом, – с помощью этой веревки перепрыгнуть ручей. Держись одной рукой! Представь, что у тебя на руках ребенок!

Роберт отвел меня к дереву, а сам спустился вниз в то место, куда я должна была приземлиться. Я внимательно посмотрела на дерево, веревку и ручей с камнями. Надеюсь, веревка меня выдержит, а я смогу рассчитать силы, чтобы не свалиться в ручей. Расстояние, которое мне нужно было преодолеть, казалось огромным, а от высоты дерева над ручьем кружилась голова.

– Алекса, я вижу страх и сомнения! Убери их! – подбадривал меня Роберт. – Они тебе не нужны и только мешают! Очисти голову от ненужных мыслей! Только вперед и только победа! Давай!

Рядом с Робертом я готова была идти по острию лезвия. И не мешкая, решила сразу выполнять его команды. Я представила ребенка, похожего на ангелочка, – копию Роберта, только в уменьшенном виде, – и вдруг меня кинуло в краску. Еще рано об этом думать, но вымышленного ребенка Роберта я уже полюбила всем сердцем. Держа его в одной руке, я разогналась что есть силы, схватилась другой рукой за веревку, оттолкнулась от земли, пролетела, держась за веревку, и отпустив ее, перебирая ногами в воздухе, перепрыгнула ручей. Мягкой посадки я никак не ожидала, – думала, что как минимум упаду в воду, – касаясь поверхности сначала одной ногой, затем второй, я приземлилась, плавно согнувшись в коленях, присела и поставила одну руку на землю для опоры.

– У меня получилось! Да! – я вскочила и от радости подняла кулаки вверх.

– Вот она! Моя пантера! – воскликнул Роберт.

Он подбежал ко мне, обнял и закружил, затем поставил на землю, и совсем как на корте, мы зацепились взглядом. Я смотрела в глаза Роберту и умирала внутри, а в его руках медленно таяла. Он хотел было поцеловать, но, очнувшись от окутавшей меня истомы, я вытянула руку, не подпустив к себе. На две секунды мы замялись.

– Молодец, Алекса! Ты далеко пойдешь! – сказал он холодно.

– Давай еще!

– В следующий раз я придумаю тебе новые упражнения. Пойдем домой, нас, наверное, уже потеряли.

Роберт взял меня за руку, но вдруг остановился.

– Да, вот еще что, – он полез в карман и достал оттуда связку ключей, висящих на железном брелке в виде объемного сердца. – Хочу отдать тебе копию ключей от своего дома на хранение.

– Почему мне? – удивилась я.

– Больше некому, – он улыбнулся. – Не отдам же я их родителям, которые живут в Англии?

– А, это на тот случай, если ты потеряешь свои ключи? – догадалась я.

Роберт рассмеялся.

– Да, на этот случай тоже.

– Что значит тоже? Хочешь, чтобы навела порядок своей женской рукой? – подколола я его, и мы оба рассмеялись.

Ладно, дал мне ключи на хранение, пусть будут у меня. Мне не жалко. Пока я складывала ключи в карман своей куртки, Роберт продолжил:

– Алекса, и вот тебе еще один урок. Обращай внимания на все мелочи, которые с тобой происходят. Ты уже не просто спишь и видишь сны, а можешь их расшифровать. И наяву жизнь тебе дает очень много подсказок. Научись понимать их.

Слова Роберта на этот раз оказались для меня завуалированы, но я примерно понимала, о чем он пытался сказать. Я старалась обращать внимание на знаки, но, возможно, мне придется быть еще более внимательной.

Тем временем слияние ночи и дня подобралось к заветной черте. Печальный румянец заката выглянул сквозь кудрявые ели. Над рекой, подернутой рябью, задымилась прохлада. Ветер стих, а с ним и лесные переклички зеленого апреля. Мы шли домой по безмолвному лесу, осторожно минуя серые бесчувственные камни.

На подходе к саду Джеймса у Роберта зазвонил телефон и он вошел в дом, чтобы поговорить, а я направилась к фонтану, где Мейдлин сидела в одиночестве, черпая воду ладошкой и выливая ее обратно в фонтан. Она потрясающая мама. Глядя на Роберта, я видела, что Мейдлин можно было довериться, потому что иначе она бы не воспитала такого сына, в котором не было недостатков, кроме наличия девушки, конечно. Я присела рядом с миссис Эванс и улыбнулась ей.

– Алекса, дорогая! Как прогулка?

– Отлично! Роберт меня учил некоторым приемам побега, – хохотнула я.

– Это хорошо! Надеюсь, приемам самообороны он тебя учить не будет.

– Почему?

– Зачем такой хрупкой девушке драться? На это есть мужчины! – она засмеялась, а едва уловимые морщинки в уголках глаз подчеркнули их сияние.

– А если рядом мужчин не окажется?

– Думаю, вряд ли такая ситуация возникнет. – Мейдлин почему-то в этом была уверена. А я, наоборот, считала, что нужно полагаться на свои силы, если вдруг придется сражаться. – Вы с Робертом очень симпатичная пара, – сказала она, вдруг сменив тему.

– Правда? Но… – опять все сводится к одному. И почему он не представил свою девушку родителям? Скорее всего, есть причина. Интересно, какая.

Нам не дали договорить.

– Дамы, пора ужинать! Стол накрыт! – позвала нас Ноэль, и мы с Мейдлин проследовали в гостиную.