У художников-реалистов замысел прочно связан с методом и зачастую корректируется творческим методом. Под влиянием реалистического творческого метода претерпел коренные изменения образ Базарова в романе И.С. Тургенева «Отцы и дети», по первоначальному замыслу направленный против нигилизма. Реалистически детерминированный характер Базарова повел автора за собой.

Резкая критика дворянского общества в романе Л. Толстого «Война и мир» также не вытекала из первоначального замысла и проявилась как результат последовательного применения Толстым принципов реализма. «Неожиданно» для Пушкина, «выскочила замуж», по словам автора, Татьяна Ларина.

Таким образом, замысел – одна из важнейших сторон содержания художественного произведения, во многом определяющая его специфику. Уже в замысле ярко проявляются особенности мировоззрения художника и его таланта.

Однако едва ли оправдано стремление ряда ученых возвести напрямую особенности творчества писателя, его художественный метод, к особенностям его мировоззрения. Недостатки творчества объяснялись противоречиями якобы между мировоззрением и замыслом или мировоззрением и методом. В 1860-х годах состоялась полемика между двумя группами литературоведов. Одних назвали «вопрекистами», других – «благодаристами». «Вопрекисты» утверждали, что большой художник может воссоздать адекватно художественный образ «вопреки» своему «отсталому» мировоззрению. «Благодаристы» полагали, что «благодаря» продвинутому мировоззрению писатель создает шедевры. Это надуманное противоречие снимается, так как в конечном счете в художественном творчестве каждого писателя проявляются все стороны его мировоззрения: слабые стороны мировоззрения воплощаются в слабых сторонах художественного произведения, сильные стороны – в сильных сторонах творчества. Никакого противоречия между мировоззрением и методом нет. Сейчас классика – эталон художественности. Ну кому придет в голову искать недостатки в «Войне и мире»? Всем известно, что это великое художественное произведение. Но ведь они (недостатки) есть. Мы говорим о декларативности в изображении Платона Каратаева, например. Если изъять из «Войны и мира» все толстовские размышления в связи с его историческими позициями, образами Наполеона, Кутузова и т. д. и сохранить только диалоги и монологи, получится совсем не художественная вещь, в которой не будет Толстого. Творческое единство обеспечено тесным единством мировоззрения и метода.

Гоголю-художнику не помешал его монархизм.

Изучение творческого замысла автора целесообразно на начальном этапе анализа, наряду с изучением по академическому изданию биографических данных и вариантов художественного текста.

Тема – объективная сторона содержания. Одни ученые считают темой «то, что отобрано» писателем, «отбор» и «самое это изображение». Другие отождествляют тему с проблемой: «основная проблема, поставленная в произведении, есть тема», – утверждают они. У третьих «тема – круг жизненных явлений, которые отобрал писатель и на которые стремится обратить внимание читателя». Но для всех этих исследователей тема – безусловная категория содержания. Однако есть ученые, которые принципиально иначе рассматривают этот вопрос. По их мнению, если тема – «круг жизненных явлений», то она – часть предмета изображения, не может являться элементом содержания и имеет значение лишь как вспомогательная категория.

Но тема не может быть частью предмета. Она не явление действительности, в жизни нет «тем», тема – категория искусства. Выбор темы и ее раскрытие субъективны, а потому «содержательны» («маленький человек» у Пушкина – Вырин, у Гоголя – Башмачкин, у Достоевского – Девушкин).

Таким образом, тема сохраняется как одна из основных категорий содержания, если она вошла в состав произведения в результате авторского отбора. Но в качестве «круга жизненных явлений» эта структура действительно остается в предмете, не переходя в содержание. Тема только тогда становится темой и, следовательно, элементом содержания, когда отражена в произведении. Чтобы избежать путаницы в анализе, следует выделить тему на уровне субъекта и на уровне объекта. Если рассматривать тему на уровне объектном, то тогда с самого начала или по ходу анализа нужно привлечь внимание к явлениям, послужившим затем фактом изображения. Прототипы Анны Карениной, светские женщины XIX в., или разночинцы, прототипы Базарова, должны быть представлены сначала как явления действительности, т. е. на уровне объекта. А затем уже – как тема литературного произведения в трактовке автора («субъектная» тема). Она, конечно, отличается от явления действительности, реализуясь в авторском осмыслении.

Проблема – другая объективная категория содержания. Для одних ученых проблема – «наиболее существенная интересующая писателя сторона жизни или характера» (по существу, это круг явлений жизни, т. е. тема); для других – «сторона жизни в определенном идейном освещении», «единство темы и идеи». Но во втором случае для проблемы не находится «рабочего» места при анализе произведения.

Авторы ряда учебников также отождествляют тему и идею. Противоположной точки зрения придерживаются ученые, которые, соглашаясь с тем, что проблема – основной, «общественный» вопрос, требующий разрешения, оставляют ее в предмете, вне содержания и рассматривают как вспомогательную категорию (она включается в содержание якобы лишь в одном, частном, случае, когда становится «идеей-вопросом», например в «Что делать?»).

На самом же деле проблема – не только поставленный вопрос, но и его художественное воплощение и решение. Поэтому понятие и термин «проблема» актуален и как составляющая предмета, и как категория содержания, его объективная сторона. Итак, художественное оформление и решение автором вопросов, выдвинутых действительностью, есть проблема.

Произведение редко ограничено единственной темой и проблемой. Его содержание многогранно. Поэтому литературоведы обычно говорят о тематике и проблематике произведения.

При анализе произведения необходимо соблюдать терминологическое единство, постоянство и последовательность в употреблении терминов, так как они не всегда адекватны в своем значении. Так, нередко употребляемый взамен терминов «тема» и «проблема» термин «мотив» в действительности содержит дополнительный или новый смысл, рассматривается как отрезок сюжета.

Идея, наряду с замыслом, представляет субъективную сторону содержания, характеризует специфику авторского осмысления изображаемого. Для литературоведов идея чаще всего – главный вопрос литературного произведения, основная мысль его. В действительности речь чаще всего идет об «идейном смысле» произведения, «идейном своеобразии», а не об одном вопросе. Идея может быть обозначена как интеллектуально-понятийное поле произведения.

В идее заключен взгляд автора на изображаемые им в произведении явления (если тематика – концентрация того, что изображено, то идейное поле – ответ на вопросы, как изображено, зачем, с какой целью). Именно идея – средоточие богатства содержания. Задача аналитика, по Добролюбову, выяснить, «что хотел сказать» своим произведением писатель, и то, что «сказалось». «Что хотел сказать» – имеет отношение к замыслу, что «сказалось» – к идее: как смысловой аспект произведения идея связана с мировоззрением автора, т. е. с общими параметрами его взгляда на окружающую действительность. Это философские, социальные, политические параметры и другие научные ориентиры. Исследуется при этом степень зависимости писателя от философских, партийных, сословных интересов по мемуарным, эпистолярным и другим источникам.

Однако следует учитывать, что связь миросозерцания и творчества писателя имеет опосредованный характер; более того, часто сами параметры мировоззрения писателя извлекаются из его творчества. Так, по «Запискам охотника» Тургенева можно судить о его взглядах на «крестьянский» вопрос. Кроме того, в идее пересекается множество частных вопросов (бытовых, интимных) и даже случайных контактов, связей. Вот почему возможны бесчисленные варианты трактовок, интерпретаций идейного своеобразия литературных произведений.