На снимке была изображена молодая блондинка в джинсах и косухе.

– И что? – спросила Эмма.

– Джиллиан Бернски, – сказал Вагнер. – На нее почти ничего нет. Вот только она засветилась несколько лет назад в наркопритоне в Будапеште. Была под кайфом. В одиночку расшвыряла пятерых ребят из полицейского спецназа. Потом ушла, не оставив и следа, сквозь кольцо оцепления. Ну, как тебе?

– Способная девочка… – произнесла Эмма.

– Недели четыре назад, в Варшаве был убит Альфред Химмель, компаньон Густава Алька, – сказал Вагнер. – А убил его некто Освальд Бернски, вполне возможно, что родственник нашей Джиллиан. По заказу какой-то Пражской преступной группировки. Как тебе семейка?

– Постой, как это понимать? – спросила Эмма.

– А пару месяцев назад наша знакомая Анджелла валит ван Вейдена – фактически правую руку Густава Алька. И вот – наша знакомая, Вячеслав Брант и Джиллиан Бернски – в одной компании, идут чистить городской метрополитен, – сказал Вагнер. – Это целый международный синдикат. Ты представляешь, что будет, если мы размотаем это дело?

– Отпуск дадут… – мечтательно произнесла Ричардс.

Вагнер положил перед ней еще один снимок. На нем высокая брюнетка в коротком черном платье шла к вертолету, севшему посреди авеню.

– Ее настоящее имя Анджелла Фрайхайт. И все ниточки ведут именно к ней, – сказал Вагнер.

– Как ты это узнал? – спросила Ричардс.

Вагнер вынул из папки небольшой конверт.

– Там, возле метро, я смог сделать несколько снимков, – сказал он. – Ее снимок я забросил в наш объединенный архив, в надежде, что компьютер выдаст что-то похожее. Вот, компьютер и выдал…

Эмма взяла конверт, вынула оттуда какие-то бумаги, фото.

– Что это? – спросила она.

– Примерно пятьдесят лет назад специальная группа Интерпола проводила операцию по ликвидации религиозной секты, – сказал Вагнер. – Секта окопалась в заброшенном бомбоубежище на территории психиатрической клиники. В клинике особый пропускной режим, всех входящих фотографируют и заносят в журнал. Несколько лет назад весь архив перевели в электронный вид.

– И что? – спросила Эмма.

– Знакомься, Анджелла Фрайхайт, оперативник из Интерпола, – Вагнер протянул ей фото.

– Надо же, – улыбнулась Эмма. – А за полвека ничуть не изменилась…

– Ты не поняла, – сказал Вагнер. – Это фото – официальный документ…

– Да, я все поняла, Курт, – улыбнулась Эмма. – В той квартире я нашла ее личное фото, оно было сорокалетней давности…

Теперь уже удивлению Вагнера не было предела. Впрочем, он быстро совладал с собой.

– А теперь, смотри – фокус! – Курт выудил еще одно фото и показал своей начальнице.

Некоторое время она молчала, разглядывая снимок.

– Он здесь такой молодой…

Вагнер молчал.

– Ты знаешь, у меня даже удивиться не получается… – сказала Эмма. – Выходит, Стоддарт с самого начала знал, кого мы ловим…

Анджелла медленно открыла дверь, заглянула. Первое, что пришло на ум – в ее квартире потопталась целая звериная армия. Но к этому моменту они уже покинули ее жилище. Да, тот, кто направляет их, действует очень грамотно – устраивать засаду в норе вампира станет только сумасшедший.

Анджелла вошла в спальню. Здесь отчетливо слышался запах Александра Шони – несомненно, инспектор был здесь не так давно. Анджелла подошла к окну, присела, открыла тайник, мягко опустила туда «Кольт» и «Орлов Пустыни». Она очень хорошо чувствовала засаду – но желание увидеться со своим загадочным преследователем было таким сильным…

Закрыв тайник, девушка сунула руки под плащ, нащупала холодные рукоятки пистолетов. Нет, она все же сохранила адекватность мышления – полное отсутствие оружия наведет охотника на мысль, что жертва именно этого и ждет.

Анджелла вышла из квартиры. Предчувствие опасности было сильно как никогда. Она обернулась по сторонам. По лестнице поднималась какая-то компания, а в другом конце коридора в полутьме курили два парня – все, ловушка захлопнулась. Анджелла резким движением выдернула пистолеты, и тут громко щелкнул арбалет. Дротик, наполненный транквилизатором, вонзился ей в ключицу. Она прицелилась и разрядила обе обоймы в куривших в конце коридора парней. Затем выронила оружие, медленно, цепляясь за стену, сползла на пол. Девушка почувствовала, что проваливается в какую-то черную бездну; последним, что она услышала, был знакомый мужской голос…

Фарэ присел рядом, осторожно вынул стальной дротик из ключицы Анджеллы.

– Я до сих пор не верю, что все закончилось так неожиданно легко, – произнес он задумчиво.

– Босс, это уже не наша проблема, – ответил Штефан, положил арбалет на плечо. – Нам нужно доставить ее Элджину, пускай это будет его головная боль. А свою работу мы сделали.

– Да, ты прав, мой мальчик, – согласился Фарэ, подушечкой пальца попробовал иглу дротика. – Но все-таки мне ее очень жаль, я ведь, по сути, разрушил такую захватывающую легенду о непобедимой Анджелле.

Штефан пожал плечами.

– Мне вас не понять, босс, – сказал он.

– Жаль, – ответил Фарэ. – Надеюсь, со временем понимание придет к тебе. А иначе я очень сожалею, что потратил на тебя свое время.

Крозье сразу понял, что опоздал – у свечки уже стояли два черных джипа Собственной Безопасности. Виктор припарковал черную «Ауди А8» рядом с ними и вошел в подъезд, медленно поднялся на пятый этаж. Там все было оцеплено, эксперты собирали образцы крови со стен и пола. Крозье неторопливой походкой прошел по коридору и подошел к квартире Анджеллы, заглянул в распахнутую настежь дверь.

– Эй, а Вы кто такой? – окликнул его один из спецов, осматривающих квартиру.

– Виктор Крозье, Джи-2, – ответил Виктор невозмутимо, прошел внутрь. – Что-нибудь расскажете?

– Не имею права, служебная информация, – ответил тот.

– А где Анджелла? – спросил Крозье.

– Не знаю, по результатам расследования, может быть, установим, – ответил спец. Он вообще был какой-то угрюмый, действовал вяло, без энтузиазма.

– То есть Вам, собственно, наплевать, что пропал командир штурмового подразделения? – уточнил Крозье.

– Слушай, мужик, тебе почему не живется спокойно? – спросил спец рассерженно. – Мы сами приехали пару минут назад. Что тебе не нравится? У вас своя работа, у нас – своя. Мы вас работать не учим, вот и вы не лезьте в наше дело.

– Ладно, хорошо, я понял тебя, устраняюсь, – сказал Крозье, направился к выходу. – Мне просто за командира беспокойно.

– Э… стой! – окликнул его спец.

Крозье обернулся, замер на пороге.

– Жива она, похитили ее, – сказал спец. – Деталей не знаю, но это уже установили, можете работать по горячим следам.

– Спасибо, – сказал Виктор и вышел из квартиры.

В голове беспокойным роем роились тревожные мысли. Фарэ… наверняка его работа, все было сделано просто ювелирно, профессионал – сразу видно, высочайшая проба. Но – наемник. Самому ему Анджелла даром не нужна. Значит, звери. Устраивать облаву? Может быть. Надо попробовать поговорить с фон Штернгольдтом. Хотя… Элджин. Наверняка он. Не просто так он сюда примчался, едва Анджелла натворила дел. Нанял Фарэ – по ее душу. Но если просто так ворваться в особняк и заявить о своих подозрениях – на клочки разорвут. Нет, надо действовать тоньше. Попробовать пощупать Элджина…

– Да, эта ночь будет долгой… – устало сказал сам себе Виктор, садясь в машину и заводя двигатель.

Хаммер въехал в захламленный проулок между панельными высотками и остановился. Там уже стоял «Линкольн» Александра Элджина. Фарэ вылез из джипа и открыл багажник, приглашающим жестом махнул своим вечерним визави. Хлопнули дверцы, Элджин в сопровождении телохранителя подошел к корме Хаммера. Фарэ откинул брезентовый покров, продемонстрировал спящую, сраженную наповал лошадиной дозой транквилизатора Анджеллу.