– Запомни, если я скажу «беги» – бежишь в автомобиль, заводишь мотор и уезжаешь отсюда как можно быстрее. Меня не дожидайся, – сказала она. – Встретимся на шоссе № 75, на 67-ом километре, там есть маленькая гостиница «Барон фон Абель». Жди меня там, я обязательно появлюсь. Понял?

– Понял, – сказал Андреа. – Но лучше нам все-таки вместе отсюда уехать. Помнишь? Мы ведь договорились, что больше никогда не расстанемся?

– Помню, – грустно вздохнула Анджелла. – Но, учитывая обстоятельства, нам лучше пренебречь этой договоренностью. На этот раз.

Она повесила на плечо винтовку М4, зарядила сдвоенный магазин, взвела оружие и надела сверху плащ.

– Пошли? – спросил Андреа.

– Пошли, – кивнула Анджелла и вылезла из машины.

Они вошли в здание, и оказались в небольшой, но достаточно уютной забегаловке. Прямо напротив входа вдоль стены протянулась полированная барная стойка, слева была лестница и коридор, ведущие в комнаты для постояльцев на втором и первом этажах соответственно. По углам обеденного зала расположились четыре небольших круглых столика, оккупированные местным населением. За одним из столиков в мужской компании сидела обворожительная брюнетка с длинными роскошными локонами. На ней были синие джинсы, полусапожки на высоких шпильках и черный топ в белый горошек с открытой спиной. Она о чем-то кокетничала с мужчинами, широко улыбалась поистине голливудской улыбкой и звонко, искренне смеялась. Сидящие за остальными тремя столиками мужчины с завистью поглядывали на нее и не спеша заливали за воротник.

Анджелла решительно направилась к барной стойке, села, жестом подозвала бармена. Бармен был достаточно упитанным пятидесятилетним мужчиной в брюках, безупречно чистой белой рубашке с закатанными рукавами и кожаном жилете. В своих мускулистых волосатых руках он бережно держал сверкающий чистотой пивной стакан и полотенце.

– Добрый вечер… – произнесла Анджелла дежурным тоном.

– Вечер добрый, – услужливо отозвался бармен.

– У вас можно позвонить? – спросила девушка.

– Госпожа, у нас можно позвонить только нашим клиентам, – развел руками бармен.

– Хорошо, – согласилась Анджелла. – Заверните нам с собой четыре банки стаута, «Гиннес». И восемь пирожков с луком.

– Это все? – спросил бармен, убирая стакан в стойку.

– И позвонить, – напомнила Анджелла.

Бармен без слов поставил на стойку старый черный телефон с дисковым набором.

– Ваш заказ сейчас будет, госпожа, – сказал он и удалился на кухню.

– Живут в двадцатом веке, а телефон – как из музея сперли, – недовольно фыркнула Анджелла, устроилась поудобнее, подвинула к себе телефонный аппарат и сняв трубку, принялась накручивать номер.

– Что поделать – живут прошлым, – усмехнулся Андреа.

Анджелла улыбнулась ему в ответ.

– Алло… – произнесла она отрывисто. – Петер, добрый вечер. Это Анджелла. Петер, Вы не могли бы позвать Алекса к телефону? Нет, это очень срочно. Да, хорошо, конечно, я подожду…

Она недовольно покачала головой. Андреа посмотрел по сторонам и увидел, что мужчины, составившие компанию брюнетке, как-то подозрительно поглядывают на него и Анджеллу, и о чем-то перешептываются между собой.

– Алло, Алекс? Это Анджелла, – сказала девушка. – Алекс, мне нужно, чтобы твои люди встретили меня неподалеку от границы. Желательно, чтобы вместе с тобой. Нет, это срочно. Долго рассказывать, я тебе при личной встрече все изложу. Да? Хорошо, спасибо. Я на тебя рассчитываю. До встречи.

Она положила трубку.

– Ну и как? – поинтересовался Андреа.

– Договорилась, – сказала Анджелла. – Подкрепление будет.

Она окинула взглядом зал, и тут в ее душу закрались сомнения. Душистый специфичный запах готовой к совокуплению самки заглушал все остальные ароматы, не давая переориентироваться на другой феромон… а здесь, в ресторанчике, собралось столько народа…

– Андреа, скажи, ты видишь здесь кроме меня и вон той брюнетки других женщин? – спросила Анджелла, отвернувшись к барной стойке.

– Нет… – дрогнувшим голосом произнес барон. – Ты хочешь сказать, что мы влезли в осиное гнездо?

Анджелла утвердительно кивнула.

– Иди в машину, заводи мотор, – сказала она. – Я пойду прямо за тобой, в двух метрах позади. Так надо, не упрямься.

Андреа направился к выходу. Из-за стола встал мужчина лет 45-ти, в тренировочном костюме, с потертыми четками в руке.

– Парень, займи на пиво, а? – спросил он.

Андреа попытался пройти мимо, но тот схватил его за плечо.

– Ты что, не понял? Сказал же, займи! Ну что тебе, западло, что ли? – спросил он.

– Отойди от него, – произнесла Анджелла во всеуслышание.

– Чего… – тот обернулся и замер.

Анджелла стояла у барной стойки и держала наизготовку винтовку М4.

– Андреа, иди в машину, – сказала она.

Барон отпихнул мужчину в сторону и бросился прочь из закусочной. За его спиной прогремела автоматная очередь. Мужчину бросило на пол, а вся сидящая за столиком с брюнеткой компания повыскакивала со своих мест.

Затрещала рвущаяся ткань, громко хрустнули изменяющиеся кости… Сидящие за остальными тремя столиками принялись сползать на пол, жаться к стенам, и клясться самим себе, что «больше – ни капли…».

Анджелла выбежала из зала ресторана, за ее спиной раздался звериный рык. Она обернулась и выстрелила длинной очередью прямо в пасть прыгнувшему на нее оборотню. Тот рухнул на девушку, придавив ее своим весом к дощатому полу коридора. Анджелла выбралась из-под навалившейся на нее туши, вцепилась клыками в плечо оборотня. Тот завопил, не столько от боли, сколько от осознания того, что ему только что подписали смертный приговор. Девушка встала, обернулась, и расстреляла в упор выпрыгнувшего из-за угла волка. Тот упал к ее ногам. Анджелла перезарядила винтовку и направилась обратно в зал ресторана.

Андреа завел мотор и подогнал машину ко входу. Стрельба все продолжалась. Поняв, что любимая чрезмерно увлеклась этим занятием, парень взял из сумки автомат «Хеклер Кох МП5», повесил его на плечо и направился в ресторан.

Когда он вошел в обеденный зал, он застал весьма неоднозначную картину. Израненный оборотень отползал к ведущему в номера коридору, оставляя за собой огромный кровавый подтек на полу. Брюнетка в синих джинсах и топе с открытой спиной стояла, закрыв собой оборотня, и смотрела в глаза Анджелле. Та стояла напротив нее в четырех метрах и держала брюнетку под наведенным дулом штурмовой винтовки. Брюнетка хорошо осознавала тот факт, что как только она начнет метаморфозу, Анджелла без колебаний расстреляет ее, а затем – и ее возлюбленного. А Анджелла замерла, ожидая, что брюнетка вот-вот бросится на нее, опрокинет на пол, обезоружит, и уж тогда начнет свою трансформацию. Брюнетка не торопилась нападать. Раненый волк медленно уползал с поля боя. Бармен, трясущимися руками сжав телефон, пытался дозвониться в полицию. Анджелла была в замешательстве, она не понимала, почему не может выстрелить в брюнетку.

Андреа подошел к ней, взял за локоть.

– Все, Анджи, поехали. Машина у входа, – сказал он, потянул ее за руку. – Милая, поехали! Хватит. Оставь их.

Его голос вывел Анджеллу из оцепенения. Она медленно опустила оружие, затем резко развернулась и быстрым шагом вышла из ресторана. Андреа посмотрел на брюнетку. Та облегченно вздохнула, кивнула в ответ.

– Поезжайте с миром, – сказала она уставшим голосом. – Мы вас не тронем. Слишком много крови для одной ночи.

– Да, я согласен с тобой, – сказал Андреа, опустил автомат. – Всего хорошего.

Брюнетка помахала ладонью на прощание. Он выбежал из отеля, сел за руль «Доджа», снял машину с ручного тормоза. Джип медленно, постепенно набирая скорость, покатил вдоль реки. Анджелла стянула с себя плащ, убрала винтовку в сумку. Некоторое время они ехали молча.

– Останови, – внезапно коротко приказала Анджелла.

Андреа сбросил скорость, надавил на педаль тормоза. Джип замер на обочине. Анджелла вылезла из машины, встала, прислонившись своей чудесной обтянутой черными кожаными брюками попкой к капоту внедорожника, скрестила руки на груди. Андреа вылез из машины, подошел к ней и увидел, что она плачет.