Несовершенство

Перевод В. Левика

Нет совершенства в существах земных. Есть розы, но — растут шипы на них. На небесах есть ангелы, и что же — У них найдутся недостатки тоже. Тюльпан не пахнет. Немцы говорят: «Свинью стащить подчас и честный рад». Лукреция{105}, не будь у ней кинжала, Могла родить — и клятвы б не сдержала. Павлин красив, а ноги — сущий стыд. С милейшей дамой вдруг тебя пронзит Такая смесь и скуки и досады, Как будто начитался «Генриады»{106}. В латыни слаб и самый умный бык, Как Массман наш. Канова{107} был велик, Но он Венере сплющил зад. И схожа С обширным задом Массманова рожа. В нежнейшей песне рифма вдруг резнет, — Так с медом жало попадает в рот. Дюма — метис. И пятка погубила Никем не побежденного Ахилла. Ярчайшая звезда на небесах Подцепит насморк — и сорвется в прах. От сидра пахнет бочки терпким духом. Да и на солнце пятна есть, по слухам. А вы, мадам, вы — идеал как раз. Но ах! Кой-что отсутствует у вас. «А что?» — глядите вы, не понимая. Грудь! А в груди — нет сердца, дорогая!

Охладелый

Перевод В. Левика

Умрешь — так знай, придется в прах Надолго слечь. И гложет страх. Да, страх берет: до воскрешенья Сойдешь с ума от нетерпенья! Еще б хоть раз, пока светло В глазах и сердце не сдало, Хоть раз в конце пути земного Щедрот любви отведать снова. И пусть мне явится она Блондинкой, нежной, как луна, — Вредней, чем солнце в полдень знойный, Мне жар брюнетки беспокойной. Цветущим юношам милей Кипенье бешеных страстей, Размолвки, клятвы, беснованья И обоюдные терзанья. А я не молод, не здоров, И пусть бы мне под грустный кров Любовь, мечты послали боги И счастье — только без тревоги!

Соломон

Перевод Б. Слуцкого

Замолкли кларнеты, литавры, тромбоны, И ангелы-меченосцы браво — Шесть тысяч слева, шесть тысяч справа — Хранят покой царя Соломона. Они от видений царя охраняют: Едва он брови насупит, тревожен, Двенадцать тысяч клинков из ножен, Подобно стальным огням сверкают. Но возвращаются в ножны вскоре Меченосцев мечи стальные. Исчезают страхи ночные, И спящий тихо бормочет в горе: «О Суламифь! От края до края Израиль с Иудой подо мною. Я царь над здешнею стороною — Но ты не любишь, и я умираю».

Погибшие надежды

Перевод В. Левика

Привлеченные взаимно Сходством душ в любой детали, Мы всегда друг к другу льнули, Хоть того не сознавали. Оба честны, оба скромны, Даже мысли сплошь да рядом Мы угадывали молча, Обменявшись только взглядом. О, я жаждал быть с тобою До последнего момента, Боевым твоим собратом В тихом dolce far niente. Да, мечтой о жизни вместе Сердце тешил я и разум, Я бы сделал что угодно, Чуть мой друг моргнул бы глазом. Ел бы все, что ты прикажешь, И притом хвалил бы с жаром, Прочих блюд и не касался б, Пристрастился бы к сигарам. И тебя, как в годы оны, Угощал бы для забавы На еврейском диалекте Анекдотами Варшавы. Ах, забыть бы все мечтанья, Все скитанья по чужбинам. К очагу твоей фортуны Воротиться блудным сыном. Но, как жизнь, умчались грезы, Сны растаяли, как пена, Я лежу, приговоренный, Мне не вырваться из плена. Да, и грезы и надежды — Все прошло, погибло даром. Ах, мечтатель прямо в сердце Смертным поражен ударом!

Поминки

Перевод Н. Зиминой

Не прочтут унылый кадош{108}, Не отслужат мессы чинной, Ни читать, ни петь не будут В поминальный день кончины. Но, быть может, на поминки, Если будет день погожий, На Монмартр моя Матильда С Паулиной выйдет все же. Принесет из иммортелей Для могилы украшенье И, вздыхая: «Pauvre homme!»[9] — Прослезится на мгновенье. Жаль, что я живу высоко, — Не могу я, как бывало, Кресла предложить любимой, Ах, она в пути устала! Милая моя толстушка, Вновь пешком идти не надо, Посмотри — стоят фиакры За кладбищенской оградой. вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться

9

Бедняжка! (франц.).