«Девица, стоя у моря…»

Перевод Ю. Тынянова

Девица, стоя у моря, Вздыхала сто раз подряд — Такое внушал ей горе Солнечный закат. Девица, будьте спокойней, Не стоит об этом вздыхать — Вот здесь оно, спереди, тонет И всходит сзади опять.

«Как ты поступила со мною…»

Перевод С. Маршака

Как ты поступила со мною, Пусть будет неведомо свету, Об этом у берега моря Я рыбам сказал по секрету. Пятнать твое доброе имя На твердой земле я не стану, — Но слух о твоем вероломстве Пойдет по всему океану.

«На берег летит, вскипая…»

Перевод М. Фромана

На берег летит, вскипая, Морской поток, Смывая и размывая Сырой песок. И нет огромным, как тучи, Конца волнам, Их натиск все могучей, — Что толку нам?

«У моря сижу, на утесе кругом…»

Перевод А. К. Толстого

У моря сижу, на утесе крутом, Мечтами и думами полный. Лишь ветер, да тучи, да чайки кругом, Кочуют и пенятся волны. Знавал и друзей я, и ласковых дев — Их ныне припомнить хочу я: Куда вы сокрылись? Лишь ветер, да рев, Да пенятся волны, кочуя.

Анжелика

«Взыскан я улыбкой бога…»

Перевод В. Коломийцева

Взыскан я улыбкой бога, — Мне ль уйти теперь в молчанье, Мне, который пел так много В дни несчастий о страданье? Мне юнцы в стишонках скверных Подражали безотрадно, Боль страданий непомерных Умножая беспощадно. Соловьиный хор прекрасный, Что в душе ношу всегда я, Лейся буйно, громогласно, Всех восторгом заражая!

«Закрыв глаза ей, алый рот…»

Перевод В. Коломийцева

Закрыв глаза ей, алый рот Люблю я целовать; Она покоя не дает — Причину хочет знать. И с вечера не устает До утра приставать: «Зачем, когда целуешь рот, Глаза мне закрывать?» Какой тут у меня расчет, Сам не могу понять, — Закрыв глаза ей, алый рот Целую я опять.

«Когда я в твоих объятиях страстных…»

Перевод А. Мантейфеля

Когда я в твоих объятиях страстных Вкушаю блаженство, в миг этот дивный Молчи ты о нашей немецкой отчизне, — На то есть причины — мне это противно. Оставь, бога ради, немцев в покое, Без них довольно на сердце кручины; Ну, что толковать о родне, отчизне?.. Мне это противно — на то есть причины. Там зелены дубы, глаза голубые У женщин немецких, сердца наивны И бьются лишь верой, надеждой, любовью. На то есть причины — мне это противно.

«Не отвергай! Пусть жар погас…»

Перевод В. Левика

Не отвергай! Пусть жар погас, Возврата нет весне, Еще полгода потерпи, Чтоб отгореть и мне. И пусть не можешь ты любить — Хоть другом назови! Мы в дружбе ценим поздний дар Долюбленной любви.

«Этот пляс желаний плотских…»

Перевод А. Голембы

Этот пляс желаний плотских, Эта одурь карнавала Нам постыли… Мы зеваем, В отрезвленности взаимной. Кубок пуст. В нем был шипучий Опьяняющий напиток, Возбуждавший наслажденье; Но теперь наш кубок пуст. Скрипачи устали тоже, Что подыгрывали рьяно Танцу нашей шалой страсти; Приуныли скрипачи. И угасли лампионы, Озарявшие каким-то Одичало-шалым светом Пестрых масок толчею. С кротостью великопостной На челе твоем — золою — Начерчу я крест, промолвив: «Женщина, ты станешь прахом!»

Диана

«Эта масса чудо-тела…»

Перевод В. Коломийцева

Эта масса чудо-тела, Эта женственность-колосс Мне без споров и без слез Отдалась теперь всецело. Если б к ней я самовольно С пылом дерзостным приник, То раскаялся бы вмиг! Да, побит я был бы больно. Что за грудь, какая шея! (Выше мне не разглядеть.) Прежде чем такой владеть, Позабочусь о душе я.

«Залив Бискайский был ей…»

Перевод В. Коломийцева

Залив Бискайский был ей Отчизной, говорят; Она уж в колыбели Замучила двух котят. Потом через Пиренеи Бежала она босиком. Глазеть на великаншу Валил Перпиньян валом. Теперь же нет дамы выше В предместье Сен-Дени; И стоит она сэру Вильяму Тринадцать тысяч луи.