«Утром шлю тебе фиалки…»

Перевод В. Коломийцева

Утром шлю тебе фиалки, В роще сорванные рано; Для тебя срываю розы В час вечернего тумана. Знаешь, что хочу сказать я Аллегорией цветною? Оставайся днем мне верной И люби порой ночною.

«Вы, право, не убили…»

Перевод В. Левика

Вы, право, не убили Меня своим письмом: Меня вы разлюбили, А клятв — на целый том! Отказ длинен немножко — Посланье в шесть листов! Чтоб дать отставку, крошка, Не тратят столько слов.

«Что тебе, когда пред всеми…»

Перевод В. Левика

Что тебе, когда пред всеми Тайну сердца выдаю, Сотни пламенных метафор Сочиняя в честь твою? Он таится меж цветами, В полутьме лесной, в тиши, Этот жаркий пламень тайны, Тайный жар моей души. Пусть из розы брызнут искры, Что тебе! — таков закон: Мир поэзией зовет их, А в огонь не верит он.

«Бродят звезды-златоножки…»

Перевод В. Левика

Бродят звезды-златоножки, Чуть ступают в вышине, Чтоб невольным шумом землю Не смутить в глубоком сне. Лес, прислушиваясь, замер, Что ни листик — то ушко! Холм уснул и, будто руку, Тень откинул далеко. Чу!.. какой-то звук!.. И эхо Отдалось в душе моей. Был ли то любимой голос Или только соловей?

«Протянулось надо мною…»

Перевод В. Коломийцева

Протянулось надо мною Небо, точно старец хилый — Красноглазый, с бородою Поседелых туч, унылый. Только он на землю глянет — Цвет весенний отцветает, Даже песня в сердце вянет, Даже радость умирает.

«Влачусь по свету желчно и уныло…»

Перевод В. Левика

Влачусь по свету желчно и уныло. Тоска в душе, тоска и смерть вокруг. Идет ноябрь, предвестник зимних вьюг, Сырым туманом землю застелило. Последний лист летит с березы хилой, Холодный ветер гонит птиц на юг, Вздыхает лес, дымится мертвый луг. И — боже мой! — опять заморосило…

«Небо серо и дождливо…»

Перевод В. Левика

Небо серо и дождливо, Город жалкий, безобразный, Равнодушно и сонливо Отраженный Эльбой грязной. Все — как прежде, глупость — та же, Те же люди с постной миной. Всюду ханжество на страже С той же спесью петушиной. Юг мой! Я зачах в разлуке С небом солнечным, с богами — В этой сырости и скуке, В человеческом бедламе!

РАЗНЫЕ

Серафина

«Поздно вечером брожу я…»

Перевод В. Левика

Поздно вечером брожу я По тропам во мгле лесной. Вслед за мною неотступно Бродит нежный образ твой. То вуаль твоя белеет Или твой прекрасный лик? Иль, быть может, сквозь деревья Бледный лунный свет проник? И мои ли это слезы Тихо льются в тишине, Или ты, голубка, плача, Горько жалуешься мне?

«На пустынный берег моря…»

Перевод В. Левика

На пустынный берег моря Ночь легла. Шумит прибой. Месяц выглянул, и робко Шепчут волны меж собой: «Этот странный незнакомец — Что он, глуп или влюблен? То ликует и смеется, То грустит и плачет он». И, лукаво улыбаясь, Молвит месяц им в ответ: «Он и глупый и влюбленный. И к тому же он поэт».

«Мы здесь построим, на скале…»

Перевод А. Мейснера

Мы здесь построим, на скале, Заветной церкви зданье; Нам новый, третий дан завет{32} — И кончено страданье. Распался двойственности миф, Что нас морочил долго, Не стало глупых плотских мук И слез во имя долга. Ты слышишь бога в безднах? Там Его вещает сила. Над нашей видишь головой Все божии светила? Повсюду бог во тьме ночей, В блестящих света красках; Во всем он сущем и живом — И даже в наших ласках.

«Над прибрежьем ночь сереет…»

Перевод В. Коломийцева

Над прибрежьем ночь сереет, Звезды маленькие тлеют, Голосов протяжных звуки Над водой встают и реют. Там играет старый ветер, Ветер северный, с волнами, Раздувает тоны моря, Как органными мехами. Христианская звучит в них И языческая сладость, Бодро ввысь взлетают звуки, Чтоб доставить звездам радость. И растут все больше звезды В исступленном хороводе, Вот, огромные, как солнца, Зашатались в небосводе. Вторя музыке из моря, Песни их безумно льются; Это соловьи-планеты В светозарной выси вьются. Слышу мощный шум и грохот, Пенье неба, океана, И растет, как буря, в сердце Сладострастье великана. вернуться