ОН попадал в казино. Представал в роли случайного участника Большой Игры!

Мужчина смотрел на знакомые руки, неуверенно держащие карты, и не знал, что делать с этими треклятыми кусочками твердого картона! Начиналась паника, появлялась суета… Нестройный хор голосов исполнял на сцене разума ремиксованный реквием Моцарта. Карты имели значение и смысл, но ОН его не видел! Голоса предвещали провал, нашептывали неудачу, и ОН начинал верить, что имеющийся карточный набор не может принести победы. ОН убеждался в собственной несостоятельности, уверялся в амплуа отвратительного игрока. Бесполезного запасного со скамейки дворовой команды! Голоса, довольные произведенным эффектом, наливались силой, обретали мощь… Окончательно утверждали пораженческую оргию и вбивали последний гвоздь в гроб неминуемой гибели!

ОН становился немым, слепым и глухим. Уподоблялся пожелтевшей слоновой кости известных «обезьяньих» нэцкэ! Представал перед светом жалким любителем азарта, что по ребячьей наивности уселся играть с профессиональными шулерами! С ужасом понимал, что не в состоянии нормально «банковать», «метать», делать ставки, «понтировать», блефовать, «прикупать»…

ОН не мог ничего! Был глупым дилетантом, самоуверенно взявшимся за незнакомое и очень опасное дело!

Казино переполнялось, всасывало в мраморные чертоги безрассудства все новых и новых клиентов. Места едва хватало. За зелеными овалами столов сидели и стояли странные люди. Мужчины и женщины. Кавалеры и дамы. Молодые и старые. Уродливые и красивые.

Лица игроков расплывались, пропадали за беспорядочной пляской миражей, скрывались за бархатными масками. Неоформленные дымчатые силуэты в костюмах и галстуках, кружевах и платьях, часах «Rolex» и бриллиантах «De Biers»… Сгустки смазанной тьмы, бесформенные фантомы, полуночные призраки…

Они кричали, скалились и ухмылялись, кривили картонные рты, прикладывались к тонконогим бокалам, выпускали лиловые струи сигарного дыма, бросали на сукно золотые или серебряные фишки, ругались, жаловались, стонали… Издевательски хохотали и жадно загребали выигрыш… Враждебные. Чужие. Случайные. Безумный калейдоскоп анонимных душ!

Лишь одно знакомое лицо. Этот игрок был скромен и молчалив. Сдержан и собран. Он много курил и совсем не пил. Был старчески угрюм и болезненно бледен. Не блистал изяществом наряда и не выставлял, для блезиру, богатство, но одерживал победу много чаще других. Лишь в момент получения выигрыша он отпускал эмоции на волю и беззвучно плакал…

… Коротко стриженные, черные и жесткие, как проволока волосы. Крупный, сломанный нос с горбинкой, толстые губы, слабый подбородок и пронзительно серые, металлические и печальные глаза…

ОН с ужасом рассматривал лицо игрока, такое знакомое и родное. Свое собственное лицо! ОН обыгрывал сам себя! Проигрывал себе самому!!! Звучала бодрящая увертюра жизненного старта, а ОН – без копейки денег и пьяный в драбадан, еле держался на ногах, сполна вкусив горечь вина из злосчастной чаши поражения…

***

Мужчина стоял на гранитных перилах моста, что каменной аркой связывал два городских берега. Равнодушная река медленно несла стальные воды в дар ледяному океану – своему вечному сюзерену. В душе завывала февральская метель. Хмель туманил голову. Было грустно, пьяно и очень-очень холодно.

ОН смотрел во мрак крутящейся воды и ни о чем не думал. Казалось, что настал конец. Повесть завершилась, едва успев начаться! ОН мог в десяти простых предложениях описать последние три года своей жизни. Предложения получались скучные, пустые и грустные.

Жизнь, словно кольчатый Уроборос с жадностью заглатывала собственный хвост. Пропихивала существование в карминово-красные недра вечно голодной пасти! Намертво смыкалась в повторяющемся из раза в раз, замкнутом цикле поражения! ОН находил, но всегда терял. Начинал, но никогда не заканчивал. Бежал, но непременно падал. Любил и ненавидел…

***

ОН снова уволился с работы, как неоднократно (уже более десяти раз! ) поступал в самом недавнем прошлом.

Два месяца и одиннадцать дней! Таковы итоги очередного срока службы. ЕГО хватило лишь на неполные три месяца! Конечно, бывало и хуже, но… Как придирчиво выбиралась работа, как вдумчиво анализировалась! И вот, нужные люди оповещены, и решение, кажущееся судьбоносным, принято… После чего… Действо происходило по многократно отработанной схеме: душевный всплеск, пьянящий азарт, жажда победы, трудности, разочарование и поражение…

ОН снова вскакивал и бежал! Пытался удрать из капкана дьявольского казино! Обруливал столы и стулья, сносил посуду, проливал вино, рвал одежду, цеплялся, спотыкался, мимоходом сбивал игроков, гостей и случайных встречных… В спину, неровными кусками раскаленной шрапнели, колотил жестокий смех победителя!

Или звучало плачущее эхо?!

ОН, бледный, потный и трясущийся, будто в приступе болотной лихорадки, выбежал на воздух. Ехали автомобили, шли пешеходы, пахло городом и людьми. ОН затравлено оглянулся, все еще опасаясь преследования и одновременно – надеясь прочитать название проклятого игорного дома!

Никакого казино не было и в помине! Электронные двери заурядного офисного здания энергично раскрывались перед входящими и выходящими людьми в деловых одеждах монотонных расцветок. Люди с брезгливостью и страхом смотрели на растрепанного сероглазого мужчину и старались поскорей прошмыгнуть мимо. Лишь один сухонький старичок в роговом пенсне, бежевом костюмчике и потертых ботинках, но с эскортом из трех настоящих гладиаторов, замедлил шаг и участливо спросил:

– Молодой человек, вам плохо? Может, нужна помощь?

ОН не ответил, полностью поглощенный изучением галереи разнокалиберных вывесок. Старичок пожал плечами и засеменил прочь, нравоучительно высказывая гладиаторам недовольство современной молодежью. Охранники, словно китайские болванчики, кивали литыми головами.

Всего этого мужчина не видел. Взгляд блуждал по пестрой мозаике над входными дверьми. Здание приютило филиал известного банка, пару туристических фирм, претендующую на серьезность, страховую компанию, маленький ресторанчик-бистро «Жаренный бочок», десяток магазинчиков и лавчонок, сомнительное рекламное агентство, юридическую контору «Чубасов и Ко» и… Консалтинговую фирмочку с труднопроизносимым названием! Консалтинговую фирму, из которой ОН, в аккурат как пятнадцать минут назад, так беспечно и бездарно уволился! Получил расчет за десять дней и бежал!

В голове царствовали архаика и бардак. Тупо постояв еще пару минут, ОН сплюнул и поплелся в направлении собственного взгляда. Не существовало цели, не было смысла, не наблюдалось ориентиров… Фиолетовый галстук в красную вертикальную полоску съехал на бок и душил, словно пеньковая подруга палача. ОН с ожесточением сорвал ненавистную удавку и бросил в урну. Кожаный портфель на длинном ремне, безобразно распухший от договоров, документов и прочих бесполезных бумажек, съехал с плеча и волочился по асфальту. Мужчина избавился и от него.

Мелькали лица, машины, вывески, рекламные плакаты, дома… Звучали голоса, смех, крики, гудки, свист… Витал аромат изысканной кухни и вонь прорвавшейся канализации… Было холодно…

ОН зашел в первый попавшийся магазин. Залез в брючный карман, не глядя вытащил купюры и потребовал водки. Немолодая и хмурая продавщица в смешном чепчике и щеточкой усиков над верхней губой, смахивающей на сытую пиявку, буркнула и полезла под прилавок. ОН молча забрал покупку и вышел на улицу, не взяв сдачу.

Страстно хотелось напиться…

Запущенный сквер с одинокими скамейками, тополями и бетонными клумбами советского образца на время превратился в уличное кафе. ОН уселся на лавочку, сорвал с бутылки пробку, разодрав руку во время процедуры. Не обращая внимание на порезы – жадно прильнул к проклятому источнику забвения. Горло ожгло, на глазах выросли слезы. В желудке разорвался сорокаградусный снаряд горечи. Настроение описало изломанную дугу и ухудшилось…