Девушки спускались по лестнице, и ОНА рефлекторно, хорошо зная ЕГО привычку задерживаться после занятий в курилке, искала юношу взглядом. Вот взгляд упал на широкую спину, обтянутую лиловой сорочкой. Зацепил бледное лицо, крупный нос с горбинкой и уловил смеющийся блеск серых глаз, что временами обретал пугающую, но такую притягательную печаль. Да, это был ОН! Что-то оживленно рассказывающий, размахивающий зажатой в кулак сигаретой, высокий, смеющий и такой, такой, такой, ну-у-у… такой…

В этот миг ОНА, следуя импульсивному порыву, однозначно решила расставить проклятые точки над i.

«Сейчас или никогда! – зло подумала зеленоглазка. – Сейчас или никогда!»

Девушке расхотелось ждать. Колесница неуправляема, возница либо глуп либо слеп, и, посему, давно пора подхватить бесхозные вожжи своими изящными ручками!

ОНА коротко попрощалась с Леной, пообещала непременно позвонить вечером, и пошла, чувствуя себя деревянной куклой на непослушных ногах, настолько неловки и скованы казались собственные неуверенные шаги. С каждым пройденным метром – усиливалась мелкая дрожь наэлектризованных волнением пальцев. И без того теплое солнце раскалилось до состояния сверхновой. Лоб покрывала жемчужная россыпь капелек пота. Почти дойдя до курительного пятачка, ОНА испытала неудержимое желание развернуться и убежать без оглядки. Бухало сердце, зашкаливал пульс, а к горлу подкрадывался комок, способный испортить момент «Х» и предвещающий оглушительное фиаско.

В последнее мгновение ОНА все же взяла себя в руки.

«Не хватало еще предстать на посмешище перед кучкой глупых юнцов! Я и так перешла границы разумного, первой пойдя на сближение!»

Девушка подошла. Вежливо, но небрежно поздоровалась (хотя и не совсем понимая, с кем именно) и дерзко (может даже слишком! ) взглянула на НЕГО. ОН ответил взглядом, охарактеризовать который так и не получилось. ОНА вымучено улыбнулась, а затем, словно бросаясь под пули тяжелого пулемета, попросила проводить ЕЕ домой. Юноша утвердительно кивнул, точно ожидал подобного разворота событий и, потому, нисколько не удивлен. ОНА уже хотела перевести ситуацию на шуточные рельсы и обсмеять черноволосого нахала, но решила доиграть партию до конца. ОН попрощался с парнями и последовал за НЕЙ, что, не имея сил находиться в перекрестье насмешливых студенческих взглядов, оторвалась уже метров на тридцать…

***

ОНИ впервые остались наедине. Вокруг бушевал город, проносились машины и пробегали незнакомые люди, но ОНА чувствовала себя бесстрашной путешественницей на ледяной вершине горной цепи. Цивилизованный мир казался мифом. Человечество еще не родилось или уже бесследно затерялось в пустынях прошлого. На всем белом свете была лишь ОНА да бредущий рядом парень.

Черноволосый был бледен, молчалив и хмур. ОНА не понимала причину скованности обычно едко-шутливого юноши, и ограничивалась односложными фразами. Под ногами постукивала брусчатка, новорожденные листья тополей были чисты и пахли весной. Тонкие стебельки изумрудно-зеленой молодой травки тянули к благодатному солнцу свои нежные тела. Бешеным аллюром неслись минуты, и вместе с ними приближался дом. Волшебства не происходило.

ОН притормозил около торгового павильона, вопросительно посмотрел на девушку и, получив необходимые указания, купил два мороженных. Шоколадное – для себя и ванильное с корицей для НЕЕ.

ОНИ завернули в незнакомый дворик, остановились около деревянной беседки и молча ели мороженное. В подворотне лаяла собака, из окон второго этажа доносилась музыка и раскаты хохота. Эскимо холодило рот, паточной пленкой оставалось на пухлых губах. ОНА пропустила момент и с ужасом, словно в замедленной съемке, наблюдала падающий кусок мороженного, что отделился от общей конструкции, мазанул ЕЕ по щеке, проехался по белоснежной брючине и упал на пыльную землю! Свекольная от смущения, перепачканная, словно обожающая сладости малышка, ОНА стояла, по-дурацки хлопала глазами и не знала, что делать. В тот миг зеленоглазка ощущала себя настолько смешной и глупой, что готова была разрыдаться!

ОН не стал смеяться. Лишь корректно и сдержано улыбнулся, достал белоснежный платочек и аккуратно, едва ощутимым касанием, промокнул с лица сладкую полоску и самолично отчистил капли со штанины…

Деликатный, вежливый и тактичный. ОНА вдруг взглянула на юношу совершенно под другим углом… Хотя и раньше видела не совсем то, что другие люди. Несмотря на многочисленные выходки и дурацкие шуточки ОН всегда казался сильным и строгим, умным, проницательным и чрезвычайно серьезным.

Сегодня ОН был другой. Нет, ценимое прежде и так привлекающее ЕЕ сохранилось. Новые грани, тонкие, трепетные и ласковые, противоречащие повседневному поведению черноволосого проявились лишь вскользь. Прочертились едва различимыми контурами в застывшем сиропе времени, но ОНА вдруг поняла, что совсем ЕГО не знает.

Но очень-очень хотела бы узнать!

С плеч рухнула скала, и ОНА заговорила. Нет, девушка принялась болтать, а заметив ЕГО интерес – вообще спустила язык с привязи! Говорила обо все, о чем только можно! Вспоминала детство и юность, друзей и подруг. Увлекшись, выболтала о присутствующем в ЕЕ жизни Игорьке и увидав на бледном лице недовольство совсем потеряла голову! Куда делось смущение, куда пропали нервы?! Хотелось рассказать как можно больше, нарисовать в воображении юноши красочный портрет привлекательной и умной, интересной и разносторонней молодой красавицы. ОНА мечтала понравиться, произвести за отведенный краткий миг наилучшее впечатление. Пришпилить сердце черноволосого к своему трепещущему сердечку! ЕЙ стало легко и просто, словно ОНА знала юношу тысячу лет и могла доверять ЕМУ самые сокровенные тайны.

ОНИ давно доели мороженное и теперь шли по направлению ЕЕ дома, безоговорочно избрав максимально длинный маршрут. ОНА белочкой скакала вокруг парня, хватала за руки, иногда – шла спиной вперед, заглядывала в стальную глубину глаз и тараторила не умолкая. ОН улыбался, а ОНА пыталась понять, над НЕЙ или вместе с НЕЙ улыбается юноша.

ОН как губка впитывал сказанное и одновременно открывался сам, демонстрировал интересные эпизоды собственной биографии, повествовал о друзьях и родных, рассказывал о намеченных целях, заострялся на средствах их достижения.

ОНА ощущала притяжение, что более и более захватывало, поглощало ЕЕ эфирное существо! Слова разрушали преграды, срывали маски, обнажали души. Торжествовала искренность. Погасли звезды. Умерло время. Вновь исчезло человечество. Остались лишь ОН и ОНА…

ОНА очнулась около знакомой парадной. На улице потемнело, стало прохладнее. В фиолетовой вышине равнодушно мигали северные звезды. Хотелось закричать:

«Неужели это все?!!!»

Настала пора прощаться, но ОН, словно подслушав ЕЕ мысли, все не уходил и не уходил. В воздухе повисло молчание, но как же хорошо было просто стоять и безмолвно смотреть на НЕГО!

ОН опомнился первым, нежно, но торопливо пожал девушке руку и спросил, можно ли как-нибудь ЕЙ позвонить. ОНА кивнула, давая согласие.

На этом ОНИ расстались, так и не поцеловавшись, как много раз ЕЙ представлялось ночами. ОНА еще долго смотрела вслед черноволосому и блаженствовала под звуки ноктюрна тишины, звучавшего для зеленоглазки гимном новорожденной любви.

ОНА влетела в квартиру. Перепугала кота, ничком упала на постель и рассмеялась, мечтая расплакаться! Происходило нечто, никогда прежде не случавшееся! ОНА считал себя истинной утилитаристкой, – холодной, расчетливой и рациональной. Представляла себя в будущем в образе властной и недоступной бизнес-леди. Некой ледяной королевы, созданной из цинизма и снега. С ним ОНА была маленькой девочкой, мечтающей о заботе и ласке. Нет! Прекрасной женщиной, жаждущей грома, любви и огня!

«Красавица, да ведь ты по-уши влюблена?! – подумала ОНА и тут же ответила. – Да, да и еще раз ДА!!!»

… Рекрут любви, новобранец бесчисленной армии, ежесекундно ведущей бой на каждом метре земли, где обитают мужчины и женщины…