Тема злополучной зарубежной поездки, включающая также и эротические слухи, содержалась еще в одном обвинении. Неграмотный 54-летний донской казак сказал соседям по хутору: «Если бы наша старая ГОСУДАРЫНЯ не ездила в Германию … (площадная брань) с королями, то нам повезло бы»1389.
Подчеркивалось и иностранное происхождение, но нигде императрица Мария Федоровна не названа датчанкой1390. Иногда же ее считали… еврейкой. В августе 1915 года 28-летний крестьянин заявил: «Государыни наши тоже из евреев»1391. Но, разумеется, чаще всего она упоминается как «немка», сочувствующая врагу (в действительности вдовствующую императрицу Марию Федоровну отличала явная и давняя германофобия). Первые обвинения такого рода относятся к февралю 1915 года. Они повторялись и впоследствии: «Николай Николаевич вместе с матерью Государя за немцев стоит»; «Его мать – немка, …! Держит руку немцев»; «Какая у нас может быть правда, когда у нас Государыни старая и молодая… германки»1392. 32-летний торговец так прокомментировал весть о поражении русской армии в феврале 1915 года: «Подвела мать ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА, которая сама германка»1393.
В декабре 1915 года 38-летний неграмотный оренбургский крестьянин был обвинен в том, что произнес при свидетелях: «У нас и ГОСУДАРЬ немец, у него Мать немка». После этого он разразился площадной бранью. Правда, на следствии обвиняемый объяснил, что говорил лишь, что мать царя из Германии, но царя «немцем» не называл и бранных слов по его адресу не произносил1394. Очевидно, однако, что он был искренне уверен в немецком происхождении императрицы Марии Федоровны.
47-летняя ярославская крестьянка говорила в июне 1915 года: «Старая государыня у нас несчастная немка, переписывается с германцами, когда русских солдат бьют, то радуется, а когда наши бьют германцев, то плачет»… Затем, произнеся бранное слово, она добавила: «Таких надо давить». Этот образ старой императрицы, оплакивающей разбитых немцев, напоминает обвинения в адрес молодой императрицы Александры Федоровны, он встречается еще в одном оскорблении, окрашенном, впрочем, и весьма редкой в те времена американофобией. Грамотный 30-летний крестьянин Томской губернии сказал в январе 1916 года: «Старая ГОСУДАРЫНЯ немка, Она плачет, когда наших солдат немцы бьют… ГОСУДАРЬ и МАТЬ Его еще до войны отправили золото в Америку; Америка и побрякивает им». В дальнейшей беседе он назвал Марию Федоровну «старою чертовкою»1395.
Раненный на войне сибирский казак доказывал в июле 1915 года, что Россия не одержит победы: «Наша никогда не возьмет, нас продадут немцы, сама ГОСУДАРЫНЯ немка. Дом Романовых пропил всю Россию, и старая … ГОСУДАРЫНЯ, … ее мать, когда я лежал в лазарете, подходила и вела разговоры только с немцами, а к русским не подходила»1396.
В июне 1916 года некий приказчик оскорбил сразу нескольких членов императорской фамилии, но особое внимание он уделил Марии Федоровне. В разговоре с покупателями лавки он сказал в присутствии свидетелей: «Война у нас идет плохо, везде измена, потому что правительство у нас все немецкое, Государь наш тоже немецкой крови. Мать ГОСУДАРЯ – тоже немка. Митрополит в разговоре с ней сказал: “Раз вы – немка, то не должны жить в России”»1397.
В некоторых оскорблениях «злая мать» царя противопоставляется положительному Николаю II: «Государь страдает на войне, а мать его … с немцами»1398.
Иногда вдовствующая императрица, подобно своей невестке, царице Александре Федоровне, считается предательницей-контрабандисткой. Уже в апреле 1915 года появились слухи о том, что она поставляет провизию противнику: «…тайно снабжает Германию и хлебом, и деньгами». В августе 1915 года шли разговоры о том, что «наша старая государыня немка, в какой-то город передавала провизию для германцев, и ее теперь арестовали». В сентябре 1915 года крестьянин-латыш заявил, что она «германка и доставляет германцам разные предметы. Государь хотел ей за это отрубить голову, но одумался и посадил в тюрьму». Слух об аресте вдовствующей императрицы зафиксирован осенью 1915 года и в Томской губернии, при этом обвиняемый ссылался на заметку в газете «Жизнь Алтая»1399. Очевидно, таким образом «переводились» читателями некоторые информационные сообщения, публиковавшиеся в подцензурной печати.
В октябре того же года 41-летний подрядчик вел разговор в московском трамвае о недостатке сахара: «Весь сахар в России скуплен Марией Федоровной и куда-то отправлен. Если дадут ответственное министерство, то всех чиновников перевешают, да и Марию Федоровну повесят»1400. Обвиняемый раскаялся, признав факт произнесения этих слов, но он не опровергал самого обвинения; очевидно, что подобные слухи имели некоторое хождение. Можно предположить, что подобное заявление болтливого предпринимателя воспринималось его слушателями как некая экспертная оценка.
В ноябре 1915 года слух о контрабандных поставках продовольствия врагу продолжал циркулировать. Крестьянин Нижегородской губернии говорил: «Старая … Мария Федоровна в город Ковно после занятия его немцами доставила обоз с провиантом»1401. Это напоминает обвинение, содержавшееся в уже упомянутом оскорблении. Даже отсутствие сухарей у солдат иногда приписывалось действиям матери царя. 53-летний неграмотный крестьянин Томской губернии в декабре 1916 года говорил в волостном правлении: «Те сухари, которые были собраны по деревням, до них не дошли, так как ГОСУДАРЫНЯ ИМПЕРАТРИЦА Мария Федоровна те сухари отослала в Германию своим сыновьям … незаконнорожденным»1402. Повторяется уже отмеченный слух о неких незаконнорожденных детях вдовствующей императрицы, якобы проживающих во враждебной стране.
В некоторых слухах Мария Федоровна предстает не только как саботажница, но и как шпионка и диверсантка. В мае 1915 года И.И. Фельдман, крестьянин Томской губернии (очевидно, ссыльный), в разговоре с односельчанами заявил, подразумевая императриц: «Обе немки и всеми силами способствуют поражению России в войне с Германией». Он утверждал даже, что «по их указаниям в Петрограде, Японии и еще где-то в один день были взорваны склады оружия и снарядов, а обвиняют для вида евреев и Мясоедова»1403.
36-летний крестьянин Вятской губернии в январе 1916 года утверждал: «Наша война с Германией проиграна, т. к. Мать ГОСУДАРЯ МАРИЯ ФЕДОРОВНА провела в Германию телефон и передавала немцам все, что делалось у нас». Показательно, что и на дознании, и на предварительном следствии он признал себя виновным1404.
Наконец, в некоторых слухах вдовствующая императрица явно напоминает фольклорную вдову-царицу, злую и властолюбивую. Этнической немке, русской дворянке Э.М. Барановской приписывались слова о том, что Мария Федоровна якобы стреляла в Николая II, чтобы царствовать самой и великому князю Михаилу Александровичу. Неграмотная же крестьянка из Тамбовской губернии так рассказывала о возвращении Марии Федоровны из зарубежной поездки: «Какая она ЦАРИЦА, Она хуже Саратовской … Она хотела НАСЛЕДНИКА сварить в ванне, а на Его место поставить какого-то …; вот какая Она ЦАРИЦА»1405.
вернуться1389
Там же. Л. 208 – 208 об.
вернуться1390
В одном случае доносители вспомнили, что обвиняемый как-то назвал вдовствующую императрицу дочерью датского короля, но они отказались в это поверить. Невероятным им казалось и то, что жена царя – немка (Там же. Л. 320 об. – 321).
вернуться1391
Там же. Л. 404.
вернуться1392
Там же. Л. 317 об. – 318; 527, 538 об.
вернуться1393
Там же. Л. 229, 529.
вернуться1394
Там же. Л. 339 об.
вернуться1395
Там же. Л. 170 – 170 об., 358 – 358 об.; Поршнева О.С. Менталитет и социальное поведение рабочих, крестьян и солдат России в период первой мировой войны. С. 122.
вернуться1396
РГИА. Ф. 1405. Оп. 521. Д. 476. Л. 188.
вернуться1397
Там же. Оп. 530. Д. 1035. Л. 14.
вернуться1398
Там же. Оп. 521. Д. 476. Л. 523.
вернуться1399
Там же. Л. 326, 483 об., 499, 531об.
вернуться1400
Там же. Л. 435; Оп. 530. Д. 1035. Л. 47.
вернуться1401
Там же. Оп. 521. Д. 476. Л. 101.
вернуться1402
Там же. Л. 193.
вернуться1403
Там же. Л. 92.
вернуться1404
Там же. Л. 342.
вернуться1405
Там же. Л. 336, 397. Слух о «бабушке-убийце» появлялся и позднее. В 1924 году в норвежской прессе сообщалось, что полицейский генерал Комиссаров якобы утверждал, что вдовствующая императрица настолько ненавидела Александру Федоровну, что мечтала провозгласить наследником вместо царевича Алексея великого князя Михаила Александровича. Эта история основывалась на слухе, будто бы Мария Федоровна с помощью двух садовников пыталась лишить царевича жизни в одном из дворцовых парков (Енсен Б. Среди цареубийц: Вдовствующая императрица, семья последнего русского царя и Запад. М., 2001. С. 186).