сторону плыть; на бригантине живо поставили все пару¬ са, вплоть до лиселей. Задолго до того как она достигла острова, оба каботажных судна встретились, и каждый снова изменил курс, повторяя путь, по которому только что шел другой. Более ясного подтверждения своей пра¬ воты моряк не мог бы и желать. Поэтому, достигнув ост¬ рова, бригантина пристроилась в кильватер каботажной шхуне, а потом разминулась со шлюпом, узнав от его команды, что рифов впереди больше нет. Так Бороздящий Океаны совершил свое знаменитое плавание, проведя бригантину через бесчисленные тай¬ ные опасности восточного пролива. Тому, кто внимательно следил за всеми превратностями его судьбы, может по¬ казаться, что ничего необычайного в этом нет; но не му¬ дрено, что в тот век, когда люди более, чем сейчас, распо¬ ложены были верить в чудеса, этот случай еще более укрепил славу отважного моряка, который и без того слыл человеком замечательным, и многие были убеждены, что контрабандистам покровительствует сила более могу¬ щественная, чем та2 которой обладают королева Анна и ее слуги.. 24* 723

Глава XXIX Тебя готов я при Филиппах встретить. Ш е к.с пир, «Юлий Цезарь» В эту ночь капитан^крейсера ее величества спал на верхней палубе. Еще до заката быстрая и легкая бриган¬ тина скрылась на востоке за плавным поворотом берега, теперь уж нечего было и думать ее настичь. Но крейсер по-прежнему шел под всеми парусами, и, задолго до того как Ладлоу бросился на койку, судно уже прошло самую широкую часть пролива и приближалось к островам, ме¬ жду которыми находилась Стремнина. За весь этот тревожный, казавшийся бесконечным день молодой моряк ни разу не виделся со своими пасса¬ жирами, которых он оставил в каюте. Вестовые то и дело сновали взад-вперед; но, хотя всякий раз, как отворялась дверь, Ладлоу торопливо оборачивался, ни олдермен, ни его племянница, ни пленник, ни даже Франсуа так и не появились на палубе. Если кого-нибудь из них и волно¬ вал результат погони, то ни один не выдал этого, скры¬ вая свою тревогу под глубоким и загадочным молчанием. Решив отплатить им за безразличие той же монетой и терзаемый чувствами, которые он при всей своей гордо-, сти не мог преодолеть, молодой моряк улегся на подвес¬ ную койку, не выказав никакого желания повидаться с ними. Когда пришла пора первой ночной вахты, на крейсере убавили парусов, и капитан, по всей вероятности, крепко спал до самой утренней зари. Однако, едва взошло солнце, он встал и приказал снова поставить паруса, всеми ме^ рами стараясь увеличить скорость крейсера. «Кокетка» достигла Стремнины еще утром и, благо¬ получно проскочив ее во время отлива, в полдень была уже в виду Монтаука. Едва крейсер миновал мыс и вы¬ шел на простор, где дул ветер и гуляли волны Атлантиче¬ ского океана, люди были посланы на реи, и два десятка глаз стали внимательно осматривать горизонт. Ладлоу не забыл обещания Бороздящего Океаны, который назна¬ чил ему здесь встречу; и, хотя у контрабандиста были все основания не желать этой встречи, молодой капитан втайне чувствовал, что такой человек, как он, непременно сдержит слово. 724

— Ничего не видно! — разочарованно воскликнул Лад- лоу, опуская подзорную трубу. — А все-таки не похоже, чтобы этот разбойник стал прятаться со страха... — Страх — я имею в виду страх перед французами — и* благоговейный трепет перед крейсером ее величества далеко не одно и то же, — отозвался старый штурман. — Вот мне, к примеру, когда съезжаю на берег и повязываю на шею цветной платок или прихватываю с собой бутыл¬ ку коньяку, — мне так и кажется, что всякий встречный видит на платке пятна и чует запах спиртного. Но раньше/ я не понимал, откуда такая робость, а ведь мне просто- напросто казалось, что, когда человек в чем согрешит, это всякому сразу видать. Какой-нибудь священник, кото¬ рый стал на мертвый якорь и доживает свой век в уют¬ ном, теплом домик«, я думаю, назвал бы это совестью; но что до меня, капитан Ладлоу, то, хоть я не очень-то умею рассуждать о таких материях, мне всегда казалось, что это самая обыкновенная опаска, как бы не отобрали вещички. Если этот Бороздящий Океаны объявится, что¬ бы еще раз потягаться с нами в скорости, перед тем как на океане засвежеет, то я сильно ошибаюсь в нем, и он не знает разницы между большим и маленьким судном, а кроме того, сэр, я, признаться, надеялся бы изловить его куда скорее, не будь у него этой женщины под буш¬ притом, чтоб она сгорела! — Ничего не видно. — Вот я и говорю, а ветер сейчас зюйд-зюйд-ост. Там, где мы только что прошли, между вон тем островом и материком, множество заливов; так что, пока мы ищем их в океане, хитрые мошенники, наверно, сидят себе в которой-нибудь из пятидесяти удобных бухт между мы¬ сом и тем местом, где он от нас улизнул. Как знать, может, ночью он снова повернул на запад и сейчас по¬ смеивается над одураченным крейсером. — Увы, Трисель, к сожалению, вы правы: если кон¬ трабандист пожелает уклониться от встречи с нами, ему не придется долго искать способа. — Парус! — крикнул впередсмотрящий с грот-брам- стеньги. — Где? — На наветренном траверзе, сэр. Вон там, видите, где облачко над водой! 725

Вы не различаете, какая у него оснастка? — А ведь парень прав, ей-богу! вмешался штур- ман. — Из-за облачка его не было видно, но теперь нет сомнений — это корабль с полным корабельным вооруже¬ нием1; он под всеми парусами держит курс на запад« Ладлоу долго, пристально смотрел в подзорную трубу, и лицо у него было серьезное. — У нас слишком мало людей, чтобы вступать в бой с чужеземцем, — сказал он, возвращая подзорную тру¬ бу Триселю. — Видите, он идет под одними марселями — при таком ветре ни один купец этим бы не удовлетво¬ рился! Штурман промолчал, но рассматривал судно даже дольше и пристальнее, чем капитан. Покончив с этим, он осторожно покосился на немногочисленных матросов, которые с любопытством разглядывали судно, теперь уже явственно видное благодаря тому, что ветер отнес облако в сторону, и сказал вполголоса: Это француз, утонуть мне на месте! Взгляните, ка¬ кие у него короткие реи и как стоят паруса. Да, да, это французский крейсер. Какой же купец, если он хочет заработать, вздумает убавлять паруса, когда до порта це¬ лые сутки хода! — Вы совершенно правы. Эх, вот если бы вся наша команда была на борту! А так мы слишком слабы, чтобы вступать в бой с судном, равным по силам нашему крей¬ серу. Сколько нас? — И семидесяти человек не наберется — маловато для двадцати четырех пушек и такого множества снастей. — И все же нельзя допустить, чтобы французы напа¬ ли на порт. Все знают, что мы здесь... — Нас заметили! — прервал его штурман. — Француз сделал поворот фордевинд и ставит брамселя. Оставалось либо позорно бежать, либо готовиться к схватке — иного выбора не было. Спастись бегством не составило бы труда — через какой-нибудь час крейсер был бы уже за мысом, но долг повелевал подданным английской королевы принять бой. Поэтому Ладлоу скомандовал: — Свистать всех наверх, боевая тревога! 1 Судно с полным корабельным вооружением — трехмачтовое судно с прямыми парусами на всех мачтах. Так зооружались ли¬ нейные кораблиа фрегаты^ корветы и шлюпы, 726

Когда моряки слышат эту команду, их мужественные души переполняет радость. Ведь отвага и победа — родные сестры, а моряки Великобритании и ее колоний, издавна подружившись с победой, были самонадеянны до безрас¬ судства. Поредевшая команда «Кокетки» восприняла бое¬ вую тревогу, как не раз воспринимала раньше, когда на борту было достаточно людей и к пушкам становилась вся орудийная прислуга; правда, кое-кто из старых, видавших виды моряков, в которых самонадеянность со временем ослабла, покачал головой, словно сомневаясь в исходе предстоящей схватки. Возможно, и сам Ладлоу втайне испытывал колебания, когда убедился, с каким противником предстоит иметь дело крейсеру, но он не выказал ни малейшей робости с той самой секунды, как принял решение вступить в бой. Все команды он отдавал спокойно и быстро, что особенно важно для капитана военного корабля. Реи были подве¬ шены на цепях, лисель-спирты убраны, верхние паруса взяты на гитовы, — одним словом, крейсер с обычной быстротой и четкостью готовился к бою. Наконец бара¬ банщики пробили сигнал «по местам стоять», все заняли свои места, и молодой капитан получил возможность осмотреть крейсер и проверить его боевую готовность. Позвав штурмана, он поднялся с ним на ют, где ни¬ кто не мог их подслушать, — там можно было обсудить положение и в то же время лучше видеть маневры про¬ тивника. Как уже заметил Трисель, француз сделал крутой по¬ ворот фордевинд и взял курс на север. Теперь он шел полным ветром, подняв все паруса и быстро приближаясь к крейсеру. Пока на борту «Кокетки» шли приготовления, над водой уже показался его корпус, и едва Ладлоу со штурманом успели рассмотреть его с юта, как белая по¬ лоса на борту, усеянная черными точками орудийных портов — отличительный признак военного корабля, — стала видна невооруженным глазом. Поскольку крейсер королевы Анны также шел навстречу врагу, через какие- нибудь полчаса они настолько сблизились, что теперь каж¬ дый точно знал, с каким противником ему предстоит иметь дело. Французский крейсер встал круче к ветру, готовясь начать бой. ^ У этого француза смелое сердце и мощные пуш¬ ки, заметил штурман^ когда стали видны бортовые ору-* 727