своей непредусмотрительностью и возбужденный надеж¬ дой на успех, он начал обдумывать всякие хитрости, ко¬ торые, естественно, пришли бы на ум всякому в его по¬ ложении. С юга тянул не очень сильный, но ровный и насы¬ щенный ночной сыростью ветер. Бригантина, укрытая от морских течений, была, однако, подвержена течениям воздушным; она стояла носом к океану, а кормой — к берегу бухты. От берега ее отделяло менее пятидесяти морских саженей, и Ладлоу сразу увидел, что судно стоит на одном якоре, а все остальные подняты. У ка¬ питана королевского крейсера мелькнула мысль, что он может перерезать единственный канат, который удержи¬ вает судно контрабандиста на месте, и, если это ему удастся, бригантину наверняка снесет к берегу, прежде чем команда, поднятая по тревоге, успеет поставить па¬ руса или отдать якорь. Хотя ни у него, ни у гребца не оказалось никакого подходящего орудия, кроме длинного матросского ножа, соблазн был слишком велик, чтобы не сделать попытки. План выглядел очень уж заманчиво, так как хотя бригантина и не получила бы серьезных по¬ вреждений, но, чтобы стянуть ее с песчаной мели, при¬ шлось бы провозиться довольно долго, а тем временем подоспели бы шлюпки или даже сам крейсер, чтобы ее захватить. Взяв у матроса нож, Ладлоу сам полоснул по твердому, неподатливому канату. Но едва стальное лез¬ вие коснулось прочных смоленых волокон, как ослепи¬ тельно яркий свет ударил капитану в лицо. Придя в себя от изумления и протирая глаза, пылкий искатель при¬ ключений поднял голову с тем смущением, которое испы¬ тывает человек, застигнутый в то время, когда он делает что-либо постыдное, как бы похвальны ни были его по¬ буждения; это своего рода дань, которую человеческая натура во всех случаях жизни отдает открытому образу действий. Хотя Ладлоу, застигнутый врасплох, понимал, что рис¬ кует жизнью, тревога, проснувшаяся в нем, мгновенно была забыта — такое удивительное зрелище представи¬ лось его взору. Бронзовый неземной лик фигуры, стояв¬ шей на носу бригантины, был ярко освещен; глаза ее в упор глядели на Ладлоу, словно следили за малейшим его движением, а на лице играла зловещая многозначитель¬ ная улыбка — казалось, она презирала его тщетную хит¬ 673

рость! Гребца не пришлось понуждать налечь на весла, Едва он увидел это таинственное лицо, как ялик понесся прочь от бригантины, словно вспугнутая морская птица. Хотя Ладлоу каждый миг ждал выстрела, даже крайняя опасность не помешала ему внимательно рассмотреть фигуру. Свет, которым она была озарена, сильный, яркий, резкий, слегка заколебался, вырвав из темноты ее одежды. И тут капитан убедился, что Бурун сказал правду: с помощью какого-то механизма, разглядеть который у него не было времени, зеленая, как морская волна, мантия вдруг сменилась ярко-синей, словно океанская глубь. За¬ тем свет погас, словно только для того и загорелся, чтобы обнаружить намерение волшебницы пуститься в плава-< ние. — Недурной маскарад, — пробормотал Ладлоу, когда ялик отплыл на безопасное расстояние. — Это означает, что контрабандист намерен вскоре покинуть наши берега* Перемена цвета ее одежд — это какой-то сигнал для суе¬ верной и одураченной команды. Мой прямой долг — рас¬ строить планы этой их повелительницы, как он ее назы¬ вает, хотя слов нет — она не дремлет. Не прошло и десяти минут, как наш незадачливый искатель приключений, поразмыслив, понял, что всякий план, осуществляемый сомнительными средствами, оправ¬ дан лишь в том случае, если он увенчается успехом.: Если бы Ладлоу удалось перерезать канат и бригантину снесло на берег, возможно, он снискал бы себе славу че¬ ловека умного и наделенного разнообразными талантами; тогда эта счастливая мысль принесла бы ему богатые плоды, но теперь его терзало предчувствие, что неудав- шийся план может получить широкую огласку. На веслах в ялике сидел Роберт Болтун, тот самый фор-марсовый, который в прошлый раз во всеуслышание уверял, что он уже видел повелительницу бригантины, озаренную све¬ том, когда вместе с другими матросами убирал фор-мар- сель «Кокетки». — Мы с вами взяли не тот курс, мистер Болтун, —* сказал капитан, когда ялик, выскользнув из бухты, плыл по заливу. — Но нам дорога честь нашего крейсера, а по¬ тому мы не занесем это происшествие в судовой журнал. Надеюсь, вы меня понимаете: ведь, когда имеешь дело с умным человеком, достаточно одного слова* 674

— Поверьте, ваша честь, я знаю, что мой долг пови¬ новаться приказам и не рассуждать, — отвечал фор-марсо- вый. — Перерезать канат ножом всегда дело долгое; но хоть не годится простому матросу высказывать свое мне¬ ние в присутствии столь сведущего джентльмена, а толь¬ ко сдается мне, что еще не выкован тот нож, который пе¬ рережет хоть одну веревку на бригантине без согласия той колдуньи, что стоит у нее под бушпритом. — А что думают матросы об этой странной бриган¬ тине, за которой мы гоняемся столько времени без вся¬ кого успеха? — Думают, что мы будем гоняться за ней без толку, покуда не съедим последнюю галету и не выпьем послед¬ ний глоток пресной воды. Конечно, не мое дело учить вашу честь, но на крейсере нет ни единого человека, ко¬ торый надеялся бы получить хоть фартинг за то, что за¬ хватит ее. Матросы разное говорят о Бороздящем Океаны, но все сходятся на том, что ежели только ему не помо¬ гает какое-нибудь неслыханное счастье — а это ведь все равно что запродать, душу тому, кто не очень охоч помо¬ гать в честных делах, — то второго такого моряка не сы¬ щешь на всем океане! — Обидно слышать, что мои матросы такого низкого мнения о собственном своем искусстве. Просто у нас еще не было ни одного подходящего случая. Было бы только открытое море да свежий ветер, и наш крейсер потягается с этой колдуньей, которая плавает на бригантине. А что до Бороздящего Океаны, то будь это человек или дьявол, но он теперь в наших руках. — Ваша честь уверены, что этот ловкий и ладный джентльмен, которого мы схватили в ялике, и вправду знаменитый контрабандист? — спросил Болтун и даже бросил грести, сгорая от любопытства. — На крейсере по¬ говаривали, что Бороздящий Океаны еще выше ростом, чем тот здоровенный .чиновник, знаете, в Плимутском порту, а плечи у него... — У меня есть основания считать, что эти люди оши¬ баются. Вы ведь образованнее других матросов, мистер Болтун, так что будем держать язык за зубами. Вот вам крона с изображением короля Людовика. Он наш закля¬ тый враг, и. вы можете проглотить его целиком или по кусочкам — как вашей душе угодно. Но помните, что наше плавание на ялике — строжайший секрет, и чем меньше 675

будет разговоров о том, кто на бригантине несет вахту во время стоянки, тем лучше. Честный Боб1 взял серебряную монету с радостью, которую не могло омрачить никакое воспоминание о чуде, и, почтительно приподняв шляпу, не преминул заверить капитана, что будет нем как могила. Вечером товарищи напрасно пытались вытянуть из фор-марсового подробности о его поездке с капитаном; уклоняясь от прямых ответов, он отделывался намеками столь туманными и двусмысленными, что суеверный страх среди матросов, который Ладлоу хотел усцокоить, возрос вдвое против прежнего. Вскоре после этого разговора между капитаном и ма¬ тросом ялик причалил к борту «Кокетки». Пленника ка¬ питан нашел в своей каюте — он был озабочен и даже пе¬ чален, но тем не менее прекрасно владел собой. Он произвел сильное впечатление на офицеров и команду, но почти все, подобно Болтуну, отказывались верить, что красивый и нарядный юноша, для встречи кото¬ рого их вызвали на палубу, и есть знаменитый контра¬ бандист. Поверхностные наблюдатели, замечающие лишь внеш¬ ние проявления человеческого характера, сплошь и рядом ошибаются. Хотя вполне разумно предположить, что че¬ ловек, который нередко участвует в грубых и жестоких делах, неизбежно сам проникается злобой и отталкиваю¬ щей свирепостью, но если, как говорят, в тихом омуте черти водятся, то и под скромной, а порой даже холодной внешностью скрываются иногда способности самые уди¬ вительные. Нередко люди, с виду мягкие и смирные, ока¬ зываются самыми отчаянными и своенравными, а тот, кто глядит настоящим львом, на поверку выходит немногим лучше ягненка. От Ладлоу не укрылось, что недоверие фор-марсового разделяет почти вся команда. Но так как он не в силах был совладать со своим нежным чувством к Алиде и ко всему, что ее касалось, а раскрывать карты покуда не было необходимости, он промолчал и тем самым только укрепил своих людей в их убеждении. Отдав несколько мелких распоряжений, он пошел в каюту и попытался поговорить с пленником по душам. 1 Б о б — уменьшительное от «Роберт». 676