начали описывать в воздухе широкие круги, а сам крей¬ сер то и дело взлетал на волну, и темные борта его сере¬ брились, омытые стихией, которая несла его на себе. Когда Ладлоу в первый раз увидел бригантину, это было лишь неподвижное пятнышко у самого горизонта. Теперь же оно быстро росло и принимало знакомые строй¬ ные очертания. Уже были ясно видны изящные и гибкие мачты бригантины, скользившей по воде легко, но устой¬ чиво и подняв лишь паруса, необходимые для того, чтобы судно не плыло по воле волн. Когда «Кокетка» приблизилась на расстояние пушечного выстрела, на бри¬ гантине отдали гитовы, паруса наполнились ветром, и ста¬ ло ясно, что Бороздящий Океаны готовится к борьбе. Первым делом «Морская волшебница» попыталась выиграть у своего преследователя ветер. Однако вскоре на бригантине убедились, что это невозможно, так как. ветер был слишком свеж, а волнение жестоко. Тогда бригантина сделала поворот фордевинд 1 и легла на дру¬ гой галс, вызывая крейсер потягаться с ней в быстроход¬ ности; и, только убедившись, что подпускать преследова¬ теля ближе опасно, на бригантине наконец положили руль под . ветер, и она помчалась прочь с попутным вет¬ ром, словно морская птица на белых крыльях. Крейсер оказался у бригантины в кильватере. Теперь бригантина тоже подняла все паруса, и над ее едва видимым корпусом воздвигалась целая парусиновая пирамида, по¬ добная фантастическому, облаку, летящему над морем. Поскольку оба капитана не уступали друг другу в искус¬ стве управления судном, а ветер с одинаковой силой на¬ дувал паруса, прошло немало времени, прежде чем стала заметна малейшая разница в их движении вперед. Час проходил за часом, и, если бы не белые хлопья пены, ле¬ тевшие из-под носа «Кокетки», которая неслась, обгоняя волны, Ладлоу могло бы показаться, что судно его стоит на месте. Куда ни глянь — вокруг все то же однообразие, те же непрестанно катящиеся волны, а бригантина по- прежнему ни на фут ближе и ни на фут дальше, чем в тот миг, когда началось это состязание в скорости. То и- дело ее темная корма взлетала на гребень волны, а потом снова ныряла вниз, и не было видно ничего, кроме 1 Поворот ф о р д е в и н д — поворот судна на другой галс, причем судно переходит линию ветра кормой к нему* 609

стремительного и трепетного облака парусов, плясавшего над водой. — Признаться, штурман Трисель, я ожидал большего от нашей «Кокетки»! — заметил Ладлоу, который давно уже присел на шпиль, напряженно следя за ходом по¬ гони. — Мы подняли все паруса, когда на бригантине по¬ ставили лиселя! Так мы и будем гоняться за ним, капитан Ладлоу, покуда не стемнеет. Я ловил этого контрабандиста в Ла- Манше, и представьте, уже скалы Англии растаяли, словно пена волн, и песчаные берега Голландии выросли выше брамселей, а что толку! Разбойник играл с нами, как рыболов с форелью, попавшейся на крючок; и, когда мы уже были уверены, что ему крышка, он ускользал от наших пушек так же легко, как судно сходит на воду со стапеля1. — Пусть так, но ваш «Друид» ^ никуда не годное старое корыто, а «Кокетка» ни разу еще не упускала врага, который у нее под ветром. — Нехорошо презрительно говорить о судне, сэр, по¬ тому что какое уж оно ни на есть, а не дело так легко судить о товарищах, особенно на море. Конечно, «Кокет¬ ка» резво бежит, когда бывает свежо, и в шторм отлично ходит вполветра; но кто знает мастера, который строил эту бригантину, едва ли рискнет утверждать, что во флоте ее величества хоть одно судно может с ней потягаться, когда она поднимает все паруса. — Такие речи, Трисель, скорее пристали матросам в кубрике, чем офицеру на шканцах. Я бы зря прожил свою жизнь, капитан Ладлоу, если б не знал, что ныне уж совсем не те понятия, что в пору моей юности. Говорят, что Земля круглая, да я и сам так полагаю, — во-первых, потому, что славный сэр Фрэн-< сис Дрейк и другие англичане отправлялись в одну сто¬ рону, а возвращались с другой, да и кое-кто из иноземцев сделал то же самое, не говоря уж о Магеллане, который клянется, будто первый совершил такое плавание2, но на 1 Стапель — твердая ровная площадка с небольшим укло¬ ном к воде. Служит основанием для постройки судна. 2 Фернан Магеллан (1480—1521) знаменитый порту¬ гальский мореплаватель, совершивший в эпоху великих географи¬ ческих открытий первое в мире кругосветное путешествие, оконча¬ тельно доказавшее шарообразность Земли. 610

мой взгляд, этот португальский враль несет несусветную чушь, потому как слыхано ли, чтобы португалец мог сде¬ лать то, о чем англичане еще и не помышляли; а во-вто¬ рых, не будь Земля круглой или вроде того, как могли бы мы видеть верхние паруса судна раньше нижних, а клотик прежде корпуса? Но мало того: говорят еще, что Земля вертится, и это, несомненно, тоже чистейшая прав¬ да; правда и то, что вместе с ней вертятся наши мысли, вот поэтому я и вернулся к тому, с чего хотел начать, — эта бригантина, сэр, изменила курс. Она помаленьку за¬ бирает к берегу, который у нас на левом траверзе, чтобы выйти на спокойную воду. Ведь при таком волнении в океане легкому судну не поздоровится, кто бы его ни строил! — Вот я и хотел отогнать его подальше от берега. Если бы удалось заставить мошенника войти в Гольф¬ стрим, тогда ему не удрать в северные воды. Пускай трещит рангоут, мы должны во что бы то ни стало заста¬ вить его выйти в океан! Мистер Попрыгун, бегите на мо¬ стик и скажите вахтенному начальнику, чтобы он скоман¬ довал взять на полтора румба 1 к норду и покруче обрасо- пить реи. — Какой, однако, у этого разбойника грот! Широчен¬ ный, будто каперское свидетельство, и высокий, как бу¬ дущность адмиральского сынка! Да, этой бригантинкой командует лихой моряк, кто бы он там ни был! — Ведь мы его настигаем! Расстояние сокращается. Эй, на руле, держать круче! Вот уже виден цвет бортов, когда бригантина взлетает на волну. — Верно, это потому что солнце играет на ее обшив¬ ке... Но постойте, капитан Ладлоу, пожалуй, вы правы, я теперь ясно вижу человека у нее на фор-марсе. Сейчас самое время выпустить пару ядер по ее мачтам и парусам. Ладлоу притворился, будто не слышит; но старший офицер, вышедший на бак, поддержал штурмана, сказав, что крейсер и в самом деле может пустить в ход носовое орудие без всякого ущерба для скорости. Так как Трисель тоже привел неопровержимые доводы, капитан нехотя отдал приказ подготовить носовую пушку и задвинуть ее 1 Румб —угол между двумя направлениями к точкам види¬ мого горизонта. В морокой навигации окружность горизонта раз^ деляют на тридцать два румба. 611

в орудийный порт. Вышколенные матросы, подгоняемые к тому же любопытством, живо выполнили приказ: вскоре капитану доложили, что орудие готово. Ладлоу спустился с полубака вниз и сам навел пушку. — Выдвиньте пушечный клин — приказал он комен¬ дору 2, наведя орудие. — Погодите-ка, вот сейчас бриган¬ тина поднимется на волну... Рулевой, держи ровнее... Пли! Те джентльмены, чья жизнь проходит «в тиши на бе¬ регу» 3, часто удивляются, читая о морских стычках, во время которых тратится масса пороху, сотни и тысячи ядер выпускаются почти без всякого урона для врага, тогда как на суше, в гораздо более коротком и, казалось бы, не столь упорном бою, гибнет множество людей. Секрет такога различия кроется в подвижности цели, колеблемой беспокойной морской стихией. Даже самый большой ко¬ рабль редко бывает неподвижен^ в открытом океане; и едва ли нужно объяснять читателю, что при малейшем отклонении орудийного ствола ядро, пролетев несколько сот футов, удаляется от цели на много ярдов. Искусство морского артиллериста во многом сродни стрельбе влёт по пернатой дичи; в обоих случаях приходится учитывать движение цели, но моряк, кроме того, должен еще при¬ нимать в расчет подвижность судна, на котором стоит орудие. Насколько тут повлияли все эти обстоятельства и в какой мере стремление капитана уберечь тех, кто, по его мнению, находился на борту бригантины, сказалось на стрельбе, вероятно, навсегда останется для нас тайной. Но, как бы то ни было, когда из жерла пушки вырвалось пламя, а затем клубы дыма заволокли воду, пятьдесят глаз тщетно глядели вслед чугунному посланцу крейсера, ожидая, что он нанесет повреждения парусам и такелажу «Морской волшебницы». Стройность ее рангоута нисколь- 1 Пушечпый клин — деревянный клин с рукояткой, с по¬ мощью которого при наводке на цель придавали пушке нужный угол возвышения. 2 Комендор — морс-кой артиллерист. 3 Слова из известной английской морской цесни: Эй, джентльмены Англии, В тиши на берегу Сидите ¡вы, не зная, Как живется моряку. 612