ПЕВЕЦ Слушай, рок, слепец бездомный, Как свирель, мой стих поет; Что ж глушит его твой темный, Твой губительный полет? Одного желанья мало, Чтобы дело делом стало, В сердце мне любовь запала, Тяжек сердцу давний гнет. Силе времени покорный, Серебрится волос черный, И охотника озерный Серый гусь давно не ждет. Предстает мне мир базаром С жалким нищенским товаром; Царский кречет мой недаром Сонных век не разомкнет. Я скитался по юдоли, Я искал счастливой доли; Как боец на ратном ноле, Стрелы слов я слал в народ. Нужен лев мирской пустыне, Трон – властительной гордыне. Вековечные твердыни Подвиг мой переживет. Сердца пламень сокровенный Разольется по вселенной; Мой дворец – мой труд нетленный – Что кременный кряж встает. У светил – сиянье мира, У меня – страданье мира, В небесах – желанье мира – Пленная Менгли живет. В старом сердце – упованье, Вера в дальнее свиданье; В ослепительном сверканье Рай на землю низойдет. Мне судьба сулила горе, Я тону в любви, как в море, Пусть пред милой в звездном хоре Голос мой не пропадет. Боже, где моя награда За мученья горше яда? Без подруги мне не надо Мира этого щедрот. Времена идут лихие, Души мучатся людские И красавицы другие Водят вешний хоровод. Соловью – цветок любимый, Мне, Фраги,- народ родимый. Стих мой скромный, стих гонимый Правнук мой произнесет.

ПОКЛОНЕНИЕ

Пламя слова, напев случайный, Кровь живая – перед тобой Я погибну, жгучие тайны Открывая перед тобой. Рай земной – бесплодное древо, Но и в день господнего гнева Лик твой светлый прославлю, дева, Догорая перед тобой. В бесконечной смене явлений Гибнет лучший цвет поколений, И становится на колени Житель рая перед тобой. Грозен мир, беспутный и дикий; Стих мой тонет в шуме и крике… Как слуга, Сулейман великий Пал, рыдая, перед тобой. Царь свое покидает царство, Рвется раб из цепей коварства, Ждет Лукман твоего лекарства, Умирая перед тобой. Горы – кладбище отчей славы – Покрывает туман кровавый… Я забыл их, чашу отравы Осушая перед тобой. Бренный мир обманул Рустема, Сердце гордого Заля немо, Встали мертвые, сон Эдема Прерывая перед тобой. Мир бежит покоя и мира, Пал Мары – повелитель мира Речь Фраги умолкает сиро – Огневая – перед тобой. СЕРДЦУ Довольно, сердце! Разомкни свой круг: Я стражду в нем, как жалкий пленник в яме. Жестокое, избавь меня от мук, Не дай мне, сердце, изойти слезами. Мой век промчался, как единый миг. Я видел цель, но цели не достиг; Был одинок – смутился и поник, Обманутый тобою и мечтами. И как слепой, склонив главу свою, Поддерживал я ближнего, пою, И стоны шлю в зенит, и слезы лью, Чуть белый свет забрезжит над степями. Ты на дороге ждешь меня. Потом С тобою мы извечный спор ведем, И тяжко мне: я пьян твоим вином, Я одинок, ты – что ни день - упрямей. Но, может быть, иной понять готов Беду мою и силу этих слов; Мой голос прогремит среди холмов. Суров господь, и меч его – над нами. Ни разума, ни глаз я не берег, Желаниям препятствовать не мог, И плачу я в сетях земных дорог, А жизнь летит, как птица бьет крылами. Бегу от гнета и горю в огне, Я ликовал, служа твоей весне; Был этот мир плохой опорой мне, Остался я в пустыне с мертвецами. Закрыв глаза, держал я путь в Иран; Судьбой влекомый, я попал в Туран. Трубит над миром вечный ураган, Владеющий безумными сердцами. Меня кружил и гнал великий страх, Я золотом считал ничтожный прах, Я видел гнет, я видел скорбь е домах, Дела пустые были мне друзьями. И жажду я, и тщетно жду дождя, И пламенеет месяц, восходя: Года летят, за днями дни ведя, И я блуждаю, одержимый снами. Мне кровь и желчь дают взамен питья. И тяжело мне бремя бытия. Я полюбил – и стал Меджнуном я, Красой Лейли опутан, как цепями. Зовешь ты сердце в Чин-Мачин, в Герат, В подземный ад, где высится Сират… А родинка чернеет, и горят, Горят глаза под круглыми бровями. Напрасно я чистосердечен был; Погашен роком юношеский пыл. А все-таки я зла не полюбил - День истины мне светит и ночами. Но в море справедливости мой плот Не движется. Летит за годом год; Как дервиш, раб Махтумкули бредет К далекой тайне узкими путями.