– Не знаю… Мне кажется, Кирилл Сергеевич очень привязан к Серёжке.

– Я понимаю. Но он ведь сейчас работает над книгой. Он сам мне как-то сказал. Поэтому он и попросил тебя привезти его рукописи из Булуна.

– О как! Я этого не знал… Вообще я как будто на обочине оказался. Ваньку он в академию ещё летом втихаря пристроил. Теперь вот книгу пишет, а мне ни слова…

– Эх, Саша, Саша… Ты ведь сам настолько закопался во всех делах, что мы боимся тебя трогать. Да ещё твоё ранение туда же… Кирилл Сергеевич ведь мне сказал, что ты, как человек увлекающийся, если бы узнал про книгу, то сразу же стал бы ему предлагать свою помощь. Хотя бы даже в обеспечении его литературой! А он тебя жалеет, как и все мы.

– Нашли хрустальную вазу, – ворчу я. Мне становится даже неприятно, что многие события, происходящие вокруг меня, проходят мимо. А я ведь привык всегда контролировать ситуацию! Жаль…

Последний на сегодня визит – к Сергею Александровичу. Здесь, как всегда, милая, уютная атмосфера с хорошим ужином.

Рассказываю про поездку в Булун. Про Таню и Васю, конечно, промолчал.

– Значит, ты его не только простил, но ещё и помог ему там устроиться, – задумчиво говорит Сергей Александрович, имея в виду Геннадия.

– Вы считаете, что я должен был поступить иначе?

– Ни в коем случае! Именно такие поступки делают нас людьми. Дай Бог, чтобы у этого парня всё сложилось удачно. Судя по твоему рассказу, он уже всё осознал.

– Я в этом не сомневаюсь, потому и помог.

– Кирилл Сергеевич мне сказал, что ты хочешь привезти из Булуна своего бывшего пациента. Привёз?

– Да. Человек отсидел ни за что целых восемь лет. Теперь у него ни кола ни двора.

– Ничего. Сначала отсудим для него компенсацию, а потом уже посмотрим, чем ему дальше помогать.

Повезло мне с моими товарищами! Так приятно, когда рядом с тобой люди, не только мыслящие так же, как ты сам, но и готовые поддержать тебя в твоих действиях.

– Как дела у Юры? – интересуюсь я.

– Знаешь, я его почти не вижу. Он то в академии, то в больнице, то с Ваней занимается. Ты же, наверно, уже знаешь, что Ваня параллельно в Медицинской академии учится?

– Вчера узнал от него самого.

– Ну вот, теперь уже Юрка выступает в качестве репетитора.

– Не понял…

– Ваня, пока за первый семестр второго курса сдавал в университете, дела в академии отложил. Вот теперь Юрка помогает ему наверстать.

– Обалдеть… – вырывается у меня.

– Знаешь, Саша, мне очень нравится их тандем, – с улыбкой говорит Сергей Александрович.

– С возвращением, Александр Николаевич! – приветствует меня Алёшин, когда я утром вхожу в ординаторскую хирургии.

– Здравствуйте, Алексей Сергеевич! Ну как тут у нас? Как нагрузка?

– Есть, конечно! Мы вам две плановые операции на следующей неделе поставили. Возражать не будете?

– То, что это будет на следующей неделе, хорошо. Честно говоря, в Булуне я тоже не скучал. Надо немного отдышаться.

– Мы это учли. Ассистировать вам в обоих случаях буду я.

– Лучше бы наоборот.

– Поверьте, у меня тоже уже нагрузки хватает, – его лицо светлеет. – Думаю, я уже почти восстановился. Могу даже похвастаться вам…

– Интересно…

– Пока вы болели, я использовал служебное положение в личных целях – попросил вашего учителя взять меня в ассистенты на пару операций в академии.

– Да ну? – удивляюсь я. – И что Михал Михалыч?

– Теперь внимание: я хвастаюсь! – Алёшин смеётся. – Уже несколько раз ездил и ассистировал ему. Он сказал, что это мне зачтётся как повышение квалификации.

– Алексей Сергеевич! От души вас поздравляю! Вы даже не представляете, как я рад за вас.

Мне хочется сказать ему ещё больше тёплых слов, но в это время заходит Семён Викторович.

– Александр Николаевич! Здравствуйте! С возвращением вас!

– Здравствуйте. Спасибо, Сёмен Викторович.

– Вы сегодня принимать будете?

– Конечно! А что вы хотели?

– Не я, а моя соседка. У неё та же проблема, какая и у меня была.

– Ну пусть сегодня приходит. Посмотрю. Будем лечить. Либо я, либо брат.

– Извините… Она потому и ждала, что хочет лечиться у вас.

– Иван такие вещи тоже практикует.

– Ещё раз извините, Александр Николаевич…

Вижу, как ему неудобно, но он держится и продолжает:

– Ваня – молодец, с этим никто не спорит. Но вы – это вы! Начиная с диагностики, ну и всё остальное…

И приятно, и за Ваньку обидно. Надо будет ему побольше времени уделять, чтобы быстрее прогрессировал в диагностике.

Николай Сергеевич облапил меня прямо в приёмном покое, где мы с ним встретились.

– Здравствуйте теперь воочию! Честно говоря, я даже заскучал без вас и без наших с вами бесед, – сообщает он, похлопывая меня по плечам.

– Признаюсь, я тоже. Что вы там говорили про вершителей?

– Ой, Александр Николаевич, давайте об этом в другой раз, когда мы с вами сядем у меня в кабинете и выпьем по рюмочке, – уклоняется он.

– Можно это считать официальным приглашением? – с лёгкой ехидцей спрашиваю я, копируя его вопрос про юбилей Кирилла Сергеевича.

Понял. Смеётся.

– Ну конечно же! Я хотел с вами о другом поговорить. Спасибо вам сказать.

– Не понял, за что.

– За нашего нового сотрудника. За Володю. Я с ним уже познакомился. Павел мне рассказал, и я пошёл знакомиться. Сами понимаете, воспоминания… Оказалось, мы с ним в одном и том же заведении пребывали, только в разное время. Думаю, что он правильный человек, хороший.

– Согласен. Вова – хороший мужик. Я не мог не помочь ему.

– Бог вам это зачтёт, – серьёзно говорит Николай Сергеевич. – А с тем парнишкой как? Ну, которого вы увезли туда.

– Устроили на работу, помогли с жильём. В качестве нагрузки ещё спортзал на него повесили. Мне кажется, он успокоился и даже доволен. У него там уже и друзья появились.

Хозяин долго молча смотрит на меня.

– Что-то не так? – недоуменно спрашиваю я.

– А сами вы определить не можете? – тоже с лёгкой едкостью спрашивает он. – Это вы-то!

– Николай Сергеевич, я уже давно вашу голову не посещаю, – отбиваюсь я. – Вынужден делать это лишь тогда, когда чувствую опасность. Вы же знаете.

– Эх, Александр Николаевич! У нас действительно уже такие отношения… Особенно с тех пор, как я могу смотреть на шагающего Андрюшеньку… Тут даже в церковь зашёл и свечку за ваше здоровье и благополучие поставил. Одну за вас, другую – за Ваню… Кто бы мог подумать…

Перед вечерним приёмом ко мне в кабинет заходит Светлана Сергеевна.

– Александр Николаевич, я составила график суточных дежурств на предновогодние и посленовогодние дни.

– Куда я попал?

– С тридцатого на тридцать первое. Может, поменять?

– Ни за что! Светлана Сергеевна, вы меня удивили.

– Извините, Александр Николаевич, но мы все про себя отметили, что после вашей прогулки на север на вас лица нет.

– Ничего, отосплюсь, отъемся… Ванька меня откормит, не сомневайтесь! – обещаю я. – Кстати, он с вами дежурил в качестве медбрата. Как он, на ваш взгляд?

– Вы знаете, я очень им довольна. А когда он взялся ногу вправлять… У него ваша хватка. Я почему-то даже не сомневалась в результате. Рентген показал – всё сделано отлично. Так что можете гордиться им дальше, – с улыбкой завершает она.

Жизнь вошла в свою колею. Пациенты, вечерние приёмы, операции в больнице, операции в академии с Шахлатым. Короче, всё – как обычно. Разве что ещё прибавилась подготовка к сдаче кандидатского минимума в ординатуре. Ну это мы осилим.

Удалось немного поднять зарплату всему персоналу. На совместном совещании нашего штаба с благотворителями решили вместо одной спецпалаты создать три. Возможности для этого есть, а количество наших «дорогих» пациентов растёт. Уже существует очередь, а это совсем плохо.

Мне очень приятно, когда здесь, в Чистых Озёрах, со мной, как и в Булуне, на улице здороваются люди, когда я могу прямо на улице ответить на их вопросы или проконсультировать. Ванька после работы в академии приезжает в Чистые Озёра и в соседнем кабинете ведёт параллельный приём. Правда, его удалось уговорить на время сессии не брать своих пациентов, а пользовать моих по моим указаниям. Всё проще ему в этот период будет.